Министерство особых происшествий - Баллантайн Пип

—   И все же я думаю, что вам еще представится возмож­ность пересмотреть свое решение...

Она выгнула бровь.

—   И это говорит человек, стоящий под прицелом пистолета.

—   Вы действительно уверены, что хотите так быстро разо­рвать отношения с Домом, учитывая полученное вами в про­шлом вознаграждение?

—   Вы думаете, что я поступаю необдуманно? Посмотрите вокруг себя. — Она вздохнула, но оружие в ее руке даже не дрогнуло. — Мне предложили более высокую цену.

Он медленно опустил руки.

—   Signora, подумайте о вашей репута...

Когда пуля попала ему в лоб, голова его откинулась назад; выстрел не оторвал его от пола, а просто отбросил на несколь­ко шагов назад.

Он еще только начал падать, когда она подошла к обожженным занавескам. София открыла их, чтобы проветрить комнату от едкого дыма. Стекло просто разлетелось вдребезги, но тяжелые металлические оконные рамы распахнулись наружу, заставив агента Дома Ашеров потерять равновесие. Она по­смотрела вниз на улицу и увидела там скорчившееся тело. По­тенциальный убийца скорее всего должен был пробраться в ее апартаменты и прикончить ее во время сна или в какой-то дру­гой редкий момент, когда она могла находиться в беспомощ­ном состоянии. Дом Ашеров нельзя было упрекнуть в недоста­точном старании.

Где-то издалека донесся свисток полицейского. Очень ско­ро в гостиницу прибежит весь Скотланд-Ярд. Ей нужно было немедленно уходить.

Чемоданы ждали у дверей. Она надела черную шляпку и за­вязала ее ленты под подбородком. В зеркало она взглянула на отражение стола, где совсем недавно наслаждалась своим ужином. Во рту появилась слюна.

Какая жалость, что приходится уезжать из этой гостиницы. Шеф-повар здесь — настоящий виртуоз.

Глава 20,

в которой Элизу Браун представляют британскому высшему обществу, и она чувствует себя неотразимой

Элиза любила Новую Зеландию и надеялась, что после не­скольких лет изгнания ее былые прегрешения будут прощены или забыты, и она сможет туда вернуться. Она любила мест­ную дикую природу и еще более дикую смесь разного народа; и все же была одна вещь, которой так не хватало ее любимо­му аванпосту империи.

Британцы, несмотря на всю свою претенциозность, знали, как строить изумительные загородные дома. Пока они ехали в красивой карете, специально нанятой на этот уик-энд, Эли­за изо всех сил старалась не вытягивать шею и не таращить­ся слишком уж откровенно на поместье Хавелока. Было труд­но не обратить внимания на это здание в стиле барокко, которое раскинулось на невысоком холме во всей своей кра­се. Сотни окон горели в лучах заходящего солнца, когда они подъезжали к дому по широкой аллее, усаженной по бокам де­ревьями. Западное и восточное крылья дома увенчивали баш­ни с куполами, которые четко вырисовывались на фоне садов с тщательно подстриженными деревьями. О таких местах она когда-то читала в детстве, но никогда не думала, что жизнь позволит ей увидеть все это своими глазами; и хотя это был далеко не первый дворец, в котором она побывала во время своих путешествий, в поместье Хавелока чувствовалось на­стоящее классическое великолепие.

—   Что ж, мисс Браун, — очень вовремя прервал ее воспо­минания Веллингтон. — Мы должны действовать здесь очень осторожно.

Элиза вздохнула и откинулась на спинку сиденья раскачи­вающейся кареты.

—   Вы действительно умеете разрушить очарование момен­та, Велли. — «Спасибо вам».

Иногда это прозвище на ее устах заставляло его машиналь­но вздрагивать. И именно поэтому она его так настойчиво по­вторяла. Поджатые губы придавали его красивому лицу не­обычное выражение, делая его похожим на человека, каким он мог бы стать при других обстоятельствах.

—   Мы вторгаемся в тайное общество, где, видимо, преоб­ладают гедонистические, жизнелюбивые настроения.

Элиза мило улыбнулась.

—   Звучит забавно.

—   Мисс Браун, — резко оборвал он, — я только хотел ска­зать, что вам следовало бы в этой связи немного сдерживать ваши колониальные привычки. — Она удивленно подняла бровь, и он нервно закашлялся. — Если мы выступаем здесь в роли преуспевающей супружеской пары, вам нужно бы при­нять образ более... — Он напряженно сглотнул. Теперь Эли­за подняла уже обе брови, во взгляде ее читались терпение и искреннее любопытство. — Более зависимой натуры.

—   Велли, — сказала она, вкладывая в его прозвище все свое возможное презрение, — думаю, что в такого рода делах у меня есть определенный опыт. Я не раз имела дело с мужчи­нами. — «И намного чаще, чем ты с женщинами».

Веллингтон открыл было рот, а потом просто откинулся на спинку сиденья. Он явно хотел ей что-то ответить, но в послед­ний момент, похоже, передумал.

Элиза осмотрела его своим критическим взглядом. На нем был очень хороший костюм с Савил-Роу, но настоящую ари­стократию всегда отличают определенные детали. Она полез­ла в свой саквояж и вынула оттуда маленькую коробочку.

Веллингтон взглянул на нее с нескрываемым подозрением, но, прежде чем он успел что-то возразить, Элиза подняла руку.

—   На вас действительно костюм от «Гивз и Компания», но одного нюанса вам не хватает.

Она положила руку своего напарника ему на колено и бы­стро сняла его довольно прозаические латунные запонки. За­тем из своей коробочки она извлекла изысканный комплект из серебра с перламутром и тут же принялась дополнять им наряд Веллингтона.

—   Кто это был на этот раз? — проворчал Веллингтон, хо­тя руку свою не убрал. — Какой-нибудь барон из германской провинции? Или, возможно, кто-то из приближенных царя?

—   Это был маркиз, если вам интересно, — мило ответила она. — Однако на вас они смотрятся лучше. — Занявшись второй запонкой, она выгнула бровь и сказала: — Поскольку мы говорим о поддержании соответствующего внешнего ви­да, что там, кстати, насчет министерства? Сама я считаю, что провожу с вами даже слишком много времени, но меня вол­нует, что нас может хватиться старик.

—   Именно поэтому я и позаботился придумать причину на­шего отсутствия после обеда. При условии, что он на свой не­ожиданный визит в архив потратит не более трех часов под­ряд, все будет хорошо.

—   Три часа, Велли? — Она покачала головой. — Ну, не знаю...

—   Мисс Браун, три часа — это все, что мы можем себе по­зволить, если хотим прибыть сюда в самое светское время.

—   Вероятно. Остается только надеяться, что доктору Са­унду не приспичит срочно расследовать дела Дома Ашеров. И к тому же здесь, — кивнув, сказала она, снова усаживаясь на свое сидение. — Да, на вас они смотрятся намного лучше.

Видимо, обезоруженный ее комплиментом, Веллингтон ничего не ответил. Пока они ехали по усыпанной гравием до­рожке вокруг громадного фонтана с сатирами и нимфами, беззаботно резвящимися в водных струях, Элиза обратила внимание, что скульптор совершенно не заботился о благо­пристойности поз этих фигур — интересный факт, который, возможно, о многом говорит.

Веллингтон не заметил этого — он был слишком поглощен тем, что смотрел на нее. Когда же он наконец нарушил молча­ние, голос его звучал уже по-другому. Как-то холоднее. Злит­ся, что ли?

—   Мы имеем очень приблизительное представление о том, куда мы идем, и если эти люди обнаружат, что мы являемся не настоящими кандидатами на вступление в их отвратитель­ный клуб, ситуация может стать...

—   Скользкой? — Она притворно ухмыльнулась.

—   Неуютной. — Веллингтон поправил свой очень жесткий и очень правильный воротничок. — Помните, что это только разведка. Идентифицировать злоумышленников, выяснить их замыслы и найти улики, которые мы могли бы продемонстри­ровать доктору Саунду... постаравшись при этом не показать, что мы нарушали правила.

При этих словах Элиза закусила губу. «Ты это все в учеб­никах вычитал, Велли?» Такая простая позиция, подсказан­ная обучением по книгам в архиве.

Если Веллингтон, видимо, считал их директора живым во­площением всей мудрости министерства, Элиза за время, про­веденное на оперативных заданиях, пришла к совершенно дру­гому мнению. Навязчивая идея доктора Саунда в отношении неуловимого Дома Ашеров закрывала ему глаза на другие ве­щи — ирония судьбы, которой она также не избежала, особен­но в том, что касалось ее предыдущего напарника. Наглядный пример необъективности Саунда, его неспособности видеть дальше собственных планов сидел сейчас перед ней — Вел­лингтон Букс, эсквайр. Сам архивариус и все эти неразрешен­ные дела были брошены в министерском подвале. Какой бы умелой она ни была, но именно Букс позволил ей вырваться из крепости в Антарктиде. Именно Букс связал дело Гарри с Обще­ством Феникса. Почему этот умный, обладающий тонкой инту­ицией человек прозябает в архиве? Этот детективный склад ума требовался — и срочно — именно в оперативной работе.