Политические деятели викторианской Англии - Игорь Самуилович Менщиков

— как с государственным институтом». Королева решила, что её премьер-министр — «упрямый осёл, отъявленный смутьян и высокомерный зануда», и не меняла своего мнения о Гладстоне до конца жизни[243].

Уже в самом конце его правления королева вынуждена была пригласить премьер-министра на прием по случаю свадьбы своего внука, принца Георга. Она отказалась подать ему руку, лишь едва кивнула головой. Сесть она тоже не предложила, но Гладстон как ни в чем не бывало уселся под королевским тентом. «Неужели он думает, что это общая палатка?» — возмутилась королева, намекая и на палату общин. В другой раз она заметила герцогу Кембриджскому: «Видите Гладстона? Он стоит здесь уже с полчаса, переминаясь с ноги на ногу, и безуспешно пытается вынудить меня заговорить с ним»[244].

Гладстон сохранил парламентский мандат до всеобщих выборов 1895 года, на которых он не баллотировался, а его партия потерпела сокрушительное поражение. В 1896 году он произнёс свою последнюю публичную речь. Он сделал это в родном Ливерпуле и посвятил речь притеснению турками армян. Он призвал британцев бороться с несправедливостью к другим нациям.

Уильям Гладстон умер в своем поместье Говарден 19 мая 1898 года от рака после долгих мучений и похоронен в Вестминстерском аббатстве. Когда королева Виктория узнала, что принц Уэльский принял участие в похоронах «великого старца», она сурово отчитала своего сына и с трудом нашла в себе силы, чтобы послать соболезнование вдове покойного. Хотя, по её мнению, Гладстон был хорошим и верующим человеком, вполне лояльным по отношению к королеве, тот вред, который он причинил стране своими поступками, еще не скоро будет преодолен[245]. 14 июня 1900 года умерла Кэтрин Гладстон и была похоронена рядом с мужем[246].

Гладстон был кумиром либералов Британии. Про него говорили: «Оксфорд по внешности, Ливерпуль по существу». Он считался первоклассным оратором. Он умел запутать дело неясными фразами или впасть в красноречивую патетику. Для Гладстона политика не была игрой или наследственным увлечением как для вигов-аристократов, «для него она всегда была в контексте правого и неправого. Будучи всегда серьезным, он, казалось, воспринимал тех, кто не был с ним согласен, как слепцов, лишенных морального света»[247]. Тот, кто противился его линии, считался им «врагом государства, если не врагом высшей справедливости»[248]. Он считал, что политика должна исходить из моральных и религиозных устоев. Когда ему предлагали пост в правительстве, он спрашивал себя, позволит ли религиозная политика кабинета стать его членом[249].

Гладстон полагал, что политика должна быть нравственной. Однако стремясь к нравственной политике, он допускал глубоко безнравственные поступки, как, например, фактически предательство генерала Гордона в Судане. От его многочисленного наследия мало что осталось в памяти за исключением памяти специалистов. Если первая администрация Гладстона признаётся одной из самых удачных и эффективных в Викторианской эпохе, то три остальных вылились в разжигание противоречий и конфронтации не только в парламенте, но и в стране. Это привело к расколу либеральной партии и упадку на долгие годы её политического влияния. Непревзойденный тактик Гладстон ради тактических целей нередко жертвовал стратегической перспективой. Уинстон Черчилль говорил: «Политик думает, прежде всего, о будущих выборах, государственный деятель думает о будущем». В этом смысле Гладстон был в первую очередь политиком, хотя и блистательным.

Роберт Артур Гаскойн Сесил, маркиз Солсбери

Лорд Солсбери — последний представитель палаты лордов на посту премьер-министра. Он олицетворял собой классический пример государственного деятеля и премьер-министра Викторианской эпохи. Он придерживался традиционного для британских премьеров «коллективного руководства» и большее внимание уделял проблемам внешней политики. Интересно, что Солсбери занимал пост перового лорда казначейства, то есть премьер-министра (как таковой должности премьер-министра тогда не было) совсем недолго. Он был лидером палаты лордов и почти весь период своего правления министром иностранных дел, поэтому Бисмарк называл правительство Солсбери «правительством о двух головах». Его имя ассоциируется с империализмом, то есть невероятным ростом колониальной экспансии и политикой «блестящей изоляции» (стремлением балансировать между крупнейшими державами и поддерживать баланс сил в Европе).

Лорд Солсбери происходил из весьма знатного и богатого клана Сесилей. Его представители играли важную роль при Тюдорах будучи в числе главных сановников королевства, а один из этого рода, тоже Роберт Сесиль, служил Елизавете Тюдор и её преемнику Якову Стюарту и получил титул графа Солсбери. Позднее Сесили стали маркизами. Отец будущего премьер-министра был видным политиком середины XIX века, занимал разные посты в кабинетах лорда Дерби. Он породнился с очень богатым семейством Гаскойнов, которые сделали капитал на пивоварении, женившись 2 февраля 1821 года на Мэри Гаскойн. Имел 6 детей в браке с ней[250]. Вторая его жена леди Элизабет Секвил происходила из знатного и богатого рода и была дочерью пятого графа Делавера (де Ла Верра). Впоследствии овдовев, она вышла замуж за лорда Дерби, сына премьер-министра. Будущий премьер-министр был третьим сыном от первого брака. Он появился на свет в родовом замке Хэтфилд в 1830 году. К тому времени его отец уже унаследовал титул маркиза (с 1823 года).

Поскольку Роберт был лишь третьим сыном, необходимо было готовить его к профессиональной деятельности. Правда, его старшие братья не отличались хорошим здоровьем: один из них вскоре умер, второй тяжело болел всю жизнь и скончался в 1865 году. Надо признать, что характер Роберта Сесиля располагал к карьере священника. Это был тихий, скромный и задумчивый мальчик. Он не любил традиционных игр, часто болел, не отличался физической силой. Отец был скуп на сердечность, мать, общительная и живая женщина, умерла, когда Роберту было 10 лет. Он признавался, что детство его было несчастливым и одиноким. В школе Роберта часто сильно били[251]. После смерти матери его отправили в Итон, где мало-помалу он укрепил своё влияние на однокашников, показал лучшие качества своего интеллекта и характера. В то же время преподаватели признавали, что он застенчив, погружен в себя и законченный пессимист.

В 15 лет он окончил школу и начал готовиться под руководством частного наставника к поступлению в университет. В 1848 году он поступил в Оксфордский колледж Крайст-Чёрч и активно занимался наукой, поскольку ему надо было выбирать профессию и он склонялся к тому, чтобы быть священником. Вскоре от перегрузок и слабого здоровья Роберт Сесиль тяжело заболел. Доктора посоветовали отдых и длительное морское путешествие. Более двух лет его не было в Англии, он посетил такие экзотические места, как Австралия, Новая Зеландия и другие земли. Поэтому насмешки его