Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

– Я поняла. Что ж, можно и повеселиться, красавчик ведь, не то что иные.

Хорошая актриса. Просто талантище. Но обмануть Михаила ей не удалось. Однозначно решила потом опоить самого Романова и выведать, куда он упрятал ее детей.

Ну, удачи, красавица. Только напрасно все это. Еще в прошлой своей ипостаси он проверил воздействие этих препаратов на себе. Результат его порадовал. Опоить его так, чтобы затуманился разум, не получалось. В смысле, конечно, это было возможно, и от вина он хмелел, но ровно до того момента, пока не отстранялся от тела, как это бывало в бою.

Точно такой же эффект и от дурманящей настойки. Романов вызнал этот рецепт у одной знахарки и решил использовать его в тандеме с зельем правды. У последнего имелся серьезный недостаток – клиенты прекрасно помнили весь процесс допроса. Если получалось раздобыть какие-то горячие сведения, от источника приходилось избавляться. Или срочно выводить из-под удара добывшего сведения. А ведь на то, чтобы его подвести к нужному человеку, нередко требовалось затратить не один месяц.

Дурманящая настойка практически полностью нивелировала этот недостаток. Если сначала подлить ее, а после наступления опьянения зелье, то клиент выскажет все, что знает, а наутро ничего не вспомнит, как после сильного перепоя.

– Пойду, – собравшись с духом, словно перед прыжком с большой высоты, произнесла Ксения.

– С Богом, – напутствовал ее он.

– Господа-то не поминай. Не богоугодное дело творим, поди.

– Богоугодное, не сомневайся. Потому как ты можешь сберечь тысячи жизней.

– Сделаю вид, что поверила тебе, – смерив его взглядом, с ироничной улыбкой произнесла она и решительно направилась к трактиру.

Под легким сарафаном легко угадывалось статное и вместе с тем стройное тело с широкими бедрами. Выглядит настолько эротично, что перед мысленным взором тут же предстала картина их совместных утех. Причем настолько яркая, что он почувствовал возбуждение. Как уже говорилось, Ксения была мастерица.

С Добролюбом она управилась быстро и качественно. Не пришлось даже прибегать к зелью. Он сам все поведал, разомлев под ласковым напором девки. Романов наблюдал за разводом раненого в щелку, да еще и эдакую слуховую трубку смастерил, чтобы лучше было слышно. Что и говорить, Ксения умело вела допрос, побуждая его не столько отвечать на вопросы, сколько самостоятельно рассказывать об интересующем ее.

Настоящий самородок! И будь он проклят, если отпустит ее от себя просто так! Непременно уведет с собой. Разумеется, если сам выживет. Такие кадры на дороге не валяются. А что до детей, то приложит все усилия для того, чтобы определить их в интернат Пограничного. Хм… Ну если там все осталось по-прежнему.

При мысли о построенном им городе появилось острое желание побывать там. Навестить сына, посмотреть на внуков. Плевать, что по факту не его кровь. В детей он вложил всю душу. А еще хотелось бы поклониться могиле Алии.

Но куда больше он жаждал прижать к стене Ростислава и, глядя в глаза, вскрыть ему глотку. А потом не отрываясь смотреть, как он захлебывается своей кровью, как тускнеет его взор, а из тела уходит жизнь.

И это будет! После. Сейчас же Романов собирается помогать тому, кто повинен в смерти его близких. И причина только в одном – на киевском престоле оказался слабый, недальновидный и не блещущий умом сын Мономаха. Князь же переяславский был его опорой, готовый поддерживать не столько самого Мстислава или Всеволода, сколько устои, введенные их отцом и дедом.

Плевать, насколько хорош или плох наследник, главное – сохранить институт престолонаследия и единство государства. И на это Ростислав был готов положить свою жизнь. А раз так, то и Михаилу пока с ним по пути. Но только пока. Не помереть ему своей смертью. Романов не позволит…

Так вот, от Добролюба стало известно о том, что в лесу князь Червенский построил слободу, в которой обретается его тайная дружина. Туда уходят наемники и новики, которым не нашлось места в ближней дружине. Ну и те, кого князь решал заменить, как в случае с Михаилом. Определив его в десяток Горазда, Иван Ростиславич отправил одного из воев в лес, дабы до срока количество дружинников соответствовало разрешенному числу. Стоит ли говорить, что при себе он оставлял только лучших из лучших.

Тайная дружина насчитывает уже более тысячи воев. Тяжкая ноша для княжеской казны, а потому впору ожидать скорого выступления. Нет, раненый подобными сведениями не располагал. Это выводы самого Михаила. Которые неплохо бы и подкрепить. И кандидат уже имеется. Княжий казначей. Уж кто-кто, а он о финансовых потоках своего господина знает все.

К слову, он является одним из клиентов Ксении. Но Михаил решил сначала поднатаскать ее на тех, кого можно и в расход пустить. Селезнев все же не княжий человек. Если у нее с ним случится осечка, так его можно будет и прибрать, устроив ссору и поединок. Князь, конечно, будет недоволен. Но по большому счету не все ли ему равно, с кем иметь дело, с полковым воеводой или его тысячником. А вот за казначея спросит всерьез.

Выждав немного, Михаил направился следом за Ксенией. Мало ли. Присмотреть и подстраховать. Хотя ее учить – только портить. По подобным заведениям она, конечно, не трется. Но это на постоянной основе. А так, если выдается вечерок без солидного клиента, может и заглянуть.

Едва переступил порог, как в нос ударил кислый запах пива. Вина в таких заведениях не сыскать. Слишком дорогой товар для этих краев. Поставить-то можно, да только кто же его купит. Так что выпить его получится только в гриднице.

Крепкие же спиртные напитки пока распространения не получили. Стараниями Михаила спирт, конечно, гонят, но потребляют сугубо в целях дезинфекции, с его же легкой руки полагая его ядом. Даже странно, что за столько лет не нашлось никого, кто бы попробовал этот алкоголь на зуб.

Осмотревшись, Михаил прошел в дальний угол, за свободный стол, и подозвал подавальщицу. Эти девки обслуживают клиентов не только за столами, но по желанию с ними можно пройтись и в закуток, где найдется лежанка с тюфяком, набитым сеном.

Сделал заказ и скосил взгляд на компанию за столом ближе к распахнутому окну. Им уже подали пиво и закуски. Ксения пристроилась в противоположном углу и не думая проявлять инициативу. Впрочем, вся компания исправно косилась в ее сторону. Наконец Селезнев перехватил одну из подавальщиц и задал ей вопрос, кивнув в сторону посетительницы, чувствующей себя в этом заведении довольно уверенно. Хозяин, может, и погнал бы ее, у него ведь и свои девки есть, но она сидит не просто так, а с блюдом, на котором лежит мясо, и большой кружкой пива. Клиентка, получается.

Наконец воевода поднялся со скамьи