«Если», 2004 № 08 - Журнал «Если»

Далеко в стороне крестьянин, босой и в лохмотьях, побежал вперед, догонять побитого врага — смешное пугало, состоящее из оружия и ног. Товарищи, подбадривая его, махали руками. Несколько солдат начали хохотать, и даже мистер Леру коряво ухмыльнулся. Во всем этом было что-то неуловимо знакомое…

Стрела воткнулась в землю рядом с парнем, он обернулся и обнаружил, что за ним никого нет. Солдаты смеялись все громче, но тут трубы викингов заставили всех посмотреть вниз, где всадники отогнали в сторону отступивших пехотинцев, а затем двинули лошадей вперед.

Крестьянин с минуту колебался, рассматривая приближающуюся конницу, потом начал взбираться вверх по холму, совсем как персонаж мультфильма, который только что понял, что падает с обрыва, и пытается удержаться. В ту же секунду один из всадников погнал лошадь на холм за парнем под крики и смех своих товарищей. Он поднял коня на дыбы, когда стало ясно, что сакс успеет вернуться под защиту стены щитов, и отсалютовал смельчаку, подбросив вверх и поймав на лету копье. Затем он подбросил в воздух блеснувший на солнце меч, поймал и его, словно демонстрируя, что мог бы догнать и зарубить парня, если бы захотел. Всадник крикнул что-то оставшимся позади воинам и яростно погнал своего коня вверх по склону. Его товарищи с воплями пустили лошадей галопом, вымпелы на их копьях развевались и хлопали.

Значит, вот он, герольд викингов. Мистер Леру проверил по тексту. Никакого упоминания о коне, но через минуту герольд должен сказать что-то вроде «Не лучше ли вам сразу послать за выкупом, чтобы прекратить атаку наших копейщиков».

Однако всадник ничего не сказал. Он врезался в средоточие саксов, где Бьортнот в кругу своих телохранителей наблюдал за происходящим. Мистер Леру увидел, как герольд размахивал мечом, а исступленный конь ржал и рвался вперед, пока и всадник, и конь не исчезли в водовороте поднятых секир. Благородный человек, хотя бы никого не осыпал упреками. Но это, возможно, свидетельствует о том, что ход событий мог несколько измениться из-за появления мистера Леру.

Основная масса всадников поднималась по холму вслед за своим погибшим герольдом. На мгновение мистер Леру забылся и почувствовал трепет возбуждения в предчувствии битвы. Как звучала эта фраза? Жестокая буря войны. Да, как грозовой фронт в открытом поле — свежий запах озона, электрические искры в волосах.

Столкновение с конницей викингов, врезавшихся в стену щитов, заставило шеренгу содрогнуться по всей длине. Сквозь клубы пыли неясно вырисовывались чудовищные призраки, взмахивали мечами, огромные лошади с выкаченными глазами взбрыкивали и ржали, слышался чистый, ясный звон и визг металла, столкнувшегося с металлом.

Мистер Леру поднял свою книгу, словно щит.

— Щит треснул, — воскликнул он, — и кольчуга запела песню ужаса.

— О, да ты поэт! — крикнул Хротфут, появившись неизвестно откуда. — Неудивительно, что я принял тебя за демона! Почему ты сразу не сказал? — Он принялся яростно рубить мечом бока гнедой кобылы, на которой сидел его противник. — Так смотри же, чтобы мог вплести мои деяния в свою песнь!

Лошадь зашаталась, всадник в тяжелом вооружении потерял равновесие, и секира Хротфута срубила его, словно большое дерево.

— А я буду жить вечно.

Высоко в небе жадно кружили черные птицы.

Новый всадник появился перед ними, он занес свою пятифутовую булаву над мистером Леру.

— Не тронь моего поэта! — крикнул Хротфут и толкнул ближайшего воина к всаднику. Вульфа. Эльфайн пронзительно вскрикнула, а Вульф, потеряв равновесие, шатнулся вбок. Он получил удар булавой по затылку. Голова Вульфа дернулась, на лице застыло удивленное выражение младенца, впервые увидевшего мир, и он скользнул вниз.

Мистер Леру размахивал зонтиком, сжимая его обеими руками. Лошадь ржала, тяжелое лицо всадника расплылось в удивительно белозубой ухмылке, но внезапно глаза его закатились, он зашатался в седле и свалился, словно мешок с грязными носками, сползший со стола в прачечной-автомате. Дреориг сделал шаг назад, один зубец вил Вульфа был сломан, другой стал мокрым и красным от крови. Он посмотрел на мистера Леру. На его лице ясно читалось раскаяние.

— Я нарушил свой обет, — сказал он.

— Смотри же! — позвал Хротфут, двинувшись вперед.

Но мистер Леру стал искать Вульфа.

Вульф лежал на спине в центре этой бури, на истоптанной, смешанной с грязью траве. Грудь его запала, а грубая рубаха пропиталась кровью. Лицо, напомнившее мистеру Леру лица его студентов, стало белым, даже юношеские прыщи поблекли, а глаза смотрели прямо на круживших в небе воронов.

Стойко сражавшиеся

воины пали,

ослабевшие от ран

среди убитых.

А Эльфайн пропала.

Сквозь звон и стук стрел о шлемы и щиты послышались звуки труб. Справа викинги снова отходили, откатываясь, словно волна. Лошади скакали галопом и кружились в смятении, их преследовали на пути вниз по склону с криками «Бей! Бей!».

Дрожь предчувствия пробежала по рядам воинов, и с новым жаром они рубили и напирали, чтобы соединиться со своими товарищами. Затем в столпотворении внизу один пеший рыцарь выбросил другого из седла, вскочил на коня и принялся созывать воинов, волной катившихся мимо, но они не останавливались. Он встал в стременах и снял шлем.

Голова с заметными залысинами, блестевшими, словно верхушка шлема, подбритый затылок, тяжелые плечи и выступающий вперед, совсем как у мистера Леру, небольшой животик.

Но эффект был поразительный. Послышались крики и возгласы, масса людей замедлила ход и остановилась.

Что за стыд, подумал мистер Леру, ведь этот военачальник даже не упомянут в поэме. Может быть, Дреориг сумеет потом найти писцов в Винчестере, чтобы вставить этот образ в текст. Или мистер Леру упомянет об этом в своей монографии.

Тем временем военачальник построил своих людей плотными рядами и вновь повел их на сбивших строй саксов. Те хотели снова взобраться на холм, но вождь викингов, казалось, успевал повсюду, кричал, наносил удары, и за несколько минут последние воины саксов исчезли среди всадников и клубов пыли. Мистер Леру покачал головой. Даже ему была заметна разница между закаленными в битвах викингами и неопытными ополченцами саксов.

Снова трубы, снова стремительное наступление конницы вверх по холму, снова внутри все сжимается, а ноги дрожат, снова звон и стук, пыль, крики и стоны. Так и идет час за часом, линия боя смещается то вперед, то назад. Мистер Леру ощущал, как устала спина. Он боялся, что время образовало петлю, что битва будет длиться вечно, Вульф воскреснет и будет снова убит…

Но вот с криками «Бей их! Бей!» шеренга саксов вновь начала теснить викингов.

— Чего вы ждете, люди? — подгонял Хротфут, которого водоворот битвы вернул на прежнее место. — Даже крестьянам хочется славы! — он со значением взглянул на мистера Леру, чтобы убедиться, что его поощрение замечено.

В этот момент, так же внезапно, как вождь викингов, явившийся своему отступающему войску, на самом кончике носа мистера Леру появился самолет-заправщик в поисках Б-54. Самолет в черную и желтую полоску.

Оса.

Каким образом в середине октября в самом центре сражения могла оказаться оса, понять было невозможно. Тем не менее она парила среди блещущих мечей и копий, готовя свое жало.

А если существовало что-то, что мистер Леру ненавидел больше толпы, высоты, закрытых пространств, открытых пространств, тризма челюсти, смерти от удушья в ресторанах, полисменов, изучающих сравнительное литературоведение, вероятности покраснеть, раздуться, как иглобрюхая рыба, и умереть и пробежек, это возможность быть ужаленным в нос.

Осу привлекла роза на лацкане. Мистер Леру совершенно забыл о розе из мира на тысячу лет позже, но она была тут. Слегка увядшая, она выглядывала из-за воротника его комбинезона. Он дернул ее, но из-за того же шипа, который мешал ее засунуть, теперь ее было не вытащить. Он сделал шаг назад, пытаясь достать цветок, но кругом теснились ополченцы, и отступать было некуда. Оса блеснула, закладывая вираж, и спикировала с высоким звуком «з-з-з-з-з», как «Юнкерс» на русский товарный поезд. Мистер Леру выскользнул из шеренги, словно намыленный.

— Смотрите, как жаждущий славы торопится в бой! — за его спиной воскликнул Хротфут. — Подожди меня! А вы, собачьи дети — за мной, вы тоже можете найти упокоение на ложе славы!

Мистер Леру несся впереди осы, охочей до носов, и был слишком занят, чтобы увидеть, как шеренга рвется, словно старые обои, и расстилается вниз по холму вслед за ним. Вместо этого он вспоминал: все, кроме его бабушки, всегда говорили, что если стоять тихо, то оса не тронет. Поэтому, добежав до страшного хаоса битвы у подножия холма, он затормозил, а оса пролетела мимо и исчезла, поднявшись в небо резким штопором. Мистер Леру перевел дыхание.