Клуб 'Новолуние' - Николай Покуш

- Все равно спасибо, - сказал он и поднял глаза к куполу, который слегка мерцал, отражая свет городских огней. За ним виднелось синее небо, и едва различимый серп молодой луны.

«Новолуние» - подумал Фокс, и машинально поправил свою новенькую кожаную куртку, с нашивкой клуба.

- Запускай, - сказала Блэки поднимаясь. В руках она держала винтовку «громбой-6», ту самую, с которой она завершила свое восстание в клубе Вальтер, и провозгласила становление Новолуния.

Фокс поднял планшетник и навел камеру на лицо Блэки.

- Ииии… поехали, - он нажал кнопку, и началась трансляция.

Блэки заговорила:

- Думаю, что многие из вас, жителей Горизонта, получив недавнее сообщение от человека, назвавшего себя Марлоу, призадумались над его словами. Многие что-то для себя решили, другие сомневаются, но большинство, уверена, ждут, как же клуб Новолуние, и непосредственно я, отреагируем на его заявления. Что же, карты на стол, как говорили наши предки. Я раз и навсегда хочу положить конец всем слухам и байкам о моей личности. Долгое время они служили мне хорошим прикрытием, но всему приходит конец. Действительно ли мой отец создал меня, используя запрещенную науку? Да, это так. Отличаю ли я от вас? В чем-то – да. Человек ли я, или большего общего имею с тварями за стеной? – Блэки сделала небольшую паузу. – Не знаю. Никто не знает, и, я уверена, не знал и сам отец. Совершил ли он преступление, создав меня? Пожалуй, что да. Совершила ли преступление я, скрывая его на своей территории? Пусть так, если вам нужен предлог для вражды с моим клубом. Ведь в этом все дело. Марлоу не смог справиться со мной, когда я только создавала Новолуние, не может и теперь, когда я владею собственным клубом. И он решил натравить на меня других, сделать грязную работу чужими руками. Поддаваться ли на его провокацию или нет, решать, конечно, вам. Но знайте, что я не уступлю без боя ни один квартал, ни один дом, я не отдам свой клуб без войны. Я, как и все вы, была рождена в этом городе, воспитывалась в нем, поднималась с самого низу, по кирпичикам создавая свою судьбу. И теперь никто не смеет говорить мне кто я и что должна делать. Человек я или нет, но я одна из вас, и вам придется это признать.

Тебе же, Марлоу, если ты, конечно, меня слышишь, я хочу сказать только одно. – Блэки вскинула винтовку, навела ее в сторону территории Вальтера, затем повернулась в камеру и хищно улыбнулась - Прощай.

Она нажала на спусковой крючок. Четыре самонаводящиеся ракеты, одна за другой, вырвались из ствола и умчались прочь, нацелившись по заранее введенным координатам. Где-то вдалеке, почти одновременно, прогремело четыре взрыва. Фокс запечатлел в камеру огненные всполохи и остановил трансляцию.

- Речь получилась что надо, - улыбнулся он. – Надеюсь, Марлоу ее слышал, и успел обосраться на прощание.

- Плевать.Лишь бы сгинул.

Блэки бросила винтовку к ногам и устремила свой взгляд туда, где разгоралось алое пламя пожара. Языки набирающего силуогня отражались в ее зеленых глазах, плясали в них демоническими искорками.

- Дай сигнал Стэну, - сказала она, не отводя глаз. – Пусть активирует свой чудо-вирус, и уничтожит все файлы, которые разослал Марлоу.

Фокс быстро исполнил ее просьбу, а затем спросил, отложив планшетник и встав рядом:

- Что в них было? В этих файлах?

- Ты разве не читал?

- Нет. Решил, что лучше спрошу у тебя.

- Странный ты, Фокс, - ухмыльнулась Блэки.

- Может быть. Так что там было?

- Ничего про наши с отцом планы по захвату Горизонта, наводнение его монстрами, создание мне подобных выродков, и прочей фигни, из того, что наговорил в своем обращении Марлоу. Он выставил все так, словно мы с отцом всегда были заодно, но это неправда. Долгие годы я всем сердцем ненавидела его. Он отнял у меня не только мать, он отнял и мое детство. Пока я росла, мое тело непрерывно менялось, и мало просто сказать, что это было болезненно. Первые десять лет моей жизни были одной сплошной болью и страданием. Я умирала множество раз, но отцу вновь и вновь удавалось возвратить меня с того света. Не из любви, конечно. Точнее не из любви ко мне, а лишь к своему гребанному проекту. Когда же ему, наконец, удалось стабилизировать процесс, и я смогла жить нормально, столько лет уже было упущено. Но главное, что отец так же не мог сказать, и сколько еще их мне отпущено. К десяти-двенадцати годам, мой организм достиг зрелости, и я стала выглядит так, как выгляжу сейчас. Не удивляйся, я же сказала, что у меня не было детства. Не будет и старости. Я сильнее вас, быстрее вас, мои раны заживают на глазах, но однажды я перегорю, понимаешь? Тело перестанет справлять с нагрузками, один за другим начнут отказывать органы, и в итоге меня ожидает довольно печальный и быстрый конец. Он может наступить через десять лет, а может через год. Предсказать это почти невозможно, и единственное, что сказал отец на этот счет, что он будет очень удивлен, если мне удастся дожить до сорока. Вот, что ты смог бы найти в этих файлах: все исследования отца, предшествующие и сопутствующие моему сотворению, а так же все, направленные на то, чтобы приблизить меня к нормальному человеку. Однако во многом мне уже никогда не стать нормальной. В свои десять, я была словно новорожденной, и лишь начинала познавать себя и окружающий мир. О каком нормальном эмоциональном и психическом развитии здесь может идти речь? Учитывая, что воспитание мое было довольно коротким, ведь незадолго до того как мне исполнилось двенадцать, отца раскрыли, и все, что ему удалось мне дать, это анонимность. Он бежал, оставив меня на произвол судьбы, на самом дне Горизонта. И Марлоу был прав, сказав, что я неспроста выбрала клуб Вальтер своей мишенью. Но вовсе не из-за мести за отца. Я росла в этом клубе, поднималась с самых низов, и никто не протянул мне руку помощи. Всего приходилось добиваться самой, а клубные воротилы лишь смотрели свысока и смеялись над копошащимися в грязи нищеты жителями низа. И тогда я поклялась, что однажды я все изменю. Это мой район, и в