Семьянин - Николай Дронт

подспудно считает своим подданным и обязанным ей служить. Знает, что я ей ровня — царевна, это та же принцесса. Однако раз твоя жена, то тоже обязана помогать. Это у неё в сердце, разумом она всё прекрасно понимает.

— Она ко всем так относится. Знаешь, как зеленодольцы её поддерживали? А она к ним даже ни разу не заехала. И когда вытащил от мужа в башню, тоже отличилась. Ей бы хоть чашку чая с первыми людьми герцогства выпить. Что-то приятное сказать, поблагодарить за встречу, выслушать доклад. Картинка самая прекрасная — ночь, магические лампы, бежавшая от тирана-мужа сильно беременная женщина. Подданные за неё горы бы своротили. Внукам рассказывали, как благородно поступили! А она? «Завтра! Всё завтра!» Но ещё до утра уехала в столицу. Остался народ у разбитого корыта. Обидно оно людям!

— Вот и я про то. Но мама учила, что идеальных людей нет, мы и сами не идеальны, а потому нужно использовать всех, кого сочтёшь полезным. Лаура нам чем-нибудь заплатит — пусть не материальными ценностями, а скажем, влиянием.

— Не уверен. Силестрия, Мариана, ты, моя радость, да и многие высокопоставленные особы ведут учёт взаимных услуг и не любят быть должными. Но Лаура не привыкла платить по долгам. Она застряла на уровне девочки-принцессы сидящей на пуфике у трона грозного дедушки-короля.

— Это её беда, а не наша. Мы будем играть теми картами, которые нам пришли. Просто поверь, карта Лауры когда-нибудь прекрасно сыграет за нас. Да и сейчас, через её статс-даму Капитолина будет знать всю подноготную Айзенерда. А лет через пять, герцогство оправится от разрухи и там можно будет найти что-нибудь полезное.

— Уже сейчас у них есть, например, дешёвое железо, из которого можно клепать скобяные товары. А у нас прямой портал в Большой Лес с огромным рынком сбыта. Там не только пшеница нужна, там многим можно торговать!

— Вот видишь! Ты лучше меня всё понимаешь!

— Хитрюлька! И вруша! Сама знаешь, что лучше тебя в нашей семье нет политика!

— Ничего не вруша! Ты же как-то заставил меня сбежать от папы? Значит, ты лучше! Но не будем спорить — я тоже совсем неплоха. Только меня учили, а ты сам до всего доходишь.

— Слушай, я тут подумал: Ты посоветовала Лауре собрать женскую роту из сироток и детей отставников-инвалидов. Может и нам стоит придумать что-то в таком роде? У меня хорошо, если есть четверть численности от разрешённого полка. Девиц, конечно, не стоит, но хоть парней наберём.

— Если хочешь знать моё мнение, не наберёт герцогиня роту. Узнает про необходимые расходы, и её жадность обуяет. Зря, кстати. Сразу получила бы поддержку дворян. А мы можем попробовать. Почему бы и нет?

Стеклодувы

Как бы ни хотелось перенести, но после обеда запланирован приём записавшихся подданных. Хочешь — не хочешь, а хоть когда-то принять их надо. Тем более, вопрос для просителей может быть действительно важен.

Зашла делегация аж из пяти человек. Из Вайзенфелда. Как легко можно догадаться стеклодувовы Штатгласа. Все относительно молоды — от тридцати до сорока лет. Принесли что-то в красивом мешке. Сразу заявляют:

— Ваше сиятельство, примите дар от славного города Штатгласа.

— Давайте будем сразу говорить правду — ГОРОДКА Штатглас, звание «город» вы пока не получили. И ваш дар — это главная причина? Или вы надеетесь, что я возьму подарок, размякну и разрешу то, что просите?

— Нет, ваше сиятельство, мы дарим от души, но просьбочка тоже есть.

— Вот тогда и начинайте с неё. Я послушаю, а потом решу — стоит ли брать подношение.

— Ваше сиятельство, мы полностью поддерживаем ваше милостивое решение изгнать из города зажравшихся кровопийц-перекупщиков, паразитирующих на теле честных стеклодувов!

— Положим, отказаться от подданства было их решением.

— Зато, ваше сиятельство, мы вздохнули, когда вышли прямиком на покупщиков — хоть правильные цены получили. А просьбочка у нас есть, кабы не она, разве мы бы осмелились побеспокоить? У нас искусство, а у изгнанных мастерские. Мы скинулись и купили одну, но коли прикупить ещё пару, смогли бы втрое больше товару выпускать. Ваше сиятельство, возьмите производство стекла под свою руку! Мы готовы исполу работать! Кто бунтовать захочет, сами выгоним! Только явите божескую милость, купите мастерские!

— Да… Что-то вы не то придумали. Хотите из меня купца сделать? Или заводчика?

— Ваше сиятельство, всё за вас сработаем! Только ревизора поставьте. Ведь такие печи уйдут! Заграничные!

— А давайте поговорим о прибыли. В самом лучшем случае, она какой будет?

— Ваша доля, ваше сиятельство, будет уж никак не меньше ста талеров!

— В день?

— Шутить изволите, ваше сиятельство! В месяц вестимо! Так ведь вам и делать, почитай, ничего не надо — мы сами всё сделаем.

— А что вы вообще производите?

— Посуду разную, ваше сиятельство, бутыли всякие, редко — художество для украшения жизни. Это больше вазы и лампы.

— Мне что принесли? Вазу? Показывайте!

В мешке точно оказалась ваза. Тонкого, прозрачного стекла, но по стилю — аляповатая безвкусица. По работе… Видно, кто-то старался, но получилось, что получилось.

— Да, — вздохнул я. — Стекло хорошее. Видать, из моего карьера песок брали. Работа очень так себе — старательный ремесленник делал, не мастер. Зато сама ваза, если говорить правду, хрупкая хрень. Даже слугам стыдно поставить.

Стеклодувы обижено переглянулись, а я продолжил:

— Чтобы «художество» получилось — надо вкус иметь, а вы принесли ночной горшок без ручки, зато с выемками, складками и пупырышками. Уберите это убожество обратно в мешок, попробую показать, что можно сделать из такого стекла.

Делать им нечего, убрали. Затем, по моему приказу, хорошенько простучали мешок каминной кочергой. Вновь раскрыли и показали множество осколков. Говорю:

— Теперь смотрите, что я получу из этих стёклышек.

Творю заклинание, 5-й Круг, Школа Трансмутация, Производство. Я так ёмкости для косметики делаю. Вспоминаю ассортимент посудного отдела в старом мире. Сначала создаю простой цилиндр. Затем, по всей высоте делаю ровные углубления так, чтобы в сечении получилась звезда. Закручиваю на полтора оборота спиралью, верх изящно отклоняю в сторону и чуть распахиваю горловину.

— О, как! — восхищённо восклицает один из ходоков.

— Воля ваша, ваше сиятельство, — с прорезавшимся почтением говорит старший по возрасту проситель, — но вам к нам надо. Такой талант губите! Вас сами боги со стеклом работать благословили!

Велю принести образцы своих баночек и бутылочек для косметических зелий