Симбиоз разумов (СИ) - Неклюдов Вячеслав Викторович

— А Сергей?

— Какой Сергей? — опешил на мгновение капитан, бросая взгляд на странную молчаливую парочку людей, сидящих в сторонке и не вмешивающихся в беседу. В них он сразу определил работников спецслужб. Мужчина и женщина в деловых брючных костюмах, но у обоих вид серьёзный. Сидят и молчат, словно ждут команду схватить того, на кого укажет им эта Мария Васильевна. Но его встречный вопрос уже прозвучал, и он мгновенно сориентировался:

— А-а-а, вы о спасителе? Мы со старпомом в тот момент вышли из рубки на мостик и следили за развитием событий сверху. Так вот! Сергей, убедившись, что дымящиеся корабли отстали, поднял вверх голову и прокричал нам на английском языке:

— У вас всё в порядке? Ещё кто из посторонних на борт пробрался?

— Я ему ответил, что вроде как нет. Но попросил его немного подождать, пока мне отчитаются все члены экипажа. Парни по рациям доложили, что посторонних на борту и в трюмах не обнаружено. И вот тогда наш спаситель произнёс:

— О кей! Тогда я исчезаю, а вам хорошего пути! И исчез!

— Что, вот так вот просто стоял и исчез?

— Ну… не совсем, Мария Васильевна. Он сперва сел в позу лотоса, закрыл глаза, а через короткое мгновение исчез!

— Хм… странно. Значит, он не летал по воздуху, а ходил ногами по палубе?

— Ну да, а что? Должен был летать?

— Тот, кого мы ищем, летал. А этот… М-да. Странную историю вы мне рассказали, Константин Петрович. Ой как странную. Значит, он с вами общался исключительно на английском языке, хотя флаг у вас российский был?

— М-мм, не совсем верно, Мария Васильевна. Наше судно вроде как принадлежит Панаме. Хотя экипаж в большинстве своём из России.

— Понятно. Значит, на английском?

— Да. Причём на классическом. Я бы сказал, что он уроженец той страны, никакого акцента. Уж можете мне поверить, я тоже неплохо знаю этот язык, так что разбираюсь. Хотя… Судя по имени Сергей, он должен быть русским?

Но Полуэктова не стала давать ответа на этот вопрос. Встав из-за стола начальника порта, она поблагодарила капитана за беседу и попросила расписаться в бумаге, что он никому из журналистов или прочих любопытных не расскажет, кто и как спас их судно. А когда мужчина покинул помещение, Полуэктова поинтересовалась у молчаливой парочки:

— Юлия Михайловна, Никита Севастьянович — капитан был последним из опрошенных. И что вы по этому поводу думаете. Судно спас наш Титов или его двойник?

Женщина переглянулась с соседом и, видя, что тот не решается высказаться, начала разговор первой:

— Мария Васильевна, трудно сказать. Видео никто из членов экипажа не делал. В бортовые камеры он практически не попадал, словно знал, какой сектор они снимают. Есть двухсекундный эпизод с ним, но там он идёт к камере спиной. И если это наш Титов, то жизнь его здорово потрепала. Тело обгорелое, волос нет. Так что трудно сказать.

— Но есть и другой факт, — внёс свою лепту в беседу молчавший мужчина. — Судя по времени, нападение на сухогруз происходило чуть позже того момента, когда в воздухе взорвался транспортный самолёт с нашими товарищами. И координаты его падения относительно неподалёку расположены. Мы не знаем, летел ли там Титов, но, судя по его внешнему виду, он теоретически мог находиться в салоне горящего самолёта.

— Никита, ты лишь предполагаешь, — с жаром в голосе перебила его Юля. — Но подтверждающих фактов нет? Нет! Денис бы нам обязательно сообщил, если бы с ними полетел наш Сергей. Мы же проверили всю информацию по тому рейсу. Было всего пять пассажиров, но пятой была японка по имени Мацуко Абэ! Не уверена, что наш Сергей научился так менять внешность, что из здорового мужика превратился в миниатюрную японскую девушку?

— Согласна с вами, Юлия Михайловна, — поддержала Полищук Полуэктова. — Даже если Сергей научился менять внешность, то массу тела никуда ему не деть.

— Ну хорошо! — поднял в защитном жесте руки вверх Курников. — Тогда могу предложить иной вариант. Титов как-то узнал о взрыве, а может быть, летел поблизости и пытался спасти своих друзей? Тело его обгорело же? И если спас, то они могли с ним лететь в сторону китайского побережья. Наткнулись по пути на терпящее бедствие судно, и Сергей помог отбить корабль от пиратов.

— Ха! Ага! — скептически хмыкнула Полищук. — Вспомни, как мы с ним летали? Никакой невидимости — это раз! Но даже если он овладел новым искусством оптического камуфляжа, то куда пропали наши друзья? Пассажиры без Титова в воздухе не останутся висеть — это два! И три — он не прилетел, а появился из воздуха, а потом так же исчез, без взлётов. А теперь шах и мат. Наши коллеги… Если бы они остались в живых, то давно сообщили бы нам о себе. А уже сколько дней прошло?

— М-да… Юленька, — хмыкнул уже Курников. — Ты, конечно, знатная термопара, но тебе бы адвокатом работать. Против твоих фактов мне нечем возразить.

— То-то же! — с победным видом посмотрела на мужчину Полищук. А потом, переведя взгляд на кураторшу, более жалостливым голосом задала свой вопрос:

— Мария Васильевна, и что теперь? Ребята наши погибли?

— Пока я не видела их тел, я не могу считать их мёртвыми. Поиски не прекращаем. Вон дедушка Мацуко тоже ищет свою внучку. Еле старика откачали после инфаркта, видимо, перенервничал, когда узнал о крушении самолёта. Даже на нас умудрился выйти. Звонил, общался со мной. И кое-какую любопытную информацию от него я получила по Новой Зеландии. Оказывается, там тоже наши ребята успели отличиться. И я бы его обрадовала, но, увы, нечем. Никаких упоминаний о его внучке у нас нет. Хотя японец сообщил, что она летела именно в Россию. Сергей бы прояснил ситуацию, но где его искать? М-да… Так что… Пока возвращаемся в Москву. Подождём. Вдруг информация о Титове опять где-то всплывёт?…

Восторги по новой базе не утихали. Русские радовались как дети, исследуя инопланетные технологии. Тело Сергея полностью восстановилось, даже небольшую бородку с усами он успел отрастить. Скрюю потихоньку вводила всех в курс дела, постепенно показывая, что и как тут функционирует и чего не знала даже команда Титова. Впечатлительная Мацуко охала и ахала постоянно. Но именно она, без подсказок со стороны шатанианки (та и сама не знала), догадалась первой, как можно использовать иноземную квазиживую технику в виде громадных жуков, на которых люди передвигались по туннелям и шахтам.

Оказалось, что это вдобавок ко всему портативные летательные аппараты! В наземном варианте передвижения они напоминали громадных майских жуков, но стоило в определённом порядке подёргать их за усики, как они сворачивались в шар, превращаясь уже в герметичное воздушное средство передвижения. Дверями служили их крылья. А находясь внутри, человек видел всё окружающее его пространство словно через бирюзовое стекло.

Сергей, как и все остальные, протестировал лётные характеристики этой техники. Скорость полёта они измеряли с помощью своих телефонов, а точнее, используя приложение по навигации. Спутники показали, что квази-сфера могла разгоняться как боевой истребитель до трёх тысяч километров в час. Причём для неё не существовало инерционных перегрузок. Шар умел менять траекторию полёта как угодно, без перегрузок для своего пассажира. Он лишь ярко вспыхивал в момент смены курса, избавляясь от кинетической энергии, и летел под почти прямым углом дальше. Управлялся аппарат с помощью тех же самых усов, играющих роли джойстиков. Левый ус менял направление движения, а правый — высоту и скорость. Дышалось внутри механизма легко, да и температура была комфортной. Внутренняя часть жука сама подстраивалась под контуры человеческого тела. Так что сидеть было удобно. Правда, внутри мог размещаться всего один пилот. Шар не мог перевозить пассажиров, но, возможно, они просто ещё не догадались, как это сделать?

Тем не менее вопрос перемещения от базы к нужным координатам решился оперативно. А Сергей и Скрюю перестали быть единственными пилотами.

Хотя Татьяна и создала собственную комнату под куполом, она почти каждую ночь предпочитала проводить в постели с Титовым. Сергея такой факт и радовал, и тяготил одновременно. Но прогонять возлюбленную он не желал, понимая, что и она настрадалась за долгое время. Правда, никто из «изменённых» особо не интересовался внутренним состоянием коллеги, а Титов и не демонстрировал свою «усталость». Одна лишь Мацуко, когда они оказались наедине, посочувствовала, рекомендуя Титову отдохнуть в полном одиночестве.