Гвардия Феникса - Стивен Браст

“Нет, – резко бросила императрица, – всякий, кто не потерял рассудка, нервничает перед битвой”.

“Значит, они не в силах скрыть нетерпение в отличие от тех, кто имеет больший опыт?”

“В моей армии все с нетерпением ждут битвы”.

“Тогда скажите мне, миледи, как вы их узнаете?”

“Неопытные солдаты выглядят более уставшими, чем все остальные”.

В каком бы количестве дуэлей или случайных стычек вы ни участвовали, перед первым сражением всегда возникает особое чувство. Опуская голову на подушку, вы говорите себе: “Возможно, я сплю в последний раз” или, когда ваши глаза начинают закрываться, вдруг спрашиваете себя: “Буду ли я жив и здоров завтра, в это же время?” И сон начисто пропадает.

Надо отдать должное Кааврену, ему все же удалось заснуть в ночь перед сражением, примерно за четыре часа до того времени, когда хозяин согласился разбудить их и подать горячую кляву, щедро сдобренную медом и козьим молоком.

Кааврен проснулся, чувствуя себя достаточно энергичным и спокойным, что так необходимо всякому, кто идет в бой. Впрочем, он, конечно же, немного нервничал.

Ровно в половине девятого утра Кааврен спускался по лестнице и встретил Тазендру и Мику. На лице последнего читалась тревога, в то время как глаза его госпожи сверкали так, как могут сверкать лишь глаза леди дзур перед битвой с превосходящими силами противника. Внизу они увидели Айрича, которой спокойно сидел за столом и смотрел в окно. Аттрик вышел на улицу, чтобы проверить лошадей, а вскоре к ним присоединился Пэл. Они рассчитались с хозяином и по совету Аттрика, самого опытного среди них солдата, особенно тщательно проверили седла и упряжь. Убедились также, что камни-вспышки будут под рукой, а клинки легко вынимаются из ножен.

– Что ж, господа, – заметил Аттрик, – нам пора.

– Однако не стоит торопиться, – отозвался Кааврен, даже не пытаясь понизить голос. – Сегодня такое приятное утро, и я хочу насладиться им в полной мере.

– Как пожелаете, – ответил Пэл, и они вывели своих лошадей со двора гостиницы.

Как справедливо заметил Кааврен, утро действительно выдалось прекрасное. Хотя лето было в самом разгаре, горы, как им и положено, охлаждали воздух, а постоянные ветры, которыми знаменита гора Бли'аард, делали его и вовсе свежим. Небо на востоке еще оставалось оранжево-красным, а высоко над головами путников приобрело уже легкий лиловый оттенок, и Светило – каждый может его почувствовать, но никто не в силах увидеть – казалось почти различимым. Путники могли смотреть только прямо перед собой, иначе глаза тут же начинали слезиться, приходилось жмуриться. Вдруг всем шестерым неудержимо захотелось чихнуть, что каждый и проделал по нескольку раз.

Примерно с лигу они ехали нарочито медленно, пока не оказались перед последним поворотом дороги, где их ждала засада. Аттрик подал знак. Они съехали на обочину, спешились и привязали лошадей к деревьям, а затем разделились, как и договорились заранее.

Деревья на обочине попадались редко, и Кааврену не приходилось беспокоиться о нависающих над головой ветках или торчащих из земли корнях. Поскольку по большей части это были горные сосны, они предоставляли превосходное укрытие, которым Кааврен вместе с Айричем и Аттриком успешно пользовались. Они обогнули склон, сделали круг и начали снова возвращаться к дороге. Один раз они заметили следы дракона, но, к счастью, самого зверя рядом не оказалось. Наконец Айрич негромко произнес:

– Ага.

– Что такое? Вы их увидели? – прошептал Аттрик.

Вместо ответа лиорн показал вверх по склону, где более дюжины плохо одетых мужчин и женщин с обнаженным оружием в руках внимательно следили за дорогой.

– Давайте подберемся поближе, – предложил Кааврен, в висках у которого застучала кровь.

– Согласен, – кивнул Аттрик, – только осторожно.

Они подошли так близко, что почти различали отдельные слова, которыми шепотом обменивались бандиты.

– Теперь, – начал Аттрик, обращаясь к Кааврену и Айричу, – подождем, пока...

И тут раздался резкий хлопок – крак! – так взрывается камень-вспышка. Аттрик, привычный к подобным звукам, сразу же обнажил свой клинок. Кааврен и Айрич последовали его примеру, приготовив по камню-вспышке.

– Мне кажется, господа, пришла пора атаковать, – сказал Аттрик.

– Ну, – ответил Айрич, пожимая плечами, – вам принадлежит честь отдавать приказы.

– Согласен, – сказал Кааврен.

– Тогда я готов отдать приказ... В атаку! – закричал драконлорд и помчался вверх по склону, Кааврен и Айрич – за ним.

Еще до того, как их заметили, с другой стороны дороги донесся звон клинков. Бандиты, стоящие к нашей троице спиной, внимательно прислушивались к шуму.

Кааврен нахмурился, осознав, что первый удар придется нанести в спину человека, который ничего не подозревает об угрозе. Однако он решительно отбросил подобные мысли и уже собрался сделать первый выпад, когда раздался громкий голос Айрича:

– Прошу меня простить, господа, но будет лучше всего, если вы сложите оружие.

К ним повернулось несколько лиц с выражением полнейшего удивления, но в первое мгновение никто из бандитов не мог даже пошевелиться. Затем один из мерзавцев слегка дернулся, однако этого почти незаметного движения оказалось достаточно – так маленький камешек вызывает лавину.

Рука Кааврена инстинктивно нанесла один удар, потом другой, и в следующий момент он очутился в центре стального урагана, который в любую секунду мог унести его за собой – в неизвестность. Кааврен погрузился в такое состояние, когда не считаешь полученные или нанесенные раны, значение имеют лишь непрерывно изменяющиеся маневры – молниеносные движения кисти, быстрые выпады, оборона. Удар слева, удар справа, защита от кинжала, ловкий взмах шпагой – и противник обезоружен... Наконец ему показалось, что время остановилось, и только какие-то обрывки реальности вспышками возникали в мозгу... А потом наступила тишина. Кааврен понял, что стоит на поле битвы – посредине дороги, а рядом все его друзья, живые и невредимые, если не считать нескольких царапин.

На самом деле произошло вот что: бандиты разделились на два отряда по пятнадцать человек, которые заняли позиции по разные стороны дороги. Как Аттрик и предвидел, один из них прятался рядом с гостиницей и побежал предупредить своих, когда увидел, что пятеро друзей в сопровождении слуги не торопясь выезжают со двора. План Аттрика сработал исключительно удачно – “войско” Бааро уже начало испытывать нетерпение, когда Пэл, решив, что прошло достаточно времени, разрядил мощный заряд своего камня-вспышки.

Люди Бааро стояли так близко друг к другу, что заряд, убив одного из бандитов, оглушил и ранил пятерых, причем еще трое, охваченные ужасом, бросились бежать, в результате по ту сторону дороги желающих сражаться осталось всего шестеро. Самого Пала оглушило, и у него ушло несколько мгновений на то, чтобы прийти в себя, но, к счастью, Тазендра не теряла времени даром: своей длинной шпагой она успела уложить двоих негодяев, прежде чем неприятель опомнился. Причем в числе первых ее жертв оказался сам Бааро, которого она прикончила одним ударом в горло.