Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

чеканка отличается. При внимательном сличении монет это может определить не только он, но и любой другой. Но это только если всматриваться.

Ну и на кой понадобилось так заморачиваться? Хотя-а-а… рубль и копейка за прошедшие годы прочно вошли в обиход на Руси. Иными деньгами на ее территории пользоваться теперь запрещено. Хранить имперские и арабские монеты, конечно, можно, это не возбраняется, но и только-то. За обмен же в банке удержат свой процент. А большое количество серебра вызовет много вопросов. Вот и озаботились чеканкой. Как вариант. А это значит, что заговор зреет давно. Но тот факт, что серебро настоящее… Этот момент непонятен. Совершенно. И с этим предстоит разобраться.

Около полудня вновь показался лес. На этот раз дорога тянулась через него на многие километры. Без смены по ходу движения не обойдется, и уж тем паче если будет много бурелома. Дозоры ведь не у самой дороги движутся, где валежник растаскивают путники, а в глубине, дабы не проворонить засаду.

Михаил привычно привязал лошадь к повозке. Лук, как и в прошлый раз, оставил в саадаке, притороченном к седлу. А вот щит взял с собой. С одной стороны, шататься с ним по лесу неудобно. Но, с другой, есть чем прикрыться от стрел. Кольчуга если и сбережет, то только от срезня. Бронебойный наконечник шьет ее, как бумагу, даже на излете.

Попрыгал, проверяя, все ли ладно подогнано. Переглянулся с Жданом и побежал к лесу, обгоняя караван, катящий со скоростью пешехода. Очень хорошая скорость, между прочим. Скоро местность изменится, и она снизится раза в полтора. Так что сегодняшний и последующие переходы уже не превысят тридцати километров за день.

– Твою вперехлест, через колено, – недовольно пробурчал Романов.

– Чего яришься, Михайло? – удивился Ждан.

– Да сколь уж раз за собой замечал, не думай о плохом, оно и не случится, – сплюнув, ответил Романов.

– Ты о чем?

– Да о буреломе этом, будь он трижды неладен. Еще подумал, хоть бы повезло и его было не так много. А тут чуть не засека.

– Это да. Ты вот что, Михайло, ты в следующий раз о чем хорошем думай. Пошли, что ли, а то караван скоро нагонит.

– Да куда же мы денемся. Пошли, конечно.

К слову, несмотря на все свои способности, контроль тела с помощью легкого отстранения и мгновенно закрепляющихся навыков бесшумного передвижения, Ждану Михаил проигрывал. Этот вообще двигался словно тень.

Перед каждым дозором переобувался в поршни, скрадывавшие не только шаги, но хруст мелких веточек, накрываемых ступней. Ветки побольше молодой дружинник неизменно обнаруживал и обходил. Он еще и темп держал такой, что Романов едва за ним поспевал.

Дабы выдерживать дистанцию с караваном и интервал с другой парой, они то и дело обменивались сигналами. Умело имитируемый птичий щебет в лесу у посторонних не вызывает подозрений. Свои же неизменно отличат его, коли будут знать, что именно нужно услышать. Поэтому шли более или менее ровно.

Минуло примерно с полчаса, когда сзади послышались тревожные крики. Наверняка еще и звон стали, но эти звуки до них не долетали. Ждан переглянулся с Михаилом и рванул было к дороге.

– Стой, – схватил его за руку Романов. – Лесом давай.

– По дороге быстрее, – возразил Ждан.

– Лесом, тебе говорю. И гляди в оба. Наверняка нас будут встречать. Я впереди, ты сзади, прикрывай.

– Понял.

Сам-то Михаил лук не брал, зато Ждан с ним не расставался. Да и правильно. Нужно по максимуму использовать свои сильные стороны.

Они пробежали всего-то метров семьдесят, когда Михаил скорее почувствовал, чем заметил опасность. Обострились все его чувства бывалого бойца, наработанные за прошлые годы. Еще не отдавая себе отчет в происходящем, он присел, практически полностью укрывшись за сравнительно небольшим круглым щитом.

Стрела звонко щелкнула по шлему и с громким шелестом улетела в сторону, чтобы тут же с тупым стуком войти в ствол дерева. Мгновение, и сзади тренькнула тетива лука Ждана. Очередная оперенная вестница смерти прошуршала рядом с Михаилом. Только на этот раз в обратном направлении. Ну и в отличие от противника его напарник сразу вогнал ее в ствол березы, за которой укрывался стрелок.

Практически одновременно с этим из кустов подлеска, метрах в двадцати, выскочил воин. Вооружен также щитом и мечом. Движется стремительно и умело. Как бы это пафосно ни звучало, с дикой грацией хищника.

Романов на мгновение замер. Память привычно и независимо от него проанализировала видимую картину и услужливо подсунула ему информацию. Он уже видел этого воя. Это один из тех, что напали на караван, где он обзавелся доспехами, оружием и кровниками. Интересно, это какой-то владыка тут пробавляется разбоем или дружина решила поправить свои дела столь нехитрым, но опасным способом?

Отбив удар щитом, Романов тут же контратаковал, но безуспешно. Разбойник парировал его выпад, а затем, отпрыгнув, ушел от пинка в живот. И тут же ринулся вперед, атакуя кромкой щита. Михаил довернул тело и принял натиск на свой щит. Не останавливаясь, он обернулся вокруг своей оси и размашисто рубанул мечом в попытке достать нападающего. Однако тот присел, пропуская над собой сверкнувшую сталь.

Только Михаил и не думал останавливаться. Последовала подсечка. Нога не опорная, и воин успел поднять ее. Но против следующего выпада щитом, врезавшимся в его правое плечо, он уже ничего поделать не сумел. Выдержать такой натиск, стоя на одной ноге, у него не получилось.

И все же он не упал просто так, а, откинувшись на спину, ушел в перекат через левое плечо. У него были все шансы разорвать дистанцию и встретить Михаила, встав в нижнюю стойку. Тот ведь и сам замешкался, закончив сложившуюся саму по себе атакующую связку. И происходи схватка на открытом месте, скорее всего, все так и было бы. Однако в поединок вмешалась молоденькая березка. Толщина стволика едва ли с руку, но этого хватило, чтобы дезориентировать противника, и разбойник плюхнулся на пятую точку.

Михаил и сам не понял, как умудрился принять на щит очередную стрелу. Возможно, причина в самом лучнике, поспешившем сделать выстрел. А может, простое стечение обстоятельств. Как бы то ни было, но в распоряжении Романова оказалась пара секунд, чтобы совладать с равновесием, сделать стремительный шаг к приходящему в себя противнику и, едва ли не сев на шпагат, достать-таки его в длинном выпаде.

Клинок вошел в грудь лишь на ладонь, но разбойник поник и откинулся на спину, раскинув руки в стороны. Все. Этот противник уже не опасен. Даже если не убит, рану легкой не назвать.

Разворот в сторону лучника, и присесть, прикрывшись щитом. Очередной тупой стук стрелы о плаху щита. Каленый бронебойный наконечник проклюнулся с