Рандеву с водяным - Дарья Калинина

— Ясно, — кивнул Делон. — Значит, дело в твоем характере. В общем, я так и подозревал, что характер у тебя скверный. Ну это ничего. Я тебя быстро перевоспитаю. По струнке у меня ходить будешь и пикнуть бояться.

Надеясь, что он шутит, я посмотрела ему в глаза. Но Делон не шутил. Он говорил вполне серьезно. И при этом смотрел на меня, явно ожидая моей реакции.

— Так, значит, Алена в конечном итоге работала на тебя? — чтобы что-нибудь сказать, спросила я.

Это было явно не то, что ожидал услышать Делон. Поэтому он поморщился и ответил:

— Какая, собственно, разница? На меня она работала или на кого другого? Тебе-то что?

— Так просто, — ответила я. — Интересно все-таки. Человека убили, на наших глазах, можно сказать. Необходимо разобраться.

— Ну, на меня Алена работала, если тебе так уж интересно, — ответил Делон. — И дома, которые вы видели, и еще несколько тоже мне принадлежат. Только я из-за своей любви к вашему полу не могу сам управлять делами. А Алена держала девиц в строгости.

— Так вот почему ты летела в Турцию! — догадалась я. — Чтобы напомнить там, что хоть Алена и умерла, но настоящий хозяин все еще жив!

— Да, — кивнул Делон. — А что тут такого?

— И ты искал сестер Цветиковых вовсе не потому, что тебя так заботила смерть Алены, ты хотел через девушек найти Михаила, — продолжала я свои разоблачения. — Ты просто испугался, что если сестер начнут искать и, не дай бог, найдут в Турции в том публичном доме, куда их должна была запихнуть Алена, то у тебя могут возникнуть неприятности. Дома ведь в конечном итоге были твои. Так? Поэтому ты полетел в Турцию? Алена не предупредила тебя, что вместо сестер Цветиковых полетят настоящие проститутки?

— Ну да, — кивнул Делон. — Алена многое от меня утаивала. Но, поверь, я говорил тебе правду, меня действительно интересует, кто убил Алену. Потому что Алена работала на меня. Я платил ей процент. И я постараюсь найти ее убийцу. Но сейчас я пришел не за этим.

— А зачем? — спросила я.

Делон открыл рот и изрек самую удивительную вещь, которую мне приходилось слышать за последнее время.

— Мне срочно нужна замена Алене, — сказал он. — Как думаешь, твоя подруга не согласится? Турецкий выучить не проблема.

Я вытаращила на него глаза. Представить себе Маришу в роли хозяйки публичного дома, даже не одного, а целой сети публичных домов, я при всем желании не могла.

— Она бы отлично подошла, — продолжал развивать свою мысль Делон. — Сразу видно, что воровать бы не стала. И комплекция у нее такая, что с ней особенно не поспоришь. Сразу видно, что умеет на своем настоять.

— Это уж точно, — пробормотала я себе под нос.

— Позови подругу-то, — велел мне Делон. — Чего задумалась?

— Мариша, иди сюда! — крикнула я. — К тебе разговор есть!

Мариша появилась в кухне, уже полностью экипированная для поездки в Новгород. Умытая и причесанная.

— Ну чего? Вы тут еще долго? — нетерпеливо спросила она у меня, поглядывая на Делона, который и не думал уходить.

— Мариша, тебе тут предложение пришли делать, — давясь от сдерживаемого хохота, сказала я. — Деловое. Насчет работы.

— Да? — подняла брови Мариша. — И кто?

И она в полном недоумении огляделась по сторонам. Делона в качестве работодателя она явно не рассматривала.

— Не хочешь поработать в публичном доме? — спросила я у подруги. — У нашего гостя, оказывается, целая сеть публичных домов. И все девушки, которые там работают, нуждаются в присмотре. Раньше этим занималась Алена, а теперь… Теперь этим можешь заняться ты. Во всяком случае, Делон был бы очень доволен, если бы ты приняла его предложение.

И мы с Делоном уставились на Маришу, а она на нас. При этом Мариша все время меняла окраску от малиновой до снежно-белой. Широта цветовой гаммы Маришиной физиономии просто поражала. Лично мне никогда бы так не сделать. Но трактовали мы эту смену цветов с Делоном совершенно различно. Я полагала, что Мариша злится, как никогда в жизни. А наивный, плохо знающий мою подругу Делон полагал, что Мариша в себя не может прийти от свалившегося на нее счастья.

— Ну как? — спросил наконец Делон, когда молчание стало затягиваться. — Рада? Язык от радости небось проглотила? Не думала, что тебе когда-нибудь такое предложение на голову свалится? Пляши давай, а то еще могу и передумать!

— Как ты сказал? — неожиданно прорезался у Мариши густой бас. — Чтобы я работала в публичном доме? Заруби себе это на носу, ни-ког-да! Понял? Никогда!

И Мариша начала гневно пыхтеть. Закончив пыхтеть, она спросила у Делона:

— Ты уже выпил свой чай? Выпил? Тогда вон отсюда!

И она указала Делону на дверь. У Делона отвисла челюсть. Такого поворота он не ожидал.

— Вон! — повторила Мариша.

— Ну и дура! — бросил Делон, вставая. — Просто дура! Могла бы получать десять тысяч в месяц и иметь весь почет и уважение. А теперь прибежишь ко мне, но я уже тебя не возьму. Потому что дура!

И он ушел. А мне еще долго пришлось отпаивать Маришу валерьяновыми каплями, прежде чем у нее перестали трястись руки и голос вновь стал нормальным.

— Меня в жизни еще так никогда не оскорбляли! — заявила Мариша. — Даже когда мужики на Невском предлагали мне переспать с ними за какие-нибудь паршивые пятьдесят долларов, мне не было так мерзко! Они хоть немного сомневались, соглашусь я или нет. А этот тип! Он же ни капли не сомневался, что я приму его гнусное предложение.

— Зато ты видела, какая у него сделалась рожа, когда он понял, что ты отказалась? — спросила я.

И мы дружно захихикали, вспоминая вытаращенные глаза Делона.

— Ладно, повеселились, и хватит, — внезапно стала серьезной Мариша. — Ты почему до сих пор в пижаме ходишь?

— Ты что, не помнишь? Я же Делона чаем поила, когда ты меня наедине с ним бросила. Когда же мне было переодеться? — удивилась я.

— Живо скидывай свой халат и пижаму и иди умывайся! — распорядилась Мариша. — Нам пора ехать.

Ах, да! Ехать! Из-за раннего визита Делона у меня совсем вылетела из головы мысль о запланированной Маришей поездке в Новгород. То есть не до конца вылетела, но как-то Делон ее своим предложением перешиб. В общем, собралась я и привела все в порядок в рекордно быстрый срок. Мариша к этому времени успела плотно позавтракать, а мне пришлось жевать свои бутерброды уже в машине.

— Так какого черта ты с этим Делоном пустой чай распивала? — рассердилась Мариша, когда я указала ей на это обстоятельство. — Могла бы уж заодно и позавтракать.

На этот раз до Новгорода машину вела я. Впрочем, ничего трудного в этом не было. Если сравнивать с маневрами по городу, где тебя постоянно подрезают всяческие придурки, то ехать по трассе сплошное удовольствие. И до Новгорода мы добрались без всяких осложнений. И архив суда нашли без проблем. И он даже работал.

Мы заглянули в кабинет и увидели, что там сидит одна довольно пожилая и явно недовольная жизнью тетка и пьет дымящийся кофе из чашки с красными маками. Больше никого в архиве не было. Зато прямо перед дверью на стене висело большое объявление, что дела нужно заказывать из архива за три рабочих дня.

— Значит, так, — вынырнув из-за двери, сказала Мариша, — компьютера я там не видела. То ли его вообще нет, то ли они его прячут.

— И что?

— А то, что все теперь будет зависеть от этой тетки. Захочет она нам помочь, будет у нас дело об убийстве сестры Елизаветы Михайловны, а заартачится — и все. Больше нам никто не поможет.

— Так, и что делать-то? — спросила я. — Нужно эту тетку как-то задобрить?

— Вот именно, — активно кивнула Мариша.

И мы отправились задабривать незнакомую нам женщину. Для начала мы купили в соседнем магазине десяток пирожных, взяв разных видов. И с легким кремом, и пожирней. Потом купили большую банку кофе и коробочку норвежского плавленого сыра. Кроме того, Мариша заскочила в соседний магазин и приобрела там бутылку белого вина «Слезы Мадонны».

— Ну, теперь мы готовы! — сказала Мариша. — Пошли!

Когда мы вернулись, выяснилось, что тетка уже допила свой кофе. И посетителей прибавилось. Пришлось ждать, пока они оформят бумаги и уберутся. Наконец дошла очередь и до нас.

— Что вам? — спросила женщина, подняв на нас глаза с отекшими веками.

Мариша поставила на ее стол мешок с купленной провизией и жалобно заголосила о том, какой деспот у нее начальник. Требует от нее невозможного, хочет получить дело какого-то Ковальчука уже сегодня. А ведь заказывать дело нужно за три дня. Это всем известно.

— Ну да! — подтвердила женщина. — Именно! За три дня.

— Вот, а он ничего слушать не хочет и грозится уволить. И ведь уволит! Контора-то частная. А платят хорошо. Потерять такую работу из-за дурости начальства было бы жалко. Помогите, а!

И Мариша выставила на стол наши покупки. Кроме того, она полезла в сумку и достала кошелек.