И.о. Бабы-яги - Никитина Анастасия

— То есть…

— Ухожу я, — раздельно проговорила я.

— Да куда же ты от нас пойдешь, внученька?! — всплеснула руками Яга. — На кого же ты нас покинешь?!

Натурально так всплеснула, с отчаянием и надрывом. Я бы, может, даже и поверила. Недельки две назад, когда еще не знала, что это за актриса престарелая.

— А на Янку и покину. До меня она как-то справлялась, и теперь справится. А мне пора своими делами заняться. Личными!

— Но как же… — снова попыталась возразить Яга, но я только глазами сверкнула.

— Никак! — рявкнула ей в лицо и, не сдержавшись, добавила: — Ну не могу я тут, ясно?! Не мо-гу!

Я развернулась на пятках и зашагала к калитке. За моей спиной Яна что-то поспешно говорила бабке о нареченном. Но я, стараясь не вслушиваться, лишь ускорила шаг. Только такого рода напоминаний о недавнем фиаско моим истрепанным нервам и не хватало.

«Нареченный, как же! — злилась я, пинком распахивая калитку. — Мимопробегайло! Вот он кто! И я ничем не лучше!»

Сама не заметив как, я вылетела за калитку и зашагала по тропинке в лес. И чуть не врезалась в высокую фигуру, выскочившую из кустов мне наперерез.

— Ну, здравствуй, доченька, — оскалилась Марья.

От неожиданности я отступила на шаг, но быстро опомнилась.

— Что тебе нужно?

— Так должок за тобой, — ухмыльнулась ведьма. — Рассчитаться бы. А то войско мне попортила, флот утопила, меня пленила-опозорила.

— Сама виновата, — отрезала я. — Кто тебя сюда звал с войском да флотом твоим?

— Гордая стала да наглая, — скривилась Марья, отступая. — Аль на клятву мою надеешься? Так у каждой клятвы лазейка найдется, коли поискать.

— Так поищи, — огрызнулась я, сжимая кулаки. Я скорее обрадовалась поводу сорвать на ком-нибудь свое отвратительное настроение, чем испугалась ее угроз. — Глядишь, найдешь. То-то мне радости будет.

— И что я тебя из утробы не вытравила? — прошипела Моревна, отступая еще дальше.

— Жадная потому что, — фыркнула я.

— Хозяйственная, — поправила она, — и даром тратиться не люблю. Но чтобы тебя больше не встретить…

Она вдруг выпрямилась и помахала мне неизвестно откуда взявшимся платочком.

— Лови!

В грудь ударило что-то невесомое. Скосив глаза, я еще успела увидеть маленький серый шарик, разлетающийся на тысячу осколков, и выметнувшиеся из него языки густого тумана. А потом все погрузилось в непроницаемую грязно-серую муть.

Глава 40

НЕ МЕСТО ДЛЯ ЖИВЫХ

— Ах ты, коза драная! — взвыла я.

Поле зрения разом сузилось до полуметра. Я даже пальцы вытянутой руки и то с трудом могла рассмотреть.

— Ну, держись, змея подколодная! — выкрикнула я в серую муть и вскинула руки, призывая на помощь ветер.

Но вихрь, сорвавшийся с пальцев, вместо того чтобы унести дымовую завесу, лишь бессильно закрутил грязно-серые плети тумана. Только тут я осознала: мало того что ни черта не вижу в этой мгле, но и не слышу ни звука. Прекратив бестолково размахивать руками, я навострила уши. Ошибки не было. Разом пропали и птичьи голоса, и неприятное хихиканье Марьи, и даже далекий гул прибоя на взморье.

Я переступила с ноги на ногу и сообразила, что и трава куда-то делась. Под ногами было что-то упругое, но ровное и безликое. Ни травинок, ни сучков, ни мелких шишек, которые я не раз и не два проклинала, бегая по лесу. Тут-то я и поняла, что все куда хуже, чем банальная дымовая завеса.

— Эй… Есть тут кто?

Ответа не было. Мне вдруг стало холодно, и я зябко передернула плечами. Плотный туман, неоформленные тени на грани видимости, расплывающиеся, едва я поворачивала голову. И над всем этим висел мерный, едва слышный гул. Будто шепот множества голосов. Но как я ни напрягала слух, разобрать так ничего и не смогла.

— Черт… Куда она меня закинула?

Звуки собственного голоса показались настолько неуместными, что я поспешно прикусила язык. Сделала очередную попытку оглядеться, но вокруг висела серая непроницаемая муть. В душе зарождалась откровенная паника. Куда идти? Как выбираться, если я даже не представляю, куда угодила? И на помощь позвать некого… А ноги уже несли меня вперед.

Как я сорвалась на бег, даже не заметила. В груди саднило, а глаза жгли непролитые слезы. Хотелось одновременно и расплакаться и разораться, а лучше сразу и то и другое. В какой-то момент нога угодила в углубление, и я, вскрикнув, покатилась по пружинящей земле кувырком.

Благо никаких пеньков и булыжников, чтобы разбить дурную голову, вокруг не нашлось. Так что, пару раз перекувыркнувшись, я осталась просто валяться в сером тумане как сломанная кукла. Неоформленная обида хлынула слезами по щекам: «Да что же у меня все не как у людей?!» Кое-как я приподнялась, опираясь на руки, села, подтянув к груди здоровую ногу, осторожно тронула лодыжку: больно, хоть и не сильно.

«Все бегом, быстрее-быстрее… Добегалась? — Я зло провела ладонью по щеке, стирая влагу. — Вот и с Ильей так же. Нет бы спокойно сесть и разобраться. Или хотя бы подумать, прежде чем ляпать? Но нет. У меня же глобальные проблемы и великие дела! Какого-то там Илюшку можно и на потом отложить! Допотомкалась?»

— Дура! — выкрикнула я, подняв лицо к скрытому туманом небу.

— Ты чего орешь? Орать тут нельзя… — раздался вдруг тихий надтреснутый голос сбоку. — Мало ли кто тебя услышит.

— Ты кто? — вскинулась я, напрягая глаза и всматриваясь в туман.

— Какая разница…

— Где ты?!

— Не знаю. Где-то здесь.

— Так иди сюда! — воскликнула я, чувствуя, что от ненормального диалога голова пошла кругом.

— Не. Это бессмысленно. Заблужусь.

— На голос иди, — предложила я.

— Если я сойду с места, то больше тебя не найду. Я ж тебе не родная душа, чтоб найти. Да и родные не сразу находят. И не всегда… А тут так редко выпадает возможность с кем-то поговорить. Только ты не кричи. Всякое случается…

Незнакомец умолк, и мне на какую-то секунду показалось, что голос только чудился.

— Где мы? — поспешно спросила я.

— Ты что же, не знаешь, куда забрела? — к моему облегчению отозвался невидимый сосед. — Навь это. Навь, девка. Живым сюда ходу нет.

— Но мы же живы! — возмутилась я.

— Насчет себя не уверен.

— Я точно жива! — Я упрямо мотнула головой, усилием воли подавив очередной всплеск паники.

— Тебе виднее, — равнодушно ответил незнакомец.

— Вы знаете, как отсюда выбраться?

— Знать-то знаю, а толку.

— Послушайте! — Я постаралась взять себя в руки. — Мне очень надо обратно!

— А зачем?

Я буквально опешила от такого глупого вопроса. Как это «зачем»?

Но невидимый сосед понял мое молчание по-своему.

— Вот… А ответить-то и нечего, — спокойно констатировал он. — Раз ты здесь торчишь, значит, не держит тебя среди живых ничего.

— Еще как держит! — встрепенулась я.

— Угу. Я тоже так думал, пока обратно не собрался. Хвать, а держаться и не за что. Лопнула ниточка. Промеж пальцев туманом прошла.

— Объясните… — взмолилась я, окончательно перестав понимать происходящее.

— Да чего тут объяснять. Думал я, что нужен там. Ради любимой сюда пошел. Да ей не больно-то нужен оказался. Лопнула ниточка…

— Послушайте, я ничего не понимаю. Какая ниточка? О чем вы?!

— Ты и про Навь, что ль, не знаешь ничего? — заметно удивился незнакомец.

— Не знаю. — Я даже головой помотала для доходчивости, хотя меня наверняка не видели.

— Ладно… Расскажу. Только ты уж кричать перестань, девка. Еще накличешь чего. Или кого… — В его голосе явственно проскочил застарелый страх, и я клятвенно, хоть и тихо, пообещала не шуметь.

— В Нави не место живым. Сюда только колдун сунуться может. Да и то по большой нужде.

«Не было у меня никакой нужды. Кое у кого другого возникла», — прошипела я себе под нос, вспомнив ненавистную мамашу. И тут же обругала собственную глупость: бить ее надо было сразу, а не разговоры разговаривать. Но нет… Расслабилась, Яга Всемогущая…