Записки некрополиста. Прогулки по Новодевичьему - Соломон Кипнис

На документе стоит дата... 17 августа 1942 года!

В это трудно поверить.

Страна истекает кровью в борьбе с фашистской Германией, в рядах Красной Армии сражаются 500 тысяч евреев (около 200 тысяч из них отдадут жизнь за Родину), а в это время готовятся директивы, насаждающие государственный антисемитизм.

Подписали этот гнусный документ двое:

Александров Георгий Федорович (1908-1961). Философ. Карьеру сделал стремительную: в 38 лет — академик, с 1940 по 1947 год руководил Управлением агитации и пропаганды ЦК партии, один из главных борцов с космополитами, был у вождя в фаворе, получил две Сталинские премии. Семь лет директорствовал в Институте философии Академии наук СССР, затем оказался на высоком государственном посту — министр культуры СССР. Но ненадолго…

Кутежи и развлечения с актрисами в дачной обстановке в компании с другими представителями номенклатурного бомонда получили такую огласку, что Центральному Комитету пришлось направить в партийные организации закрытое письмо об аморальном поведении группы руководящих работников.

Историк Рой Медведев написал об этом просто и ясно: Александров содержал «частный бордель». А в народе родился свой фольклор: «Александров доказал единство формы и содержания: когда ему нравились формы, он их брал на содержание».

Александрова, конечно, освободили от должности министра, вывели из кандидатов в члены ЦК, дали взыскание по партийной линии и отправили работать в Институт философии и права, но уже не в Москве, а в Минске.

(8-6-7)

Зуева Татьяна Михайловна (1905-1969). Деятель значительно более низкого ранга. Но все-таки: заведующая отделом культурно-просветительных учреждений Управления агитации и пропаганды ЦК ВКП (б), заместитель председателя Совета Министров РСФСР, и тоже министр культуры, но РСФСР.

(7-8-5)

НАДГРОБИЕ ИЗ ГЛУБИНЫ ВЕКОВ

Такое надгробие стоит на могиле Хлебникова Велимира (Виктора Владимировича) (1885-1922), поэта, прозаика, драматурга.

К столетию человека, называвшего себя «будетлянином» (вместо нерусского слова «футурист»). Председателем Земного Шара (он организовал утопическое общество «Председатели Земного Шара» и был одним из таковых), издали книгу «Мир Велимира Хлебникова», в которой собраны статьи и исследования о нем за время 1911-1998.

Рассказ об этой книге в «Известиях» начинался так:

«Что знает «нормальный» читатель о Велимире Хлебникове?

Только то, что был он каким-то странным, неуравновешенным. Что сочинял заумные стихи, рукописи которых таскал за собой по степи в наволочке от подушки. Что многие его тексты читаются как слева направо, так и справа налево. Что был он Председателем земного шара, будетлянином, считал, что свобода приходит нагая. Что знал тайные законы грядущего и составлял загадочные «доски судьбы».

Для читателя нормального, без кавычек, добавлю несколько высказываний о Хлебникове:

 «... считаю долгом черным по белому напечатать от своего имени и, не сомневаюсь, от имени моих друзей, поэтов Асеева, Бурлюка, Крученых, Пастернака, что считали его и считаем одним из наших поэтических учителей и великолепнейшим и честнейшим рыцарем в нашей поэтической борьбе». 1922. В.Маяковский.

И он же о Хлебникове: «Колумб новых поэтических материков».

В.Б.Шкловский: «...он Ломоносов сегодняшней русской литературы».

Полагаю, достаточно.

А что касается «свободы нагишом», то, думаю, не следовало так «завлекательно» использовать строчки, полные глубокого смысла:

                                    Свобода приходит нагая,

                                    Бросая на сердце цветы,

                                    И мы, с нею в ногу шагая.

                                    Беседуем с небом на ты

.... Знакомый Велимира Хлебникова художник Митурич Петр Васильевич (1887-1956) был и сам убежденный «будетлянин» — провозвестник нового всеобъемлющего «чувства мира». И, желая помочь своему кумиру, изнуренному бездомной и голодной жизнью, Митурич увозит его из Москвы к своей семье в деревню Санталово Новгородской губернии. Но благополучная жизнь оказалась для Хлебникова недолгой. Он заболел и вскоре умер. Похоронили его на погосте деревни Ручьи.

В 1960 году останки Хлебникова перенесли на Новодевичье.

Тогда в живых уже не было и Митурича, женой которого через несколько лет после смерти поэта стала его сестра художница Хлебникова Вера Владимировна (1890-1941). Теперь и их прах, и прах Хлебниковой Екатерины Николаевны (1860-1936), матери Велимира и Веры, находится в одной могиле с поэтом.

И увидите вы там удивительное надгробие: на черной мраморной стеле лежит... натуральная скифская баба.

Эту находку, возраст которой около 2500 лет (!!), ученые- археологи подарили для памятника Хлебникову как символ многовекового бессмертия его имени.

(8-6-16)

У ХУДОЖНИКОВ БЫЛ СВОЙ «ЛЫСЕНКО»

Герасимов Александр Михайлович (1881-1963). Окончил Московское училище живописи, ваяния и зодчества. Его учителями были А. Архипов, К. Коровин.

Поначалу Герасимов рисовал пейзажи, натюрморты, участвовал в выставках, числился хорошим художником, но известным не был.

Знаменитость к Герасимову пришла намного позднее, в советское время, когда он переключился на историко-революционную тематику, стал писать многочисленные портреты Сталина и его соратников, картины, где центральной фигурой был вождь.

И неудивительно, что когда начали создаваться творческие союзы, именно Герасимов возглавил Оргкомитет Союза советских художников и 15 лет был его председателем. Сделали Герасимова народным художником СССР и президентом Академии художеств СССР, четырежды получал он Сталинскую премию.

«Культивистская» деятельность Герасимова послужила основанием утверждать, что в сфере искусства он сыграл примерно такую же роль, как Лысенко в биологии: «душил все живое, истинно творческое, прогрессивное, что не соответствовало его пониманию реализма». А ведь в далеком, 1912 году Герасимов был членом объединения московских художников... «Свободное творчество»!

О герасимовском «реализме» история сохранила любопытный документ....

Заместитель комиссара советской части Всемирной выставки в Нью-Йорке (1937), где наш павильон украшала картина Герасимова «Сталин среди командиров 1-й Конной армии», сообщал в Москву: «Защитники расстрелянных шпионов-диверсантов, фашисты, троцкисты, белогвардейцы являются сюда с попытками ослиным копытом лягнуть СССР. Останавливаются у картины А.Герасимова.., тщетно разыскивают среди командиров Первой Конной близких им по духу Тухачевских, Гамарников и др. шпионов фашистской контрразведки...».