Книга Атруса - Робин Миллер

У каменного карниза он помедлил, глядя на берег моря. Два острых, похожих на клыки камня оказались сломанными – скорее выломанными. Некоторое время Атр смотрел, как начинается прилив, как волны, словно покрывала, плещутся, развеваемые ветром, а крошечные капли воды, нагретые полуденным солнцем, поднимаются над берегом и медленно летят навстречу волнам, вновь сливаясь с ними.

Атр понял: ему жаль расставаться с этим миром. Жаль, что он так и не успел как следует познать его.

Отвернувшись, он подошел к скале. Сбросив на землю принесенные ветки, он отобрал самые большие, тщательно уложил их, прикрыл ветками поменьше и окружил кострище кольцом камней.

Вынув из кармана трутницу деда, он положил ее на большой плоский камень и достал из сумы Книгу Уз Гена.

Опустившись на колени, Атр прикрыл трутницу ладонями и высек искру, а затем поджег ветки, наблюдая, как пламя занялось, как постепенно его раздувает ветер, как рыжие языки начинают лизать Книгу Уз.

Атр отпрянул. Вот так! Теперь осталась лишь его собственная Книга Уз! Все, что понадобится – держать ее над костром, уходя из Эпохи. Когда он исчезнет, Книга упадет в огонь и сгорит, а Ген останется здесь навсегда.

Он поднялся по выщербленной стене утеса, пока не достиг трещины, в которой спрятал собственную книгу. Повиснув на стене, он долго шарил рукой среди камня, пока не нащупал коробку.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Очнувшись, Атр обнаружил, что он стоит во дворе у храма. Его руки были крепко связаны за спиной, а веревки на шее, поясе и щиколотках притягивали его к толстому столбу, врытому в землю. Кровь стучала у него в висках, и когда он попытался открыть глаза, боль немилосердно усилилась.

Он медленно разомкнул веки, привыкая к сумеречному свету, а затем, повернув голову, насколько позволяли веревки, огляделся.

Поблизости, на столе – так близко, что, не будь он связан, Атр дотянулся бы до них, – лежали две Книги Уз.

Он застонал, а затем почувствовал прикосновение к плечу и чье-то горячее дыхание на щеке.

– Значит, ты-вернулся к нам, Атр, – спокойно проговорил Ген. – А я уж думал, что потерял тебя навсегда. Похоже, даже я сам не знаю границ своей власти.

Атр отвернулся, сжав губы при мысли о

Кэтрин. Она осталась на Мисте, она ждала. А он нарушил свое обещание.

– Умница Кэтрин, – проговорил Ген, словно подслушав мысли Атра. – Неужели ты думал, что она пропустит собственную свадьбу?

С этими словами Ген повернулся к соседним деревьям, в тени которых виднелся чей-то силуэт. Атр обмяк, когда девушка шагнула на свет.

Это была она!

Атр закрыл глаза и застонал.

«Она выходит замуж за отца…»

Эта мысль была невыносима. Казалось, со всех сторон зазвучал торжествующий, злорадный смех. Но, открыв глаза, Атр увидел только Гена, стоящего перед жителями Пятой Эпохи. Он воздел руки к небу с видом властелина, окруженного подданными.

– Народ Пятой Эпохи! – властным голосом провозгласил Ген. – До меня дошли слухи, что кое-кто из вас… – Ген указал на горстку островитян, которых Атр сначала не замечал, а может, их привели только что. Они стояли на коленях у ног Гена со связанными за спиной руками, и среди них были братья Кэтрин – Карел и Эрлар. – Кое-кто из вас осмелился стать пособниками моих врагов, помогать этому самозванцу… – он указал на Атра, – который выдавал себя за моего сына!

Ген воздел руки к небу.

– Такому преступлению нет прощения. Дерзость должна быть наказана!

В толпе островитян послышался испуганный ропот.

– Да, – продолжал Ген, – я предупреждал вас, но вы не слушали меня. И потому в наказание вас ждут великие приливы…

– Нет! – крикнул Атр хриплым голосом.

– Солнце станет черным…

– Нет!

– А земля – ваша земля – содрогнется, и Великое древо падет!

– Этого не будет! – крикнул Атр на этот раз так громко, что его услышала толпа. – Он лжет! С островом ничего не случится. Все, о чем он сказал, – недостатки Книги. Я устранил их, я…

Атр осекся, заметив злорадную и торжествующую ухмылку на лице отца.

– Неплохая работа, Атр… я знал, что могу положиться на тебя. – Улыбка вдруг слетела с губ Гена, и они скривились в издевательской усмешке. – Я с удовольствием прочту изменения, которые ты так любезно предложил мне. – И, шагнув в сторону, он щелкнул пальцами, подзывая членов Гильдии. – Развяжите его!

Повернувшись к толпе, Ген снова простер руки к небу.

– Люди Пятой Эпохи! Вам несказанно повезло. Я отдал слуге приказ, и он выполнил его. Теперь вы спасены. Но если вы вновь ослушаетесь меня, если я узнаю, что среди вас есть изменники, сторонники моих врагов, вы узнаете всю силу моего гнева! Я уничтожу ваш мир! – Он с шумом выдохнул воздух. – Но хватит об этом. Теперь пришло время заглянуть вперед: сегодня на закате я возьму в жены дочь этой Эпохи и сделаю ее повелительницей тысячи миров!

Толпа разразилась радостными криками. Ген с торжествующим видом повернулся к Атру.

Атр отвернулся, уязвленный этим взглядом, чувствуя, как покидают его силы. Его обманули. Эти двое обвели его вокруг пальца. Кэтрин предала его.

Он стиснул ладони, поморщившись от невыносимой боли, и потер запястья – там, где их изрезала веревка. Он потерпел поражение. Оставалось лишь смириться и ждать.

Но Гену было мало видеть унижение сына. Шагнув к Атру, он склонился над ним и тихо заговорил, так что его слышал лишь Атр:

– Не надейся, что с тобой все кончено, Атр. Ты доставил мне слишком много хлопот, и я этого не забуду. Отныне ты перестал быть моим сыном. Ты понял меня? Ты больше мне не нужен, Атр. Ты отслужил свое. – Ген указал на Кэтрин и расплылся в коварной улыбке. – Надеюсь, ты все понимаешь? Мы с Кэтрин… – Он расхохотался. – Она молода и здорова. Второй сын не посрамит меня!

Атр застонал. Происходящее напоминало кошмар. Даже если бы он по-прежнему был привязан к столбу, он не чувствовал бы себя более беспомощным.

«Кэтрин… моя Кэтрин…»

В этот миг земля мелко задрожала под ногами, и Атр удивленно вскинул голову.

Нет, должно быть, ему почудилось.

Но в ту же минуту дрожь усилилась, словно громадная глыба тщилась вырваться из-под земли. Из храма послышался треск мраморного постамента, а чаша с двумя браслетами с глухим стуком свалилась на землю.

– Нет… – недоверчиво пробормотал Ген, озираясь широко раскрытыми глазами. – Нет!

И едва он выговорил это слово, земля у ступеней храма раскололась.

Небо медленно темнело. Солнце, которое всего несколько минут назад ярко сияло с небосклона, потускнело. Изогнутый край завесы мрака пожирал бледное светило дюйм за дюймом.

Одна за другой на небе вспыхивали звезды.