Роза восторга - Ребекка Брэндвайн

– Ну-ну, – произнес граф хриплым, медленно вскипающим от гнева голосом. – Великолепное зрелище!

– Воррик, пожалуйста, позволь мне все объяснить, – начала Изабелла, до смерти перепугавшись, что он застал ее с Лионелом.

«О, Боже мой, что, должно быть, он думает?» – задавала она себе этот вопрос. – Что я была порочной, обманщицей, неблагодарной сукой, которая несмотря на то, что он спас мне жизнь, обманула его при первой же возможности. Нет! Ах, нет! Это ведь было неправдой, все было совсем по-другому. Если бы он дал мне шанс все объяснить…»

– Воррик…

– Замолчи, женщина! – угрожающе прошипел он, наступая на нее, как будто собирался ее ударить. Его огненный взгляд заставил Изабеллу съежиться. – Какая вы глупая, миледи, – с ненавистью усмехнулся он, и девушка поняла, что ее худшие опасения оправдались. – Ваш любовник обещал жениться на вас? И подобным образом спасти вас от моей постели? И поэтому вы так охотно бросились в его объятия? – презрительно фыркнул Воррик, когда она ничего не ответила. Бесполезно было пытаться что-нибудь объяснить, чтобы его успокоить.

– Нет, думаю, что нет, – фыркнула она.

– Не знаете почему, миледи? – бесцеремонно продолжил Воррик, явно желая обидеть ее, как это только что сделала она. – Нет? Объяснить вам? – граф насмешливо улыбнулся, вспомнив о том сообщении, которое доставил ему его телохранитель Риз, – ваш любовник не может жениться на вас, потому что он уже женат!

– Женат? – невольно воскликнула Изабелла, пораженная до глубины души.

Она повернулась и безумно посмотрела на Лионела, как будто никогда не видела его раньше. Ее серо-зеленые глаза молча просили его опровергнуть обвинение графа, но Лионел этого не сделал.

– Да, Изабелла, – продолжал Воррик, как гвоздями вбивая каждое слово в ее сердце, – Он женат на леди Джильен Бьюмарис, – обычной, ничем непримечательной девушке, которая, как сказали: мне, не может сравниться с вашей красотой. Но, тем не менее, она жена вашего любовника.

У Изабеллы закружилась голова, и ей показалось, что сейчас она упадет в обморок, и слегка покачнулась.

Девушка вся дрожала от волнения и от только что перенесенной болезни.

– Ах, Лионел, – выдохнула она, – Лионел, скажите, что это не так! Что это не так! Пожалуйста!. – отчаянно молила его. – Ну скажите же, что это неправда!? – Изабелла не могла поверить, что он мог так сделать.

– Извините, Изабелла, – наконец, Лионел признал свою двуличность.

– О, Боже, Боже! – простонала девушка от горя: весь мир рушился вокруг нее. Она любила его, любила, и все это время он ее обманывал. – Ублюдок! – с горечью сказала Изабелла, потом изо всех сил, которые могла найти в себе, ударила наследника Сант-Сейвора по щеке.

Он не отклонился от ее удара, а просто смотрел на Изабеллу с мукой в глазах, которая соответствовала ее собственной. Девушка в ужасе прикрыла рот рукой, когда увидела красный след, который оставила ее ладонь на щеке Лионела.

– О, Боже! – снова простонала она.

В этот момент Воррику стало жаль ее, ведь он сам точно так же когда-то чувствовал эту отчаянную надежду и муки, боль, которую сейчас чувствовала она. Когда Бренгвен открыто посмеялась ему в лицо, он чувствовал себя точно так же.

– Изабелла, – сказал он и протянул ей руку, но она не подала ему руки, а подобрала юбки и, ничего не видя перед собой, побежала по пустоши к Грасмеру. Двое мужчин стояли как вкопанные и смотрели девушке вслед. И никто не попытался догнать ее. Потом Лионел медленно повернулся к графу.

– Ты, уэльский ублюдок! – наследник Сант-Сейвора говорил медленно, и его глаза сверкали ненавистью. Одна рука инстинктивно потянулась к мечу. – Я убью вас за то, что вы сделали! – Граф только рассмеялся, и звук его голоса был очень неприятен.

– Идиот! Неужели ты думаешь, что я сделаю такое одолжение и запачкаю свой меч о твою кровь? – спросил он. – Для таких, как ты, достаточно и хлыста, – граф при этом указал на кнут, висевший у него на плече, – и я применю его, если ты сейчас же не уберешься из Грасмера. – Ты можешь быть человеком Глостера, – продолжал Воррик шелковым голосом, когда Лионел не сделал и попытки двинуться, – но я – приближенный короля, и у вас должно хватить ума больше не давить на меня.

Пальцы Лионела на мгновение сжались на рукоятке меча, но он не вытащил оружия. Здравый смысл постепенно охладил его гнев. Убить одного из фаворитов короля Эдуарда было бы большой глупостью. Будет более подходящее время и место, и, возможно, тогда лорд Хокхарст не будет так высоко котироваться при дворе. Все знали, как непостоянны взгляды короля.

– Мы еще встретимся, милорд, – страстно пообещал Лионел. Оба прекрасно понимали, что дуэль только откладывается на неопределенное время.

– И тогда я убью вас! – негромко поклялся Воррик. – А пока запомните: леди Изабелла – моя!

ГЛАВА 19

Последний пьяный гость ушел с небольшого свадебного вечера, очень плотно закрыв за собой дверь. Наконец, Изабелла очутилась наедине со своим мужем. Она тихо лежала возле него на большой кровати с балдахином, отчаянно прижимая простыню к своему голому телу, как будто так могла защититься от него. До этого Изабелла выпила изрядное количество вина, чтобы оно придало ей мужества перенести эту ночь. Несмотря на то что ликер был теплым, она чувствовала внутренний холод и пыталась убедить себя в том, что ей нечего бояться: человек, за которого она вышла замуж, не станет с ней плохо обращаться лишь потому, что Изабелла теперь полностью была в его власти. Но все же она боялась.

Как девушка ни пыталась бороться со своими чувствами, она не могла вынести его прикосновения, даже будучи обязанной ему за свое исцеление. Отдать Воррику то, что как мужу по праву принадлежало ему, было, действительно, жалкой расплатой за спасение ее жизни. Но Изабелла ничего не могла с собой поделать. Если только он прикоснется к ней, возьмет ее, то она будет принадлежать ему всегда, их будет связывать нечто большее, чем та клятва, которую они произнесли у венца. А как можно ему отказать? Конечно, ее тело в обмен на жизнь было не такой уж большой ценой. Тем не менее, Изабелла слегка дрожала, и на ее щеках блестели слезы, так как она ждала, когда муж воспользуется своим правом.

Воррик медленно повернулся на бок и приподнялся, опершись на локоть, чтобы рассмотреть свою невесту. В мерцающем свете она была так чарующе красива, что у него захватило дух. Ее огромные серо-зеленые глаза были подобны морю перед штормом и поражали своей непостижимой глубиной. Когда она закрывала глаза, чтобы избежать его взгляда, ее длинные черные ресницы отбрасывали на щеки полукруглые тени. Граф проследил взглядом линию прямого, правильно очерченного носа, затем перевел взгляд на полные розовые губы, которые слегка дрожали, мягкие и податливые, приводившие его в восхищение. Теперь он почти чувствовал их так же, как и крошечный пульс, бившийся в ямочке на ее груди. Он мог поцеловать ее грудь, проступавшую через простыню, которую Изабелла так плотно на себя натянула. Боже, как он хотел ее! Но Изабелла не желала его – Воррик знал это.