Путь императора - Александр Мазин

Широкая тень утеса накрыла Фаргала, и он остановился. Он видел цепь преследователей позади и такую же – слева и справа, только намного дальше. До самых близких – не более полумили, но солдаты не спешили: куда он денется?

Фаргал спешился, подошел к утесу, погладил камень.

– Ты прикроешь мне спину, друг,– сказал он.

Эгерини не собирался сдаваться. Лучше умереть, чем снова попасть в руки палача.

Юноша отпустил поводья и хлопнул коня по крупу.

– Беги, мой хороший,– произнес он.– Беги.

Цепь всадников, рвущиеся собаки на сворках. Тысяча, не меньше.

«На меня одного»,– подумал Фаргал и ощутил всплеск гордости.

Эгерини посмотрел на небо, затем на гранитную скалу позади, провел пальцами по трещине… и вдруг засмеялся. Он понял, что сейчас сделает.

– Рад приветствовать тебя, благородный Владыка!

Коренастый воин в алых доспехах отвесил поклон. Довольно неуклюжий, но не потому, что сам был неловок. Сотник императорской гвардии не очень-то привык кланяться.

– Чем я могу тебе помочь, Владыка?

– Присядь, Гронир.– Кирьюгер был очень любезен.– Угощайся: вино, пирог с олениной, голубиные грудки, не стесняйся, у меня хороший повар. Ешь, а я пока расскажу, почему вынужден был тебя побеспокоить.

– Напротив, я польщен. Такая честь…– Сотник выдавил из себя все любезные слова, которые знал, и замолк. Вернее, замолк его голос, потому что жевал сотник довольно шумно: Гронир был чистокровный карнит, но не из благородных.

– Вижу, ты проголодался с дороги,– мягко проговорил Владыка.

Алый мог бы уточнить, что он не проголодался, а лишь слегка нагулял аппетит. Если он проголодается, то этот жалкий пирог и горстка голубиных грудок ему – на один зуб. Но сотник промолчал. Только еще решительней заработал челюстями.

– Перед тем как изложить мою просьбу, я хочу кое-что тебе рассказать,– продолжал Владыка.– Завелся в Карн-Апаласаре во времена моего предшественника некий разбойник…

– …вот так обстоят дела,– завершил Кирьюгер.

Владыка говорил коротко, но все равно Гронир закончил раньше, и ему уже дважды приносили новый кувшин с вином. Впрочем, по части выпивки сотник был весьма крепок.

– Значит, Бушиар опять сел в лужу,– сказал Гронир.– Не удивлен, он всегда слишком много мнил о себе.

Алые, избранное войско Императора Карнагрии, как правило, свысока смотрят на тех, кто не принадлежит к Императорской гвардии.

– Скорее следует сказать, что меня подвел мой человек,– возразил Владыка.– Но я надеюсь, что ты, Алый, меня выручишь. Благодарность…

– Мне хватит и того, что обещано Бушиаром,– сказал слегка захмелевший сотник.– Какие между нами счеты, Владыка, мы же друзья!

– Конечно,– не моргнув глазом подтвердил Кирьюгер, который отнюдь не считал ровней себе какого-то сотника, но никогда не выказывал гордости, если это было невыгодно.

– Рассчитывай на меня,– самодовольно сказал Алый.– Я – самый хитрый сотник в гвардии. И я его достану. Какой-то разбойник, тьфу!

И потянулся к кувшину.

15

Отсюда, с вершины, собравшиеся под утесом воины казались крохотными.

«Если я умру здесь,– подумал Фаргал,– будет ли такая смерть угодна тебе, Таймат?»

Дождь кончился, но солнце пряталось за облаками, и это было хорошо – дольше сохранится собравшаяся во впадинах вода.

Фаргал подошел к самому краю скалы. Он не опасался, что его подстрелят: слишком высоко.

Эгерини увидел еще один воинский отряд, десятка три всадников, пыливших по тракту. Вот они свернули с дороги и поехали полем. Один из всадников – в красных доспехах. Капелька крови среди серой стали и желтой бронзы. Из лагеря императорских войск навстречу всадникам выехали двое. Один со значком и в белом парадном плаще. Должно быть, эти новые – не из простых.

Всадники встретились. Белый и красный поехали рядом. К скале.

– Целые сутки он там сидит,– сказал тысяцкий Бушиар, глядя на крохотную фигурку на вершине.

– Пробовали его снять? – спросил Гронир.

Сотник императорской гвардии, Алый, он был равен по положению командиру тысячи и не робел перед начальником войска.

– А как же,– усмехнулся Бушиар.– У меня в войске – восемнадцать ребят с гор Яго, восемнадцать отличных ползунов. Было восемнадцать,– поправился он.– Десятерых я послал ночью взять проклятого разбойника – и всех десятерых получил обратно. Всмятку.– Командующий огорченно кашлянул. – Стрелами не достать,– сказал он.– До макушки две сотни с лишним локтей, а сражается он как демон. У меня есть лихие рубаки, но они – не горные бараны, чтоб ползать по скалам. Смешно, Алый, у меня пять тысяч триста солдат, не считая вспомогательных войск, а мне остается только ждать, пока он сдохнет от голода!

– А как насчет магии? – поинтересовался Гронир.

– Впустую. Вчера приехал маг Владыки Земли Арук. Часа три бормотал. Без толку.

– Понятно,– кивнул сотник.

Челюсти его непрерывно двигались, переминая жевательную смолу.

– Ладно,– сказал он и направил коня к скале.

Остановившись в десятке шагов от выпирающего из земли камня, Алый задрал голову, приложил ладони ко рту и заорал:

– Эй, бандит! Слышишь меня? Я – сотник Императорской гвардии Гронир! Хочешь со мной сразиться?

Ответ разбойника он услышал отчетливо. И расхохотался.

– Если ты не трус,– закричал Гронир,– ты спустишься и будешь драться со мной! Убей меня – и, клянусь предками нашего славного Императора, тебя отпустят!

– Он спятил,– пробормотал Бушиар.– Клясться предками Императора?

– Ну? Ты спустишься? – надрывался сотник.– Один на один, разбойник?

Фаргал решился. Если это ловушка – значит, он умрет на несколько дней раньше. Но если этот сотник не врет…

– Я иду! – крикнул он.

В одном эгерини не сомневался. Пару-тройку карнагрийцев он успеет отправить в страну Мертвых. И этот хвастливый гвардеец будет первым. Если, конечно, Фаргалу не вгонят стрелу в спину. Но тогда он, по крайней мере, умрет быстро.

– Смотри-ка, слезает! – воскликнул тысяцкий, увидев, как маленькая человеческая фигурка, закинув за спину меч, перевалилась через край утеса.– Ну ты оратор, Алый!

– Подстрелить его? – возбужденно спросил сотник из окружения Бушиара.

– Глупец! Он же разобьется! – сказал тысяцкий.

– Ну, подождем, пока спустится пониже,– предложил сотник.– Стрела в руку, стрела в ногу – и он станет покладист, как овечка!

– Только попробуй,– не поворачиваясь, следя за спуском эгерини, произнес Гронир.– И я лично перережу тебе глотку, сотник! Ты что, не слышал, что я поклялся предками Императора? Имей это в виду и ты, Бушиар!

– Ты обезьянья задница, Алый! – сердито проговорил тысяцкий.– Если он тебя прикончит, тебе-то будет все равно!