С демоном по договору. Книга вторая (СИ) - Катерина Вус

и меня саму. За разговором это вышло легко и непринуждённо. Я даже не раздумывала о том, что делаю. Нели во мне целиком завладела инициативой и выдала потрясающе вкусное жаркое, а также десерт в виде горячих пирожных.

— За перемены к лучшему! — был мой главный тост.

Пить я старалась немного, ссылаясь на сложные отношения с алкоголем, и подливала в основном Фьоре. Гостья не возражала.

— Позволь дать ещё один совет, — сказала я. — Будь с Роумом настороже. Не уверена, что он легко тебя отпустит, а ты можешь поддаться на уговоры. Разберись сперва в себе и точно пойми, чего хочешь, хорошо? На мой сторонний взгляд, сейчас ты на верном пути.

— Я постараюсь, — вдохновенно пообещала Фьора.

Вместе мы провели очень неплохой вечер, который сложно было представить в начале нашего знакомства, особенно если считать его исходной точкой происшествие на "блюдце", и только прощаясь, я задала Фьоре осторожный вопрос:

— Ты считаешь, что люди, которым помогает Гай, участвуют в секретной операции, поэтому общение с ними ограничено. Но разве Вэнс не разрешил тебе связаться с сёстрами? За любой секретной операцией "Свободных людей" стоять должен именно он.

— Верно, — согласилась Фьора. После выпитого вина ей заметно не хотелось сосредотачиваться на теме, с которой начались наши посиделки. — Сейчас мне кажется, что я навыдумывала глупостей. Сельма и Эльса столько пережили, что их желание порвать с прошлым неудивительно, а про Ниану мы с тобой ничего толком не знаем. При случае попытаюсь ещё что-нибудь выяснить у Вэнса. Мы ведь ещё увидимся?

— Надеюсь.

Признаться, я не была уверена, что в скором времени мы с Фьорой не окажемся по разные стороны баррикад. Вряд ли она обрадуется, узнав, что подружилась со шпионкой. А уж если рассказать ей, что всё это время она общалась с инкарнацией Нели Данэ, реакцию Фьоры было сложно представить.

Впрочем, думать об этом было не время.

Закрыв за гостьей дверь, я выбросила из головы все сторонние мысли, в том числе рассказ о Ниане и странном поведении Селмы и Эльсы, и извлекла, из сумки недочитанную книгу. Этой ночью мне предстояло плотно поработать.

Новых гостей тем вечером не явилось, потолок не обрушился мне на голову, а пол не провалился.

Полночи я продиралась сквозь дебри эрзарской письменности, узнав в итоге всю историю владыки Иланджелии Йар и её раба-спутника Морта, которая в отдельных местах смахивала на красивую сказку и отчасти перекликалась с моей собственной.

Подобно мне, после трагической гибели Морт родился не там, где закончилась его первая жизнь, но и не на Земле. Его новым домом стал мир номер "три". Тот самый, где до сих пор царило Средневековье и куда Петергрэм выводил Нели на прогулку.

Будто в награду за прежние страдания, судьба бывшего раба сложилась наилучшим образом. В новой жизни он появился на свет в семье местного короля и стал первым наследником престола. Государство под управлением его отца процветало, и единственным, что омрачало жизнь юного принца Родрика, были сны, в которых он вновь и вновь видел мучительную  гибель неизвестной женщины.

Со временем жестокая сцена предстала перед ним во всех подробностях, повторяясь каждую ночь. В тщетных молитвах Родрик взывал к Творцу, умоляя избавить его от кошмаров, но получил не успокоение, а ужасающее просветление.

Воспоминания о прошлом вернулись к нему в девятнадцать лет без какого-либо участия эрзаров. Были они настолько яркими и убедительными, что Родрик не сомневался в их правдивости.

Целых два года принц провёл в душевных терзаниях. Он мучился виной за смерть женщины, которую глубоко любил в прошлой жизни. Горевал о невосполнимой потере. Пылал ненавистью к эрзарам и самые яростные чувства испытывал к владыке Йар, не подозревая, что вместе с ней попал в ловушку магического парадокса.

Как и Петергрэм, Иланджелия почувствовала "раздвоение" спутника на следующее после передачи Вечного дара утро. Озадаченная этой странностью, она последовала за "нитью", связавшей её с непонятным "отголоском" Морта.

Авторы книги отмечали, что в своём стремлении разобраться с возникшей путаницей Иланджелия действовала до безобразия безрассудно. Она сама открыла врата в параллельный мир, хотя владыки избегали делать это без крайней необходимости. В одиночку отправилась на чужую, населённую людьми территорию. Не просчитав риски, вступила в контакт с новым воплощением Морта.

Встреча эта стала неожиданностью для обоих.

Иланджелия никогда не сталкивалась с парадоксом с участием человеческого существа. Принц Родрик был глубоко потрясён появлением в отцовском замке ненавистной демоницы.

Только случайное наитие не дало ему сразу схватиться за меч. Он вовремя понял, что не одолеет владыку в честном поединке. Наградой за промедление стало невероятное открытие — со слов растерянной Иланджелии выяснилось, что Морт, а значит, и его возлюбленная всё ещё живы.

Тут Родрик продемонстрировал чудеса находчивости и самоотверженности. Поборов раздиравшую его ненависть, он поведал придуманную на ходу версию скорой кончины Морта. Якобы тот стал жертвой неизвестного убийцы, которого подослали враги владыки. Родрик вызвался отправиться вместе с Иландженией на бывшую родину, чтобы, действуя втайне, раскрыть заговор в семействе Йар.

Разумеется, его истинные мотивы были иными. Он надеялся предупредить самого себя об опасности и предотвратить гибель любимой женщины. Что же касается Иланджелии, то она, напротив, запретила Родрику приближаться к Морту. Уж что-что, а последствия разрыва парадоксов были хорошо известны эрзарам. Тем не менее Иланджелия не устояла перед искушением взять Родрика с собой.

Так принц снова стал рабом. Это был единственный статус, в котором человек в те времена мог находиться подле эрзаров. Оставив послание отцу и младшему брату, который теперь должен был занять трон, Родрик переместился вместе с Иланджелией в мир из своих снов.

В запасе у него оставалось всего несколько дней. Задачу усложняло и то, что Иланджелия приказала доверенным слугам следить за Родриком. Его стойкости она не доверяла и опасалась, что Родрик поддастся соблазну вмешаться в прошлое.

Надо ли говорить, что все попытки принца-раба хоть какое-то повлиять на неумолимо  повторявшиеся  события, оказались тщетными?

С каждым днём драгоценное время утекало, Иланджелия ждала раскрытия заговора против Морта, а Родрик бился в паутине парадокса, как беспомощное насекомое. Ему не удалось предупредить ни себя, ни обречённую на гибель рабыню, и единственной, кто узнал правду о грядущей казни, стала правнучка Иданджелии, юная эрзарка Флеопатриция.

Рассказ отчаявшегося Родрика она приняла неожиданно близко к сердцу. Флеопатриция принадлежала к тому ограниченному кругу эрзаров, которые придерживались непопулярного взгляда о равенстве двух рас и выступали против порабощения спутников.

Впрочем, участия Флеопатриции