Побеждаю и сдаюсь (СИ) - Анастасия Разумовская

Джайри хмыкнула.

Остановились они днём, когда солнце уже высоко стояло в небе. Улар въехал в небольшую рощицу, Шэн спрыгнул, помог слезть Джайри. Нарубил веток, снял с них веточки, сложил, накинул попону, а сверху — свой плащ. А затем нарубил большие ветви и устроил костёр. Из трёх сучьев сделал что-то вроде шалаша, на который скинул свою куртку и развесил так, чтобы она укрывала от солнца лежащего на хворостяном ложе.

— Спи, — сказал мягко, — я приготовлю еду…

— Ты уходишь?

— Не тревожься, я…

— Сделай мне лук. Или дай оружие какое-нибудь.

Шэн кивнул. Отрубил ветку тиса, обстругал, вытащил из кармана тетиву. Ножом же сделал стрелы. Наконечники у него оказались в одном из карманов. Вообще, на его штанах карманов было бесчисленное множество.

— Ты всегда это всё носишь с собой? — удивилась Джайри.

Шэн снова кивнул. Согнул лук, натянул тетиву, попробовал. Протянул вместе с собственной саблей Джайри. Затем вытащил небольшой нож и тоже отдал ей.

— Я скоро.

Шэн ушёл достаточно далеко и принялся ставить силки на кроликов. Предстояло ещё выкрасть для Джайри лошадь, и это был сложный вопрос: с одной стороны, им было бы лучше держаться подальше от городов, замков и вообще людей. С другой, там, где нет людей, нет и лошадей. А время для дальних выпасов ещё не пришло. И, конечно, можно было оставить Джайри одну, и сходить за лошадью самому, но… Шэн боялся оставлять девушку. Ему и сейчас казалось, что с ней непременно что-то случится плохое.

Но случилось не с ней.

Глава 29

Встреча

Княжича Шэн увидел на пару секунд раньше, чем тот заметил его. Замер, но сразу понял, что обнаружен. Младший брат прищурился, и кривая усмешка коснулась его губ. Он шёл, держа коня в поводу.

— Ну, и где наша княгиня? Твоя любовница. Или ты украл её не для себя? Кто тебя подкупил, Шэн?

Парень вынул саблю из ножен.

— Эвэйк, — Шэн попытался образумить брата мягким, тихим голосом, — я не хочу тебя убивать.

— Я не вижу у тебя на бедре сабли. Чем ты не хочешь меня убить, а, Шэн? Силками, как кролика?

— Убить я могу даже пальцами, — пояснил Белый дракон. — Я даю тебе возможность уйти. Уезжай. Ты сын отца моего, брат моего брата. В тебе течёт та же кровь, что и во мне. Уходи, Эвэйк.

— Ты лжёшь! — закричал Эвэйк, и конь его начал бить передними копытами и ржать. Ярость всадника передалась ему, и скакун нервничал. — Когда родная кровь тебя останавливала? Ты не спас жизни моего отца, хотя должен был умереть, но спасти своего князя!

Шэн медленно пошёл к брату:

— Ты молод. Очень. И неразумен. Судить меня — это не твоё дело. Князь Тивадар взвесил всё и принял решение. У тебя нет права на суд, Эвэйк.

— И ты его предал! — завопил княжич. — Чем ты отплатил за милосердие⁈

— Это дело моё и князя. Не твоё.

Эвэйк прыгнул вперёд, нанося удар. Шэн ушёл из-под клинка, но сабля брата всё же рассекла ему плечо. Белый дракон зашипел от боли.

— Небо на моей стороне! Ты видишь, видишь⁈ Небо не любит предателей…

Шэну стало нехорошо. Он не хотел убивать младшего брата, которого помнил совсем малышом, но Белый дракон не умел сражаться, и у него не было оружия. А, если не устранить княжича, то Эвэйк погубит Джайри. Решать надо было прямо сейчас.

Мужчина сделал несколько шагов назад, оттягивая время выбора. Он чувствовал, как стремительно намокает рукав.

Эвэйк снова махнул саблей, надвигаясь на старшего брата, и Шэн понял, что княжич сделал неверные выводы из отступления противника.

Внезапно нападавший закричал и схватился за правую руку. Сабля выпала из его пальцев, упала на траву, звякнув о камушек. Шэн перевёл удивлённый взгляд с наконечника стрелы, пробившей предплечье Эвэйка, на Джайри, светлевшую среди деревьев шагах в пятидесяти позади нападавшего.

— Княжич, — звонко и твёрдо крикнула девушка, — дурно воспитанные мальчики должны быть наказаны. Учти: я не промахнулась. Следующий выстрел пронзит твоё горло. Шэн жалеет младшего брата. Я — не пожалею. У меня для снисхождени нет ни одной причины.

Княжич обернулся к ней, по-прежнему сжимая предплечье.

— А вот и серебряная шлюха!

Джайри положила на излучину лука новую стрелу и натянула тетиву.

— Ну, чего замерла? Стреляй! — злобно закричал парень, но тут Шэн шагнул к нему и заломил простреленную руку.

Эвэйк взвыл от боли. Рухнул, разом потеряв сознание. Лис наклонился, снял него портупею и ножны, подобрал с травы саблю, вложил клинок в ножны. Взял коня за повод и пошёл к Джайри. Её волосы отливали серебром на фоне распускающихся листьев. Взгляд был мрачен.

— Я так понимаю, вопрос с моим конём закрыт? –хмуро уточнила девушка.

Шэн кивнул.

— А если Эвэйк посвистит, и конь вернётся?

— Это очень молодой конь. Он не так хорошо обучен, — возразил Лис. — Возьми саблю. Она — твоя.

— Этот не умрёт от позора? — кивнула Джайри на бессознательное тело. — Его оружие досталось женщине!

— Оружие всегда достаётся победителю.

Джайри вернула саблю Шэну, взяла себе княжескую, запрыгнула в седло. Шэн вскочил позади и так они добрались до места, где собирались отдохнуть. Там мужчина стянул с себя куртку, рубаху, и Джайри перевязала рану.

— Её надо чем-то обработать, — прошептала она, содрогнувшись от вида рассечённого мяса.

— Потом.

Девушка помогла Лису собраться: надо было уходить немедленно. Ехали они на двух лошадях. Молча: разговаривать стало неудобно.

Когда, наконец, остановились, уже стемнело.

— Мы не поедем ночью? — Джайри спрыгнула с лошади, потрепала её морду.

— Что-то произошло, — задумчиво ответил Шэн. — Я не понимаю, почему Эвэйк был один. Тивадар его никогда не отпускал одного: горы полны опасностей. Я не слышу облавы. Я знаю, как это делается: всадники, собаки… Но в горах тихо. Мне всё это не нравится, Джайри. Думаю, будет лучше, если мы выспимся, а утром быстрее двинемся в путь.

Он расстелил попоны, сверху накинул плащ, лёг, и Джайри опустилась рядом.

— Шэн, — тихо позвала она, глаза её сияли серебром.

Она коснулась его губ, нежно и ласково. Он отозвался тотчас…

Джайри долго прислушивалась к его дыханию и думала: «Ты будешь моим. Ты мне нужен. Я привяжу тебя к себе так крепко, что ты передумаешь ехать на восток. Мы поедем в Серебряный щит, и ты станешь моей правой рукой. Моим Белым драконом. Только без дурацких обетов».

Утром Шэн нашёл в седельных сумах лепёшку и разделил на двоих. Силки пришлось оставить там же, где они оставили Эвэйка. Однако ближе к полудню беглецы услышали блеяние и ощутили запах овец. Шэн, оставив Джайри, подъехал к отаре и купил у пастуха сыра и вина.

— У меня в Ботонде есть библиотека, — заметила Джайри, когда, ближе к вечеру, они устроили привал. — Там много-много книг и манускриптов. Там есть рукописи, написанные моим отцом после его путешествий. С картами.

Шэн с любопытством взглянул на спутницу.

— Ты меня пытаешься подкупить?

— Да. А почему бы и нет, Шэн? Даже если ты убьёшь Тивадара, то новым князем станет Эвэйк. Не думаю, что он разрешит тебе уйти живым после поединка. Но даже если так, куда ты пойдёшь? Нельзя же странствовать вечно. Шэн, у тебя больше нет дома. Нет семьи. Я могу тебе всё это дать.

Лис смотрел, прищурившись, на плоские горы, уходящие на запад. Неровный золотистый свет заливал их нежным румянцем. Ни одного дерева. Только трава и мелкий кустарник.

— Ты станешь моей правой рукой, — продолжала соблазнять Джайри, — и у тебя будет столько коней, сколько ты захочешь. Мы с тобой будем строить новые крепости, и… Ты будешь свободен. Ты не будешь мне слугой. Шэн, ты мне очень нужен. Просто ты. Ты сам. Не как убийца, даже не как телохранитель. И даже не как помощник, если ты не захочешь быть моим помощником. Ты сможешь делать, что захочешь сам. Кроме, конечно, как командовать мной… И моим щитом.

Лисьи глаза скосились на неё.

— Джайри, — мягко позвал Шэн. — Не трать время. Я обещал тебе подумать над твоими словами. Но не сейчас. Завтра мы будем в Шёлковом щите. Я довезу тебя до Шёлкового города. Это случится утром на следующий день.

«Уже!» — испугалась