Брачный танец - Джиллиан Джеймс

Между тем открытие нового сезона приближалось. Энни заблаговременно обеспечила билетами на первый спектакль всех родственников, включая Джейсона и Джека.

Рэй чувствовал себя окрыленным. При наличии в труппе Энни и Моэма в успехе сезона он не сомневался. Это подтверждалось быстротой, с какой расходились билеты. Еще до открытия сезона места на все спектакли были проданы вплоть до марта.

Незадолго до первого спектакля участники «Свадебных бубенцов» бесплатно выступили на телевидении с благотворительной программой. Это было широко и доброжелательно отмечено прессой.

По утрам в офисе Стив неизменно находил на своем рабочем столе газеты с портретом супруги. Как-то раз была опубликована большая фотография Энни в паре с Моэмом, танцующих отрывок из «Бубенцов». Стив сморщился и с досадой швырнул газету в мусорную корзину. Но тут же ему стало стыдно за этот глупый приступ ревности.

Стива мучила бессонница или же кошмарные сны. Появилась и сексуальная озабоченность. Он хотел Энни, но не решался ее разбудить. Она настолько уставала после дневных репетиций, что прямо-таки валилась на кровать и тут же засыпала. А тут еще подступали рождественские праздники с обязательными театральными утренниками. Ему было трудно, но мысль перейти спать в другую комнату казалась ему еще более ужасной…

В это утро Стив решительно отодвинул на край стола папку с незаконченными делами, надел пальто и, спустившись вниз, окунулся в бодрящий морозный воздух. Не обращая внимания на царившую вокруг предпраздничную суету, он решительно направился в театр «Империал».

ГЛАВА 17

Тихонько войдя, Стив огляделся и пристроился в последнем ряду. В зале сидели Рэй и Лючинда. Энни с Моэмом репетировали один из своих центральных дуэтов.

На сцене царила эротика, не переходившая, однако, границ приличия. Тела исполнителей выгибались навстречу друг другу, избегая прикосновений. Одним словом, это был довольно примитивный свадебный танец в индейских традициях. Моэм ежесекундно имел возможность обнять Энни и прижать к себе, но не делал этого. Она также держалась от него на еле заметном расстоянии, одновременно пожирая партнера жадным взглядом. Ничего подобного на прежних репетициях Стив не видел. Похоже, Рэй недавно изменил хореографию и теперь она при всей своей сдержанности выглядела куда более сексуальной.

Стив не считал себя пуританином. И в целом довольно спокойно смотрел на штрихи эротичности в поведении жены, которые подчас проявлялись даже в столь невинном занятии, как сервировка стола. Расставляя тарелки и бокалы, она зачастую принимала такие соблазнительные позы, что у Стива начинала бурлить кровь.

Сейчас, глядя на танец, он испытывал нечто похожее. И с горечью думал о том, что ему придется мириться с этим долгие годы. А собственно, на что он рассчитывал, женясь на Энни? Неужели не мог заранее подготовиться и к чувству ревности, и к возможности семейных сцен, и ко всем прочим почти непременным атрибутам жизни женатого человека…

Тут Стив закашлялся — наверное, от горьких мыслей. Он хотел было тихо уйти и вернуться, лишь когда танцоры начнут репетировать сольные номера. Однако Рэй видел, как он вошел в зал. Стив отлично знал, что тот сразу же догадается о причине его неожиданного ухода. Поэтому решил остаться, стараясь по мере возможности спокойно относиться к происходящему на сцене. Ведь это Селена и Саул, а не Энни и Моэм, уговаривал он себя. Но — тщетно! Стив смотрел на сцену и все больше желал очутиться на месте Эллисона. А лучше — в постели со своей законной женой…

Музыка замерла, уступив место голосу Рэя:

— Превосходно! Теперь отдохните пару дней, а затем — последняя репетиция.

Перебросившись несколькими фразами с Рэем и Лючиндой, которые наперебой расхваливали Энни, Стив направился по коридору в артистическую уборную жены. Остановившись перед дверью, Стив тихонько постучал и, не дожидаясь ответа, вошел. Как раз в этот момент Энни воскликнула:

— Минуточку!

Стив понял причину подобного восклицания, увидев, что Энни, сняв репетиционный хитон, еще не успела одеться. Она стояла посреди комнаты совершенно нагая. Поспешно схватив розовую нижнюю рубашку, Энни прикрылась ею.

— Стив, ты напугал меня! Я видела тебя в зале, но ты разговаривал с Рэем…

— Надо запираться на ключ!

— Мне казалось, что я это сделала.

— Энни, мне было совершенно необходимо тебя видеть.

— Что-то случилось?

— Ничего особенно страшного…

— Слава Богу! Тогда, прости, я сначала приму душ.

Она направилась в ванную. Стив пошел следом и положил руку на обнаженное плечо. Он почувствовал тепло ее тела. Энни обернула к нему лицо, посмотрела в глаза. Стив понял: она хочет того же, что и он. И, обняв ее сзади, привлек к себе…

Взаимное желание близости было слишком сильным. Непреодолимым… Они так давно не принадлежали друг другу…

Стив прильнул к ее губам. Его пальцы побежали вдоль тела Энни и остановились на бедрах. Она же обняла его за шею и безвольно повисла у него на груди, позволяя целовать себе лицо, грудь, плечи, живот… На секунду Стив опустил ее, чтобы снять одежду. И тут же он почувствовал прикосновение ее пальцев к своей разгоряченной мужской плоти. Повернув Энни лицом к себе, Стив раздвинул коленями ее ноги…

— Стив, мой Стив, — прошептала она.

Они принадлежали друг другу, плотно прижавшись к стене ванной и слившись в одно целое. Стив гладил ладонями ее разгоряченное тело. А она смотрела ему в глаза и, как в танце, повторяла все его движения. Даже в самых отчаянных полетах балетного воображения Энни не могла представить себе такой полной непередаваемого наслаждения пляски.

Когда экстаз достиг предела, Стив поднял Энни на руки и перенес в комнату на стоявшую у стены софу.

— Еще раз? — спросил он, задыхаясь.

— Да.

На этот раз пик страсти наступил гораздо позднее, это сделало их близость еще более сладостной. Когда Энни выскользнула из объятий Стива и исчезла за дверью ванной, он осознал, что между ними произошло нечто очень важное, что этот день может стать началом их новых, полных гармонии супружеских отношений.

Стив ополоснулся над раковиной умывальника и оделся. Таким застала его Энни, принявшая душ. Она тоже быстро оделась, села перед зеркалом, чтобы высушить феном голову и привести в порядок прическу.

— Почему ты надумал прийти? — спросила она.

— Неужели непонятно? — ответил он с ласковой усмешкой.

Стив пытался расслабиться, но не мог. Он снова хотел ее. Сейчас… Ночью… Завтра утром… Как это было во время их медового месяца. Когда Энни согревала его во время прохладных рассветов и не давала погрузиться в холодные сумерки по вечерам. Энни состроила недоуменную мину.