Карачун 3.5 - Алексей Малиновский

ухо, вошел в дебри калоедского ануса. Выпучив глаза, тварь застыла на месте. Обрадованный Кхарн, потянул меч обратно и тут чудовище снова ожило. Оно выбросило струю густой коричневой жижи из своего хобота и затрубило сигнал тревоги, как профессиональный горнист.

— Походу парализация действует только пока у него в заднице посторонний предмет. Вот же сука этот картограф! О такой мелочи забыл! — возмущенно произнес я.

В это время все калоеды мобилизовались и спешно двинулись в нашем направлении. Забыв про тактику, пришлось использовать все подручное снаряжение и умения. Я морфировал Олафа в гитару и принялся палить по тварям воздушными лезвиями. Толку было мало, их шкуры и правда оказались крайне прочными. От моих атак оставались лишь тонкие лини мелких порезов. Возможно, если залить всю ману разом, то я бы и смог пробить одну из тварей, но это было слишком рискованно. Ведь у меня имелось более подходящее умение! Звуковые удары с эффектом микростана подошли как нельзя лучше. Остальная команда времени зря не теряла. Используя блинк, Робин мгновенно переместился за спины двух оглушенных калоедов и вонзил свои кинжалы им точно в уязвимые точки. Парализованные твари послушно упали на землю. Но теперь возникла другая проблема – оружия у Робина больше не было и ему пришлось спешно ретироваться назад, спасаясь бегством от разъяренного стада.

На подмогу пришли тройки Сейки и Фани, успешно расправившиеся со своими противниками.

— Ну вы и дебилы! Что по-тихому никак? — констатировала факт Бугильда.

— По-тихому скучно! — ответил я.

Завязалась лютое сюрреалистичное сражение. Калоеды пытались порвать нас когтями и присосаться хоботами, мы же бегали толпой и выводили тварей из строя по очереди. Всё это походило на старую добрую игру "Escopeta", где брутальный охотник шастал по лесу полному злобных активных гомосеков, насилующих все что движется. Стоило лишь зазеваться - и они нападали толпой и люто, бесчеловечно ебли бедного мужичка прямо в очко. Так же действовали и мы. Накидывались не бедную тварь со всех сторон, быстро запихивали в нее парализующий предмет и переходили к следующей. На убийства времени не было.

Результатом побоища стала чудная картина : с одной стороны стояли полностью разоруженные люди, с другой - лежало порядка двадцати парализованных мохнатый тварей, из задниц которых торчало всевозможное оружие : от кинжалов и ножей, до копий и двуручных мечей. Даже Бугильда каким-то образом умудрилась пропихнуть в дело свою секиру, разумеется ручкой, но финт вышел явно не простой!

Оглядев побоище, я с гордостью продекламировал строчки одного классика :

Изведал враг в тот день немало,Что значит русский бой удалый,Наш рукопашный бой!..Земля тряслась — как наши груди;Смешались в кучу кони, люди,И залпы тысячи орудийСлились в протяжный вой…

— Так, а чем мы их убивать будем? — дослушав стих, задал резонный вопрос Робин.

— У меня еще вилка есть! — я достал из сумки свой древний артефакт и радостно осклабился.

— Может просто соберем оружие, что осталось от разбойников? — Ержан показал на валявшиеся в отдалении мечи и копья.

— Сильные не ищут легких путей! — сказал я и подойдя к первому калоеду, принялся с ожесточением тыкать его в глаз.

Видимо зверюга не выдержала таких издевательств и у нее начались судороги, отчего кинжал выскочил из сакрального отверстия и, ударившись об асфальт, зазвенел. Парализация спала и калоед, визжа как голодный касперский, ломанулся в кусты. А я, не желая упускать добычу, побежал за ним.

— Стой сука! Звонок для учителя! - под недоуменными взглядами товарищей, я быстро преодолел заросшую травой обочину и влетел в лес. Последовательно прорвавшись через кусты шиповника, малины и смородины, я обо что-то споткнулся и в полный рост растянулся на полянке усеянной одуванчиками. Оглянувшись назад, я увидел невысокую, примерно полуметровую тварь, копошившуюся в земле своим уродливым рылом.

— Ага, "землерыл тупорылый". — я вспомнил картинку похожего существа, увиденного мною в заметках, когда я искал описание калоеда.

— Ну раз калоед сбежал — тебе придется отдуваться за него. Ничего личного — это гринд! — озвучил я и поднявшись с земли, тут же кинулся в атаку на бедную тварюшку.

Не оставь я Олафа на поле боя, эта драка не продлилась бы и пары секунд, но вот с вилкой в руках было куда сложнее... Мелкий ублюдок извивался подо мною как змея, и постоянно норовил укусить меня то за руку, то за ногу. И нередко ему это удавалось! Приходилось проводить маневры уклонения : отскакивать, уходить в сторону и снова атаковать колющим ударом своего трехлезвийного оружия. В итоге затыканный вилкой зверь смог вырваться и едва не сбежал, но я вовремя вспомнил про кирпич, лежавший в моем инвентаре. Ловкий бросок "оружия пролетариата" и тяпконос распластался на земле с проломленной головой.

— Уф, ну и утомил ты меня! — устало произнес я, а сам прислушался : где-то поблизости раздавались странные хлюпающие звуки.

Осторожно подобравшись к источнику звука, я раздвинул кусты и стал свидетелем занимательной сцены.

На земле, кверху оголенными тылами, лежали два связанных мужика, в разбойничьих комплектах одежды. Над ними парил фей, наряженный в черный кожаный костюм с заклепками. Со зверским оскалом на лице он перелетал с одного мужика на другого, подвергая их жесткой порке. В обоих смыслах. Сначала Фей проводил подготовку : брал охапку мелких ивовых прутиков, окунал их в чан с какой-то жидкостью, а после принимался что есть мочи лупить полученными розгами по голым задам. Когда руки уставали, он снимал свои штаны и приступал ко второму акту марлезонского балета. Мужики выли дурниной, извивались ужом, но вырваться не могли - веревки держали крепко.

— Да что ж в этой истории все через жопу! Сколько можно-то! Где всё доброе, вечное, прекрасное? Почему вокруг одного говно и пидорасы? — расстроенно произнес я, наблюдая за процессом надругательства.

— Не мы такие - жизнь такая. — ответил фей, с неохотой оторвавшийся от своего увлекательного занятия.

— Лишь опустившись на самое дно, и в полной мере познав человеческие пороки, можно начать путь к истинному просветлению! Кто не был на дне, тому не понять величия чистого неба! — подняв глаза вверх, пафосно изрек он.

— Да ты прям философ, еще б людей в жопу не ебал — цены бы тебе не было! Не встречался с таким чуваком — Фредей зовут? Уж больно твои рассуждения на его мысли похожи. — спросил я.

— Я всю