'Фантастика 2025-62'. Компиляция. Книги 1-26 - Ринат Искандэрович Мусин

самой ничтожной крысы есть сила человека загрызть. И не сдохнуть, когда он её топором шарахнет. А если колдуна взять? Чёрта? Там способности кратно возрастают. Естественно, людей это влечёт.

— Дурачьё.

— Ну, тут не поспоришь. С тварями связаться — это не признак великого ума. Как деньги в долг у мафии занять. Да только когда ж люди отличались великим умом? Думают единицы. Остальные — только действуют. Потом, разумеется, с недоумением таращатся на последствия и недоумевают, как же это всё получилось. Ладно, отставить философские разговоры, пришли, по ходу.

Мы стояли перед обычным квартирным домом, вроде того, в котором жил Андрей Михайлович. Маскировка что надо, не то что в Питере. Ну, хоть в чём-то мы производим впечатление передового города.

— А если он наврал? — подал голос Захар.

— Тогда мы найдём его и заставим об этом пожалеть. Но я думаю, правду сказать. Он к тому моменту уже столько в штаны навалил, что не до вранья было.

Захар хохотнул, верно, припомнив рожу перепуганного до смерти Стёпы.

— Идём, — сказала Земляна и первой зашагала ко входу. Мы с Захаром потянулись следом.

Второй этаж, дверь налево. Земляна постучала. Сразу же послышались шаги. Щёлкнула щеколда, и дверь открылась вовнутрь.

— Вам чего? — с недоумением вопросил мужик в ярко-красном, каком-то женском халате.

Мы смерили его взглядами. Мужик, как-то явно напрягаясь, изучал взглядом нас.

— Человечка одного проклясть хотим, — сказал я. — Посоветовали к вам обратиться.

— Проклясть? — Мужик изумился вполне натурально. — Это как же, простите…

— А надоел он нам, — подключилась Земляна. — Корова у него лучше всех в деревне доится. А уж какая картошка растёт!

— Ага, точно, — кивнул Захар. — Со свету его, негодяя, сжить хотим. Можно на него домовика или там кикимору какую напустить? Чтоб знал, собака, как честных людей гневить.

— Да идите вы! — крикнул мужик и попытался закрыть дверь.

Наивный.

Земляна пинком распахнула дверь настежь. Попутно зарядила мужику по носу. Тот отшатнулся в глубину квартиры. Мы, расценив это как приглашение, вошли.

Глава 23

Я огляделся. Прихожей, по сути, не было. Сразу после двери начиналась большая комната. По обстановке — как будто ничего особенного, наводящего на мысли о колдовстве и тварях. Стол, стулья, оттоманка, красный ковёр на полу. Обивка на стульях, к слову, тоже красная. И — да, жилище определённо классом повыше, чем у Андрея Михайловича.

Не обнаружив ничего подозрительного в первой комнате, я пошёл ко второй.

— Да кто вы такие? — заверещал мужик. — Я знать не знаю ни о каких проклятиях!

— Следите за ним, — бросил я через плечо.

И толкнул дверь. Остановился на пороге и сказал:

— Ага.

Жизнь, конечно, всегда найдёт, чем удивить. Например, висящим вниз головой голым мужиком. Руки у него были связаны за спиной, ноги тоже связаны. Висел он на крюке, вбитом в потолок. Может, для люстры, а может, для чего-то ещё. Рот мужику затыкала плотно свёрнутая тряпка.

Увидев меня, мужик вытаращил глаза и замычал.

— Чего там? — крикнула Земляна.

— Да не пойму пока. То ли насилие над личностью, то ли прогрессивные европейские веяния.

— Чего⁈

— Держите этого мудака, говорю! Разбираюсь.

Голый мужик начал выразительно раскачиваться. Он отчаянно пытался домычать до меня какую-то мысль, даже прослезился.

Рядом с ним стоял журнальный столик, на котором в безупречном порядке расположились скальпели, какие-то пилки, прочий хирургический скарб. На теле мужика уже виднелось несколько порезов.

Я подошёл и выдернул кляп.

— Здравствуйте.

— А? Спасите меня!

— Ну конечно, я ради того сюда и пришёл.

— Он сумасшедший! Он убить меня хочет!

— Знакомый?

— А? Нет! Впервые его увидел! Постучался, вошёл и… По голове меня огрел, когда я отвернулся.

— Экий негодяй. А проклятия вы накладываете?

— А? К… Какие проклятия?

— Ну, мне проклясть нужно кое-кого. Категорически необходимо.

— А… Я, это… Договоримся. Скидку сделаю. Нет — бесплатно всё сделаю! Только спасите меня от этого… Этого…

— Сам делаешь?

— А?

— Да чего ты всё «акаешь»? Глухой, что ли? Проклятья, говорю, сам накладываешь?

— А, да. Сам, всё сам. Обладаю магической силою.

— А чего ж ты своей магической силою спастись не можешь?

— Н-н-не могу. Сила не та.

— Только под проклятия расчитана?

— А? Н-нет, ещё порчу могу.

— Портить я и сам могу. Троекурову как отчитываешься?

— А⁈ — совершенно обалдел пленник.

— Бэ. Повторяю вопрос: как отчитываешься Троекурову?

Вот теперь до него дошло, что он ухитрился попасть из огня да в полымя.

— Ка-а-акому Троекурову?

— А их много, что ли, разных в твоей жизни? Ну, начни с какого-нибудь одного. Там, дальше, посмотрим, как пойдёт.

— Я ничего не знаю!

— Ну, я пошёл тогда.

— Нет!

— На вопрос отвечай.

— Он сам меня находит!

Опять двадцать пять. Осторожный сукин сын… Как же мне под тебя подкопаться-то? Не, я помню, что по плану ты у меня после чёрта. Но с чёртом-то уже скоро разберёмся, надо наперёд думать потихоньку.

— Где находит?

— Да где захочет — там и находит. На улице. В кабаке. Иногда я дома, а он под окном зовёт.

— Прям под окном?

— А? Да!

— С гитарой? Серенаду поёт?

— Нет! Он не голосом зовёт. Вернее, голосом, но голос как бы в голове.

Н-да. Если уж мужика до такой степени заморочили, что он голоса в голове слышит, значит, тут уже реально бороться не за что. В качестве двойного агента не используешь. Ну и ладно. У меня уже есть один двойной агент. После чёрта — с него и начну.

— Оправдываешь-то себя чем? — задал я ещё один вопрос для проформы.

— А⁈

— Ну, ты людям жизнь портишь, у кого-то вообще отбираешь. Чем себя оправдываешь?

— Я не виноват!

— Это понятно. А почему?

— Он меня заставил!

— Троекуров?

— А? Да! Я тогда пьяный под Рождество на улице уснул. Обморозился. В больничке хотели ноги отнять. А тут — он. Вылечил. Взамен ему служу.

— Ну, ты же сам так выбрал?

— А кто б не выбрал⁈

— Ладно. Силу он тебе как передал? Как это вообще выглядело?

— А?.. Н-не знаю, появилась вдруг сила…

Как-то он неуверенно это