Крылья Мальгуса. Ступень Четвертая. Часть вторая - Инди Видум

— Дамиан бы до тебя все равно добрался. Ты был для него как бельмо на глазу — император всегда ставил тебя в пример сыну. Дамиан тебя ненавидел. Так что я только дал возможность тебе пройти путь талантливого артефактора полностью.

И добавил бонусом технологии, до которых я бы в своем мире не добрался и которые мне дали по приказу императора, теперь уже Дамиана. Бонус был хорош, но выбор сделали за меня.

— Уничтожив остальные мои жизни?

— Если ты проживешь в этом теле достаточно долго, куски души врастут друг в друга и она станет цельной для воронки перерождений. И вообще, если бы я тебе об этом рассказал, чтобы ты выбрал? — спросил он с хитрым прищуром, рассчитывая после моего ответа воскликнуть: «Тогда какая разница?»

— Откуда мне знать, что было бы? Ни ты, ни я уже не совсем те, что были, — напомнил я.

— Не осталось у тебя уважения к учителю, — загрустил он.

— Который сыграл меня втемную? Сделал лабораторной мышью?

— Я был плохим учителем? — вкрадчиво спросил он.

— Я не уверен, что помню все, — усмехнулся я. — Поэтому не могу сказать ни да ни нет. Одно ясно — я был хорошим учеником. И я знаю одно: если есть у кого-то из нас долг перед вторым, то только у тебя передо мной. Потому что Накрехом и Морусом сейчас занимаюсь я, а не ты.

— Каким еще Морусом? — сварливо спросил Айлинг.

— Ты даже этого не знаешь? — удивился я. — А ведь ты отправлялся сюда во всеоружии для борьбы с Накрехом. Мог бы хотя бы поделиться знаниями.

— Я не хотел тебя вообще привлекать. Ты сам вляпался, — ответил Айлинг недовольно. — Я решил, что Накрех сосредоточит на тебе свое внимание и его будет куда проще поймать, следя за тобой.

Черты его поплыли, возвращаясь к привычному мне облику. Наверняка решил, что так сможет опять взять меня под контроль. Наивный — для меня Айлинг мертв, а тот, кто сейчас на его месте, мне неизвестен. И вляпался я не сам — меня в любом случае бы привлекли, когда я оказался бы в теле Дамиана. Именно это нужно было Айлингу и его группе. Получается, что ритуал Серого меня спас от того, чтобы стать марионеткой в чужих руках.

— Так что там за Морус такой? — оторвал меня от размышлений Айлинг.

Пришлось пояснить, с иллюзиями и полным рассказом о способностях твари.

— Однако, — сказал Айлинг. — А я-то думал, почему не могу напасть на его след. Но кто знал, что Накрех окажется таким идиотом? Выдрать часть себя — на это мало кто пойдет.

— То есть Накрех может восстановиться из Моруса?

— Слепок там есть, — подтвердил Айлинг. — Но эта часть достаточно независима от своего создателя, чтобы играть свою партию.

Глава 32

Ответ Айлинга мне не понравился.

— То есть теоретически он сможет восстановить Накреха?

— Только если в этом мире нет его души, — туманно пояснил Айлинг.

— А если она будет в другом, то возможно шествие Накрехов по мирам?

Айлинг притворился старым и немощным, создал уютное кресло под задницей и с кряхтеньем туда опустился. Но меня этим было бы не обмануть даже в реале — я видел, что его нынешнее тело молодое и здоровое. А уж в снохождении у него вообще не было шансов казаться слабее, чем он есть.

— Теоретически, — наконец ответил он. — И мы тут, чтобы это предотвратить.

— Ты, — заметил я.

Он наконец обратил внимание на то, что я ему тыкаю.

— Мальчик мой, ты потерял ко мне уважение.

— За что мне тебя уважать?

— Я — твой учитель, — напомнил он.

— Был.

— И что? Ты не станешь отрицать, что я был хорошим учителем.

— Этого я отрицать не могу, — признал я. — Но и ты не можешь отрицать, что готовил меня для того, чтобы я заменил Дамиана.

Я тоже создал себе сиденье. Подальше от Айлинга, поскольку теперь я не знал, могу ли ему доверять. Если я был для учителя всего лишь инструментом, то при необходимости он меня использует и выбросит. Сейчас я сильнее, но он — однозначно хитрей и умней. Как он умело имитировал заботу обо мне…

— Что за чушь? — возмутился он. — Я не собирался тебя использовать. Нас, знающих, было слишком мало, ты — слишком молод, чтобы посвящать в наши дела.

— И Дамиан слишком наивен, чтобы заметить ментальное воздействие на себя.

— Какое воздействие, Мальгус? Не надо мне приписывать все грехи под всем солнцами. Дамиан и без дополнительных воздействий отвратительный правитель, — буркнул Айлинг. — Жадный, неблагодарный, думающий только о своих развлечениях. Он сейчас устроил такую чистку среди магов, что, чувствую, там скоро никого приличного не останется. Только те, кто умеет вовремя падать ниц и вылизывать ему задницу. Мы думали о нем лучше, чем он есть. Были уверены, что не станет убивать отца, дождется естественного хода, так сказать, событий. И у нас будет время если не убедить Дамиана помочь нам, то заставить его играть на нашей стороне так, что он бы ничего не понял.

— В таком случае, чем вы лучше Накреха?

— Мы не убиваем ради развлечения и любви к познанию. Мы заботимся об общественном благе.

— Так, как понимаете его вы. Ты уверен, что он не ответил бы так же?

— Накрех соврет — недорого возьмет.

— А ты? Мне казалось, что если есть человек, достойный моего доверия, то это — учитель.

Он ненадолго отвел взгляд.

— Я был с тобой честен. Просто не рассказывал о некоторых вещах, о которых не имел права говорить с учеником. И я не хотел твоей смерти. Ты был сдерживающим фактором для Дамиана, а сейчас он окончательно пошел в разнос и его почти невозможно контролировать, потому что маги при троне дают клятву, если ты забыл. И вынуждены поддерживать даже самые нелепые императорские требования. Но нам с тобой на это уже никак не повлиять, потому что назад мы не вернемся.

— Я бы не был в этом так уверен, — заметил я. — Дело в том. что я не так давно открыл пространственный карман и он тот же самый, что был у меня в том мире. А это значит, что его можно использовать для перехода.

— Маловероятно, — ответил Айлинг, даже не задумываясь. — Пространственный карман — всего лишь хранилище, привязанное, как выяснилось, к душе. Ты открываешь его там, где находишься другого выхода из него не предусмотрено. Но если тебе так хочется вернуться, я могу подбросить несколько идей. Но потом, когда все закончится.

Хочу ли я вернуться? Внезапно я понял, что все, что происходило в том мире, теперь мне кажется ненастоящим, как хороший фильм или красочный сон которые уже просмотрены и к которым нет желания возвращаться. Было, не было — какая теперь к черту разница? У меня даже не осталось желания отомстить Дамиану. Он тоже казался всего лишь изображением пустым и никчемным.

— Мне нет дела до того мира, — заметил я. — Но есть дело до этого. Потому что здесь есть те, кто мне близок, и я не хочу, чтобы они пострадали. И если уж мне приходится заниматься твоей работой, то я не хочу блуждать в темноте. Мне нужно знать все, что знаешь ты. Сейчас.

— Я обратился к тебе с плевой просьбой, — возмутился Айлинг. — Я столько лет угробил на твое обучение, что вправе рассчитывать на простую благодарность. Ты же не только не хочешь помочь, но и ставишь условия.

— Разумеется. Почему бы мне не ставить условия для того, кто один раз меня уже предал?

Он воздел руки к небу и закатил глаза.

— Мальгус… — начал было он.

— Ярослав, — поправил я.

— Хорошо, Ярослав, — усмехнулся он. — Но учил я Мальгуса и хотел достучаться именно до него. Я никогда не желал тебе зла. Мы не планировали убийство Дамиана. Оно нам не нужно было, понимаешь? О захвате власти речь никогда не шла, что бы тебе ни плел нынешний правитель. И не обольщайся его словами дружбы. Он тебя ненавидел и чувствовал себя тебе обязанным. Для императоров этого достаточно, чтобы расправиться с человеком.

Почему-то подумалось про Тумановых. Относилось ли это к ним?

— Когда ты оказался здесь, я сделал все, чтобы тебе помочь. Освободил от ученичества, потому что это ограничивает. Выбил из Дамиана такие техники, на которые раньше ты мог только облизываться со стороны.

Он был прав, но только опять умалчивал о своем интересе.

— И одну из которых ты собираешься использовать на себе.

— Ты про Ступени? Нет, я прохожу старый вариант, не императорский, — неожиданно ответил он. — Да, он дает меньше, но против Накреха мне хватит. Я тороплюсь завершить до того,