Темная Владычица - Джулия Принц

тучами произошла нехорошая вещь: они пролились на землю каким-то кислотным дождём и не исчезли.

Позже выяснилось, что тучи над Альтэрианом тоже повели себя плохо, но с меньшей интенсивностью. В результате светлые и тёмные маги смогли удержать защиту вовремя. Тучи над Меденосом тоже пытались залить всё кислотой, но купол Тьмы, что я поставила, не дал возможности для разрушений и смертей. После принятия венца, моих сил хватило на целый континент. И я просто раздувалась от собственной гордости и важности, хотя в это время и сидела скромно в уголке под пологом невидимости на совете правителей Меденоса.

Но вернёмся к нашим героям. Когда тучи над Градургашем пролились кислотным дождём, неизвестного происхождения, Тар очень обрадовался (по словам инквизитора) и велел ему тут «прибраться», пока он сходит на Башни посмотреть.

«Прибраться» звучало не совсем понятно, инквизитор не послушался и пошёл с ним. Так они добрались до Второй Башни (Первая, как вы помните, давно разрушена). В этой Башне их встретил владелец, который встрече почему-то не обрадовался.

«Странный маг, – позже рассказывал его преосвященство, – людей, видимо, давно живых не видел, набрасываться стал».

И всё-таки, оставив инквизитора разбираться с магом Второй Башни, Тар пошёл проведать папу.

Папа этому не обрадовался и наслал на него ещё чёрных туч, которые уже были не просто тучи, а швырялись в некроманта молниями и кислотным дождём. Что интересно, ни магии, ни её нейтрализации, тучи эти не поддавались. Можно было только защиту выставить от кислоты, но и этого ненадолго хватало. Если дождь идёт беспрестанно, то он «проедает» защиту. «Настоящая неприятная пакость» – так охарактеризовал этот дождь некромант.

Встреча родителем блудного сына вышла эффектная, хотя не особо радушная.

Тар такой теплотой впечатлился, но не обрадовался. И выпустил свой, так сказать, внутренний мир в мир внешний.

Открыл проход миру Смерти в этот ледяной край.

Когда его мир начал пожирать Третью Башню, это оказалось неприятным сюрпризом для Арбухана фан Азы.

Расскажу, как я увидела эту картину со слов некроманта.

Серый туман возник сначала в руках Тара маленьким вихрем, затем он развернулся и стал окутывать собой землю, предметы и части Башни. То, чего он касался, просто исчезало из этого мира, и только белесая муть колыхалась в этом месте.

Некромант шёл, а перед ним стелился серый туман, захватывая всё на своем пути. Позади оставалось… НИЧТО.

Лестница на вершину Башни тоже поглощалась этим туманом, но это не мешало Тару подниматься всё выше и выше.

Арбухан был по-настоящему испуган. Ему ли, так долго стремившемуся к бессмертию, не узнать запах смерти.

Интересно, что чем больше ты чего-то боишься и избегаешь этого, тем стремительней оно настигает тебя с особой силой. И страх, который испытывает в это время человек не сравнится ни с чем.

Ведь прямо сейчас с ним происходит то, чего он боялся всю свою ооочень долгую жизнь.

– Ты! Ты… – борматал Арбухан, идущему к нему Тару, и пятился, уже не скрывая свой ужас.

Замечено, что пойманные злодеи, что спокойно пытали и убивали других, редко ведут себя достойно или пытаются сохранить лицо. Вот и этот старик с не одним десятком тысячелетий за спиной, попал в ловушку собственного ужаса, когда понял, что магии смерти он не может противопоставить ничего. Возможно, даже если и были бы у него силы, страх, с которым он жил все свои тысячи лет, настолько сковал его, что он сдался и смирился со своей участью до того, как смерть настигла его.

Последние слова, что он услышал, были:

– Ты жаждал забрать мои силы, так получи их в полной мере.

И мир Смерти поглотил его.

Позже я спросила Тара, осталось от Арбухана что-то в его мире?

– Ничего, – покачал некромант головой, – он так износил свою душу, что от него не осталось вообще ничего.

Вот так бесславно пал Градургашш. Не было войск, что сразили его, не было фанфар победы. Всё это странное царство тихо кануло в небытие, оставив потомкам лишь сказания о страшном зле в назидание.

Хоть какая-то польза. Надеюсь.

Инквизитор Николас Прайтес, когда разделался со Второй Башней, прибежал к Тару. Но на месте всех оставшихся Башен колыхалось лишь серое марево НИЧТО. Зато тучи к этому времени рассеялись, и над этой полярной землёй, впервые за тысячи лет, засияло ярко голубое небо, а солнечные лучи искрились на снегу, превращая его в россыпь брильянтов.

Как человек умный, и уже хорошо знакомый с некромантом, он не стал задавать лишних вопросов. Лишь подтвердил после, что Градургашш полностью исчез с лица этого мира, и убедил сэра Персиваля, что никакие искатели сокровищ не найдут там ни оружия, ни разработок, ни даже следов Градургашш. Их наследием будут только легенды.

Мне не так повезло, как Тару с инквизитором. В том плане, что не великое зло я по-тихому побеждала, а разбиралась с не самыми умными драчунами (так я назвала правителей тёмного континента).

Не поверить мне, Тёмной Владычице, особенно после того, как я продемонстрировала всем свою силу, они не могли, но и так сразу поверить, что великое царство, что вселяло в них страх и плело с ними интриги, вот так просто взяло и пало, они не могли.

Пришлось устраивать шоу.

Семья Блэр, использовав возможности ведьминого круга, открыла портал прямо на тёмный совет и продемонстрировала картину того, что сейчас являет собой Градургашш.

Трепещущее серое марево на месте Башен Восхода Ночи, произвело должное впечатление.

Неизвестно, что именно больше убедило их: падение Градургашша, или мои возможности демонстрации. Но члены тёмного совета присмирели. Однако, я прекрасно понимала, как мыслительные процессы в головах правителей устроены, и какие желания и стремления забродили в них с новой силой.

И это незамедлительно продемонстрировал принц Акталена.

– Примете правление над нами, о Великая Владычица! – мужчина встал на одно колено передо мной. (Будто предложение руки и сердца делать собрался, наивный! Меня уже такими штучками не провести). Правда, остальные последовали его примеру, кто из опасений, кто искренне.

– Не переживайте! – усмехнулась я, – править вами я не собираюсь.

Народ замер, явно шестерёнки в их головах завертелись с новой силой. Я обвела всех пронзительным взглядом, и даже ауру усилила, чтобы, так сказать, силу запомнили.

– Но каждый тёмный сможет обратиться ко мне с просьбой о помощи, о справедливости. Так что живите и сами правьте своими землями. Мне… всё равно. Главное, чтобы мирно.