Рандеву с водяным - Дарья Калинина

— И куда пошли девочки? — выдавила я из себя.

— Не знаю, — удивилась Катерина Николаевна. — Кажется, тетя повела их показать одно место, которое как-то связано с историей Мишиной семьи. Но чего вы беспокоитесь, она не сделает им худого. Она же их родная тетка.

Мы с Маришей переглянулись.

— И давно она приехала? — спросила Мариша. — Я имею в виду тетку девочек?

— Буквально за полчаса перед вами, — ответила Катерина Николаевна. — Даже не передохнула. Сразу же повела девочек куда-то, как она сказала, пообщаться. А я не возражала, им ведь есть что сказать друг другу.

Выйдя из квартиры, мы снова переглянулись.

— Все ясно, — сказала Мариша. — Татьяна поехала не на поезде. А в последний момент они с мужем переиграли, и кто-то подвез Татьяну до Питера на машине. Поэтому она и смогла обогнать нас.

Мы вышли на улицу и в задумчивости посмотрели по сторонам. Внезапно мы увидели торопливо шагающую в нашем направлении Татьяну. Она была одна, если не считать дорожной сумки у нее в руках.

— Девочки! — обрадованно воскликнула Татьяна, не обращая внимания на наши вытаращенные глаза. — Вы меня поджидаете? Спасибо вам, а то я у вас в городе почти заблудилась. Только что с поезда. Таксист оказался какой-то недотепа. Высадил меня совсем не там, где я просила.

Пока мы продолжали ошеломленно таращиться на Татьяну, она спросила:

— Ну и где дом моих племянниц?

— То есть как это где? — недоуменно переспросила у нее я. — Вы что, не знаете сами?

— Нет, — удивилась Татьяна. — Откуда мне знать, если я там никогда не была?

— Как это не были? — закричала Мариша. — А полчаса назад?

— Полчаса назад я только сошла с поезда, — ответила Татьяна. — А в чем дело?

Но мы с Маришей ей не ответили. Вместо этого мы кинулись назад в квартиру Цветиковых. Дверь нам открыла Катерина Николаевна.

— Как выглядела та женщина, которая представилась теткой девочек? — закричала Мариша, не дав домработнице открыть рот.

— Как? — переспросила Катерина Николаевна. — Обыкновенно выглядела. Одета скромно. Высокая, я бы даже сказала, крупная. Средних лет. Бледная. Но это и понятно, она же только недавно узнала о смерти родного брата, которого не видела столько лет.

— А документы? — воскликнула я. — Вы спросили у нее документы?

— Нет, я… — растерялась Катерина Николаевна. — …Я как-то не догадалась. Она позвонила в дверь, сказала, что она сестра Михаила, родная тетя Карины с Варей. Я ее и впустила. Она выглядела вполне приличной, если не считать ее бледности.

Не слушая продолжения рассказа, мы кинулись вниз, не отвечая на вопросы недоумевающей Татьяны и встревоженной Катерины Николаевны. Внизу мы сразу же накинулись на консьержку тетю Тоню.

— Ну, видела я их, — кивнула та в ответ на наши вопросы, видела ли она, как мимо нее прошли сестры Цветиковы с незнакомой женщиной. — Они втроем вышли на улицу, сели в машину и уехали.

— В какую машину? — воскликнула я.

— В такси, — ответила консьержка. — Номер еще такой страшный три шестерки. Число сатаны. Точно вам говорю.

— А буквы? — спросила я.

— Какие буквы? — не поняла тетя Тоня.

— В номере на машине должны быть не только цифры, но еще и буквы, — нетерпеливо сказала я.

— Буквы я не запомнила, — пожала плечами тетка Тоня.

— Ладно, бежим, — дернула меня за рукав Мариша. — Достаточно и того, что мы знаем. Такси с тремя шестерками в номере.

И, не тратя больше времени на разговоры, мы побежали к Маришиной машине.

— Остается только надеяться, что у этого Ковальчука, выдававшего себя за Михаила Цветикова, тоже имелась родная сестра, — пробормотала Мариша. — И именно она и забрала девочек с собой. И сейчас они втроем мирно сидят в каком-нибудь кафе, разговаривают о Ковальчуке и вспоминают, каким он был чудесным отцом и братом.

— Что-то мне в такую развязку не слишком верится, — с сомнением сказала я.

— Мне тоже, — вздохнула Мариша.

Но на всякий случай мы объехали все окрестные кафе, бары и прочие места, где холодным осенним днем можно было бы сесть и спокойно поговорить. С нами в машине ездили и Катерина Николаевна с Татьяной, помогая нам в поисках. Катерина Николаевна информировала нас о наличии в том или ином переулке уютного кафе.

В результате мы осмотрели их все. Смотрели мы также и такси с номерным знаком три шестерки. Но ни машины, ни девушек, ни незнакомой дамы, которая представилась их тетей, мы так и не нашли.

— Ничего не поделаешь, — с тяжелым вздохом сказала Мариша. — Придется ехать за помощью к Жихареву.

— Ой! — пискнула я. — Он нас убьет. Точно тебе говорю, убьет. Особенно после того, как мы с ним гордо попрощались, сказали, что у нас есть дела, а через час врываемся обратно к нему в кабинет и воем, что сестры Цветиковы снова похищены. Ты хоть представляешь, что он нам на это может сказать?

— Представляю и сама боюсь, — хмуро кивнула Мариша. — Но у тебя есть другой вариант? Только милиция сможет разыскать, если сможет, это такси и странную женщину.

— Девочки, я что-то совсем ничего не понимаю, — вмешалась в наш разговор Татьяна. — Кому могло понадобиться похищать Карину с Варей?

— Не знаю, — мрачно ответила я.

И мы с Маришей действительно не знали. Все наши догадки оказались ошибочными. Но нас можно было понять, если все только и делали, что притворялись не теми, кем были на самом деле. Михаил был вовсе не Михаилом и даже не Семеном, а подозреваемым в убийстве Ковальчуком. Сестры Цветиковы в Турции оказались обычными проститутками. А отец убитой Алены был тем самым детективом, которого наняла Светлана Игоревна для поисков своего мужа.

В общем, сплошная путаница. А в результате мы упустили что-то очень важное. Мимо нашего внимания проскользнула та самая женщина, которая сейчас увезла в неизвестном направлении сестер Цветиковых. И эта женщина была как-то связана с покойным Михаилом — Ковальчуком.

Когда мы вчетвером ворвались в кабинет Жихарева, там уже сидел Федя и еще один парень. Похоже, у них было совещание. И нас они видеть хотели меньше всего на свете. Пока мы переводили дыхание, Жихарев произнес:

— Что случилось на этот раз? Что вы еще натворили? Выкладывайте живо. Я же по вашим лицам вижу, что что-то случилось.

И тут нас прорвало. Путаясь и перебивая друг друга, мы хором начали объяснять ему ситуацию. Причем фальшивые тетки путались в нашем рассказе с числом сатаны, такси — с поездом из Пскова, а неожиданно возникшие женщины мешались с перечнем кафе и баров, в которых нам пришлось побывать за последние полтора часа.

Но, как ни странно, Жихарев уловил главное. Он побагровел и завопил:

— Вы что, хотите сказать, что какая-то неизвестная женщина почти час назад увезла сестер Цветиковых в неизвестном направлении? А вы вместо того, чтобы сразу же сообщить мне об этом по телефону, потащились искать их по кафе? Вы что? Вы совсем идиотки?

И, не дожидаясь нашего ответа, он немедленно схватил телефонную трубку.

— Какой номер был у машины, на которой, по вашим словам, их увезли? — крикнул он нам. — Это вы по крайней мере запомнили?

— Три шестерки, — сказала Мариша. — А машина была с шашечками на крыше. Такси.

Жихарев ничего не сказал, а начал кому-то звонить, объяснять ситуацию и требовать подкрепления и организации плана «Перехват».

— Вы хоть понимаете, что с этими девочками могло случиться за то время, пока вы искали их по кафе? — спросил у нас Федя. — Господи, а я еще не соглашался с Жихаревым, когда он утверждал, что у вас не все дома.

Мы молчали. Возразить нам было нечего. Мы совершили ошибку, хотя и не вполне понимали, как это могло случиться.

— Федя, а что тебе удалось узнать в Пскове? — елейным голоском спросила Мариша, когда Жихарев выскочил из кабинета.

— Подозреваю, то же самое, что и вам, — холодно ответил ей Федя. — Кто из вас брал уголовное дело Семена Боровикова?

И он обвел нас всех строгим взглядом.

— Я! — выступила вперед Татьяна. — Я родная сестра Семена. По профессии я врач. И в архиве работает одна моя пациентка. Она и помогла мне ознакомиться с делом брата.

— Понятно, — кивнул Федя. — А я все голову ломал, как этим пронырам, — и он кивнул на нас с Маришей, — удалось проникнуть в закрытый архив и заполучить дело.

— Но откуда ты догадался, что дело кто-то брал? — спросила Мариша.

— Когда я взял в руки папку с делом, то сразу понял, что передо мной ее кто-то уже читал. И совсем недавно. На папке и листах не было ни пылинки, — ответил Федя. — А женщина из архива сказала, что за день до моего приезда этим делом уже интересовались две приезжих из Питера девицы. Так что сложить два и два было несложно.

— Федя, а ты знаешь, кто мог похитить девочек Цветиковых? — спросила я.

— Догадываюсь, — кивнул тот.