Демоны зимних ночей - Антон Леонтьев

Маргарита, вернувшись в отель (она покупала билеты на пароход до Южной Америки для сестры и себя), обнаружила на столе записку. По-детски крупным почерком Мари написала: «Марго, я вернусь поздно, со мной хотел увидеться комиссар Дежьен. М.».

Что понадобилось Феликсу от ее сестры? Он никак не может оставить их в покое? Маргарита хотела дождаться сестру, но заснула в кресле. Утром, открыв глаза, она позвала:

– Мари, ты уже вернулась?

Но сестры все еще не было. Маргарита забеспокоилась. Сестра не появилась ни в полдень, ни под вечер. Не находя себе места от беспокойства, Марго попыталась дозвониться до Дежьена – того не было ни дома, ни на работе.

Наконец комиссар навестил ее. Казалось, он постарел на десяток лет. Дежьен старался не смотреть ей в глаза.

– Где Мари! – закричала Маргарита. – Я знаю, что она была у тебя! Что с ней произошло?

Дежьен медленно произнес:

– Марго, мы нашли твою сестру. Она мертва!

– Что? – Маргарита не могла поверить, что это правда. Слова Дежьена казались ей дурной шуткой.

– Ее тело сейчас в морге, – продолжал комиссар, и Марго заметила кривую, внушающую ужас улыбку-гримасу на его лице. – Мари нашли утром в сточной канаве. Убийца задушил ее...

– Кто это? – помертвевшими губами спросила Маргарита.

Дежьен скорбно пожал плечами:

– Какой-нибудь псих, Марго. Не думаю, что мы сможем его найти.

– Она встречалась с тобой, ведь так? – Маргарита смотрела в глаза Дежьену. – Что произошло, скажи мне, Феликс!

Комиссар, не выдержав ее взгляда, промолвил:

– Я хотел поговорить с ней, она должна была убедить тебя не уезжать из Парижа... Я не хочу, чтобы ты... Но это теперь неважно... Мы расстались около половины одиннадцатого...

– Я тебе не верю! – закричала Маргарита. – Скажи мне правду, умоляю!

Дежьен ссутулился и сказал:

– Марго, это и есть правда!

– Ты убил Мари! – в ужасе произнесла Маргарита. – Боже мой, ты задушил ее, потому что решил украсть у меня самое дорогое, чем я обладаю!

Комиссар облизал губы и прошептал:

– Марго, ты сошла с ума! Я непричастен к ее смерти! Я...

Он запнулся и смолк.

– Это ты сошел с ума, Феликс! – закричала Маргарита. – Ты ненавидишь меня! Ты задушил бедняжку Мари и явился ко мне, чтобы насладиться своим триумфом. Ну что же, ты победил!

Она бросилась на Дежьена с кулаками.

Комиссар схватил Марго за руки и, тяжело дыша, проговорил:

– Маргарита, мне очень жаль, но ты сама виновата в том, что произошло. Твоя сестра... Мне правда жаль...

На похоронах Мари было только два человека – Маргарита и священник. Марго в последний раз поцеловала сестру в мраморный холодный лоб и слушала глубокий и тихий голос священника. Феликс убил Мари, она в этом не сомневалась. Никто ей не поверит, если она обвинит комиссара полиции в совершении жуткого преступления.

Лихтенштейнская газета «Liechtensteiner Volksblatt», 30 октября 1929 года:

КОШМАРНЫЙ КРАХ НА УОЛЛ-СТРИТ!

БЕСПРЕЦЕДЕНТНЫЙ БАНКОВСКИЙ КРИЗИС В США НАБИРАЕТ ОБОРОТЫ!

ЦЕПЬ БАНКРОТСТВ НЕСКОНЧАЕМА!

«Минувший четверг, 24 октября, стал поистине черным для воротил Нью-Йоркской фондовой биржи. В этот день котировки многих акций упали до рекордно низкой отметки, что положило начало банкротствам и панике. Казалось, что это – временное явление и ситуация постепенно стабилизируется, и все вернется на круги своя. Как бы не так! Вчерашний день, вторник, 29 октября, стал своего рода Апокалипсисом, предвестником Страшного суда и подтвердил самые пессимистичные прогнозы: турбуленции на бирже не были единичным явлением, это – предтеча новой эры! Эры финансовой несостоятельности, банкротств и самоубийств. Вчера на Нью-Йоркской бирже было предложено к продаже рекордно-пугающее число акций – 16 миллионов, которые мало кто захочет приобрести, и это значит, что акции – не более чем цветные бумажки! Тот, кто вверил им свою судьбу и свои надежды, были жестоко наказаны. Стоимость акций компании «United Cigar» в течение дня упала со 113 с половиной до 4 долларов за штуку! Три человека свели счеты с жизнью, выбросившись из окон небоскребов. Создается впечатление, что «Титаник» золотой экономики, беззаботной жизни и прибыльных операций на бирже неминуемо идет ко дну! «Черный вторник», как прогнозируют специалисты, может положить начало биржевому коллапсу и спаду экономической активности не только в Америке, но и в Европе и Азии...»

Мари убили, пансион закрылся, ничего не осталось. Маргарита сдала билеты на пароход, который отправился в трансатлантическое плавание без нее. Она заперлась в номере, приказав никого к себе не пускать. Никто и не хотел ее видеть – за исключением комиссара Дежьена.

Убийца ее сестры желает насладиться своим триумфом. Он не мог уличить ее в преступлениях, поэтому решил уничтожить ее морально. И она его любит! Да, да, любит этого монстра! Ей хотелось выйти на улицу и закричать: «Старший комиссар Феликс Дежьен – убийца! Я люблю убийцу своей сестры!»

Французская газета «La Tribune», 3 ноября 1929 года:

«Комиссар Феликс Дежьен получил из рук президента республики орден Почетного легиона за грандиозные успехи в борьбе с преступностью. Вслед за этим ему было присвоено звание старшего комиссара полиции. Ходят слухи, что в недалеком будущем Дежьен станет одним из помощников министра внутренних дел. Феликс Дежьен – принципиальный борец с преступностью и не останавливается ни перед чем, ведь единственная его цель, по собственным словам, безоговорочное торжество справедливости».

В газетах Марго наткнулась на заметку о том, что в Париже находится граф Шарль-Этьен дю ля Прэ, наследник огромного состояния. Старший комиссар Дежьен заверял читателей, что охрана спокойствия графа – одна из наиболее важных задач парижской полиции. Дю ля Прэ был приглашен на торжественный обед к президенту.

Маргарита смяла и разорвала газету. Этот граф так важен Дежьену? Нет ничего проще – она ограбит аристократа! Это не принесет ей утешения и не утолит боль, но она должна хоть как-то отомстить Феликсу!

Граф обитал в небольшой вилле, выстроенной архитекторами-авангардистами. Марго проникла в темный дом и обнаружила сейф в библиотеке за старинной гравюрой, изображавшей сожжение еретика на костре. Внутри она нашла пачки денег и документы.

Марго расплакалась. Она швырнула добычу на пол и, усевшись в кресло, дала волю чувствам. Так больше не может продолжаться! Она не мыслит своего существования без Мари! Но сестра – мертва!

За окнами замелькали разноцветные огни, послышались протяжные полицейские сирены. Маргарита бросилась прочь из кабинета – наверняка сейф был оснащен особой сигнализацией, которая подает сигнал в полицейский участок.

В дверь особняка стучали, она задрожала под натиском извне – Марго увидела, как в холл ввалились полицейские, возглавляемые старшим комиссаром Дежьеном.

– Ах, Марго? – сказал он, ничуть не удивившись. – Ты и не пытаешься убежать? Я давно мечтал о том, что арестую тебя на месте преступления, и вот это сбылось!

Дежьен подошел к ней и отнял мешок с деньгами.

– Так, так, ты наведалась на виллу графа дю ля Прэ и решила, что, как водится, сумеешь ускользнуть? Марго, ты арестована!

– Я думаю, комиссар, что вы ошибаетесь! – раздался голос откуда-то сверху. Маргарита повернула голову и увидела на верхних ступеньках лестницы, ведущей на второй этаж, высокого мужчину во фраке.

– Кто вы такой, ее сообщник? – хмыкнул Дежьен.

Незнакомец махнул рукой (сверкнул старинный перстень с круглым сапфиром) и властно ответил:

– Мое имя – Шарль-Этьен, граф дю ля Прэ! И я – хозяин этой виллы, комиссар!

– Старший комиссар! – пробормотал Дежьен. – Не имею чести знать вас, господин граф, но мы только что задержали в вашем доме эту воровку, – он указал на Маргариту. – Не извольте беспокоиться, мы сейчас же удалимся и не будем мешать вам!

– Вы и не мешаете, – сбегая по лестнице, сказал граф. Иссиня-черные волосы, серые глаза, бледная кожа – он до чрезвычайности походил на одного из своих пращуров, чей портрет висел в холле.

– Эта грабительница вскрыла ваш сейф, господин граф, – продолжал старший комиссар Дежьен. – Она, к своему несчастью, не знала, что вы находитесь дома.

– Вы правы, – ответил дю ля Прэ. – Я получил приглашение от господина президента на торжественный прием, но чуть задержался.

Дежьен надел на Марго наручники и сказал:

– Мы удаляемся, господин граф, и воровку, которая потревожила вас, забираем с собой!

– Воровку? – произнес граф, и его тонкие брови взлетели вверх. – Но кого вы имеете в виду? Прошу вас немедленно отпустить мадемуазель... мадемуазель...

– Маргариту, – подсказала Марго.

Дежьен решительно ничего не понимал. Он проворчал:

– Господин граф, я понимаю, что вы находитесь под сильным впечатлением от приезда полиции, но эта мадемуазель, да будет вам известно, на протяжении многих лет занимается мошенничествами, грабежами и воровством. Я давно охочусь за ней, и мне посчастливилось схватить ее с поличным на месте преступления!