Нереально - Веда Талагаева

— Мама, может, скажешь, как ты выследила оборотней, и где они? — наконец, проговорила она.

Мама повернулась к Симе. На ее лице застыло недоумение. Она не привыкла к тому, что нужно давать объяснения. А Сима к тому, что не следует задавать лишних вопросов.

— Я как раз туда вас и поведу, — строго заметила мама.

— Куда? — сердито поинтересовалась Сима.

Началось, поняла я.

— Сейчас ты сама все увидишь. Просто выполняй то, что тебе говорят.

— Мне уже не пять лет.

— Сима!

— Мама!

Замечательное воссоединение семьи.

— А ну хватит, — я втиснулась между ними, — Вам обеим не пять лет. Собираетесь валить оборотней? Тогда пошли.

Мама посмотрела на Симу со вздохом укоризны.

— Поучилась бы у сестры.

— Хм! — Сима с вызовом щелкнула затвором своего обреза.

Да, родня — это круто. Моя особенно.

Спрятав оружие под одеждой, мы вышли из дома. Я хотела подойти к машине, но мама качнула головой и повернула в сторону сквера.

— Хоть мыла бы тачку иногда, — сердито заметила она на ходу, — Отберу, будешь ходить пешком.

Сима показала мне язык и ехидно ухмыльнулась. Мы вошли в сквер. Во второй половине дня он был полон народу. На игровой площадке бегали детишки. Мама повела нас в обход скопления людей на узкую, протоптанную в рябиннике тропинку. Зайдя достаточно глубоко в неухоженные заросли, она остановилась и многозначительно посмотрела на Симу.

— Оборотней четверо, — сказала она, неожиданно пускаясь в объяснения, — Отец, его подружка, волчонок и младший брат отца. Он пришел недавно, на его следы вы наткнулись на шоссе. Я в курсе этой истории. Женщину возле гаражей убила волчица. Волчонок пока не обращен. Видимо, в полнолуние отец хочет приобщить ребенка к жизни стаи.

— Да, Волкодав говорил, — сказала Сима, — А как ты их нашла?

— Сделала то, что вы не удосужились, — упрекнула мама, — Собрала информацию по окрестностям. Случаи нападения диких зверей, похожие на следы деятельности вервольфов, уже были в окрестностях Князева несколькими годами ранее. В Луговцах, в Октябрьске. Я проанализировала факты и вычислила, где находились оборотни раньше, куда могли направиться. Так и узнала, кто они.

Мы вышли из сквера со стороны бара.

— Сейчас они здесь, — сказала мама и поманила нас к черному входу, — Это их бар.

Мы с Симой остановились, как вкопанные.

— Рита? Она волчица, а ее дочь волчонок?

Мама повернулась к нам.

— Вы туда ходили?

— Мы там выясняли про Волкодава, — объяснила я, виновато опустив глаза.

— Поздравляю, дети, — вздохнула мама, — Вы их вспугнули. Ну-ка, пойдем!

Она быстро пробежала вдоль стены до окна служебного помещения. Мы догнали ее, стараясь двигаться также быстро и бесшумно. Мама осторожно заглянула в окно и отступила. Я заглянула тоже. За окном была кухня. В дверном проеме я увидела Риту. Стоя в дверях, она обнималась с высоким черноволосым мужчиной на вид старше ее. За столом сидел еще один парень помоложе, но очень похожий на брюнета. Рядом на табуретке сидела одетая в свой красный плащик Маша и болтала ногами. Перед ней стояла корзина с какими-то продуктами. Вид у девчонки был серьезный и, кажется, недовольный. Подозреваю, слова Риты, что отец ребенка давно не появлялся дома, все-таки были правдой.

— Они пока здесь, — тихо сказала мама, придвинувшись ко мне, — В баре мы не можем к ним подобраться, сейчас там много посетителей. Они пока не знают, сколько нас, где мы и что знаем о них, но до вечера старшие вервольфы на охоту не выйдут. Хотя, кое-кому выйти придется.

Она устремилась обратно в сквер, поманив нас за собой под прикрытие деревьев.

— Что мы собираемся делать? — сразу же спросила Сима.

— Сходим в гости к бабушке, — как ни странно охотно объяснила мама.

Дверь черного входа приоткрылась, и из нее выскользнула Маша, волоча корзину обеими руками.

— Возьмем девчонку в заложницы, — догадалась я, — И попробуем обменять на пуговицу?

— Как? — вскинулась Сима.

— Быстро и аккуратно, — ответила мама — И еще потребуем, чтобы оборотни ушли из города в лес. А там уж чья возьмет, но я ставлю на нас.

Маша, не обращая внимания на тяжесть корзины, в припрыжку вбежала в сквер чуть в стороне от нашего укрытия. Красный плащик с капюшоном, быстро мелькая, скрылся за деревьями.

— Она пойдет по главной аллее, мимо детской площадки, — сказала мама, — А мы ее обгоним по короткой дороге через заросли. Скорее!

Цинизма в нашей работе хоть отбавляй. Но с другой стороны старушка хотела меня укусить за руку, когда я ее запихивала в шкаф. Пришлось не только связать ее, но и вставить в рот кляп.

— Платком рот завяжи, — сказала мама Симе.

Сестренка, мучительно морщась, обвязала бабкину морщинистую физиономию шейным платком. Когда я закрыла дверцу шкафа, баба Зоя начала биться об нее изнутри.

— Сидите тихо, — холодно посоветовала мама, — А то я начну нервничать и стрелять.

Сима побелела от этих слов. Ей вся эта затея не нравилась. Мне тоже, а что делать?

— Что теперь нам делать? — спросила Сима.

Мы втроем стояли посреди комнаты в однокомнатной квартирке на первом этаже. Она была для бабы Зои и гостиной и спальней. У окна были стол и телевизор, рядом шкаф, где сейчас была заперта хозяйка, у стены напротив двери стояла разобранная кровать. Когда мы вломились, бабка как раз собиралась лечь.

— Вервольфы очень подозрительны. Кто-то из них мог пойти за девочкой вдогонку, — сказала мама, — Поэтому вы встаньте слева и справа от двери в комнату, а я…

Она подошла к кровати, приподняла край одеяла, забралась на простыни в обуви, с обрезом и накрылась почти с головой.

— Ну, просто боевик! — неодобрительно заметила Сима, — И все это ради одного ребенка.

— Волчонка, — напомнила мама из-под одеяла.

В шкафу раздалось возмущенное мычание.

— Тихо там, — напомнила мама и добавила в наш адрес, — И вы не двигайтесь. У волков хороший слух.

— Она не волк! — сдавлено послышалось из шкафа.

— Будешь вякать, я ее застрелю, — пригрозила мама.

Сразу наступила тишина. Мы с Симой стояли по бокам от двери, держа оружие, заряженное серебром, наготове на случай появления взрослых вервольфов. Мама притаилась под одеялом, баба Зоя в шкафу не подавала признаков жизни. Минут десять мы напряженно прислушивались, потом в замке заскрежетал ключ.

— Баба Зоя! — заверещал в прихожей высокий детский голос, — Это я пришла!

— Да, — как можно неразборчивей ответила мама под одеялом, — Проходи.

Судя по звукам, девочка разулась и поставила корзину, потом протопала в комнату, не снимая плаща.