Разыскивается: не-мертвый или живой (ЛП) - Спаркс Керрелин

Ховелл занял место рядом с Каддоком, который сердито смотрел на дочь.

– Ты будешь делать то, что тебе говорят, – прорычал Каддок. – Или ты будешь изгнана из этого мира навсегда. Ты будешь мертва для нас.

Она вздернула подбородок.

– Ты не можешь меня изгнать, я ухожу сама. Я собираюсь выйти замуж за вампира.

Финеас глубоко вздохнул. Да! Он выбежал на поле.

Каддок поднял бровь.

– Это твой выбор?

Ретт выругался.

– Ты оскверняешь себя этим проклятым кровососом.

Финеас остановился рядом с Бринли.

– Ты звала?

Она улыбнулась и взяла его за руку.

Он повернулся к ее отцу.

– Я прошу руки вашей дочери.

Каддок усмехнулся.

– Кто ты такой, черт возьми, чтобы думать, что заслуживаешь мою дочь?

– Мне нечего предложить в плане богатства, но я могу подарить ей всю свою любовь...

– Любовь? – Каддок указал на дом позади себя. – Ты думаешь, она откажется от всего этого ради любви?

– Легко, – сказала Бринли. – Ты можешь владеть всеми землями и богатствами мира, но если у тебя нет любви, у тебя нет ничего.

– А платить по счетам будет любовь? Добудет ли он еду на стол? – Каддок усмехнулся Финеасу. – Ты ведь не знаешь, правда? Ты даже не ешь пищу. Но если ты посмеешь кормиться моей дочерью, я...

– Я никогда не причиню ей вреда! – перебил Финеас. – Я хочу ее счастья больше всего на свете.

Каддок мгновение изучал его, потом приподнял бровь.

– Ты сделаешь ради нее все, что угодно?

– Я готов на все ради нее.

Каддок шагнул к нему.

– Докажи. Сделай себя достойным ее.

Финеас прищурился. Чего хотел старик? Дуэль?

Каддок взглянул на Бринли.

– Я приму в мужья только оборотня, – он сделал знак в сторону Финеаса. – Так что, если он тебе нужен, придется его укусить.

Она вздрогнула.

Финеас втянул в себя воздух. Черт. Такого он не ожидал. Он даже не знал, может ли вампир стать оборотнем. Возможно, именно на это и рассчитывал ее отец – на то, что превращение убьет его.

Глаза Каддока весело блеснули, когда он посмотрел на дочь.

– Ты считаешь, что любовь так сильна. Достаточно ли ты любишь этого человека, чтобы сделать его достойным?

Бринли обеспокоенно посмотрел на Финеаса.

– Это просто смешно! – Ретт шагнул вперед. – Она выходит за меня замуж! Я – лучший выбор.

Каддок скрестил руки на груди.

– Это ее выбор. Если ей так нужен кровосос, она согласится. Конечно, она не может сегодня перекинуться, так как она не Альфа, но я могу укусить, – он по-волчьи ухмыльнулся Финеасу. – Как сильно ты на самом деле хочешь ее?

Он с трудом сглотнул. Почему-то он всегда боялся, что дело дойдет до этого. Он и так был недостаточно хорош для Бринли.

– Я сделаю это. Давай, старина.

Бринли ахнула.

– Нет. Финеас..

– Я сделаю для тебя все, что угодно.

В ее глазах блеснули слезы.

– Финеас, ты достоин именно таким, какой ты есть.

У него перехватило дыхание. Достоин таким, какой он есть. Его сердце бешено колотилось в груди.

Она повернулась к отцу и вздернула подбородок.

– Я выхожу замуж за Финеаса, и мне все равно, одобряешь ты это или нет...

– Ты бросила мне вызов в последний раз! – с рычанием Каддок бросился к ней, его голова превратилась в рычащего волка.

Бринли подняла руки, чтобы защититься, и они замерцали.

– Я больше этого не потерплю! – закричала она, и ее руки и голова обратились.

Каддок отскочил назад.

Потрясение прокатилась по всему двору. У всех отвисли челюсти. В ошеломленной тишине эхом отдавались вздохи.

– Боже мой! – Каддок вернулся в человеческую форму, на его лице застыло недоверие.

Бринли отодвинулась.

– Что... что я сделала? – она споткнулась, и Финеас подхватил ее.

Фил схватил ее за другую руку.

– Ты стала Альфой, Брин!

– Но только мужчины...

– Уже нет, – глаза Фила загорелись. – Ты первая женщина-Альфа!

– Черт возьми, девочка, – Финеас улыбнулся ей. – Ты освободила Кракена.

– Убери от нее руки! – Ретт подошел к ним и вытащил нож. – Она самая ценная женщина-оборотень в мире. Она должна быть моей.

Бринли фыркнула.

– Отвали, Ретт. Зачем мне выходить за тебя замуж, если все знают, что ты собираешься убить меня после свадьбы?

– Нет, – он покачал головой. – Теперь все изменилось. Ты слишком ценна, чтобы тебя убивать. С тобой я мог бы править всем миром ликанов. У меня будут самые сильные дети...

– Что? – Корки вскрикнула и бросилась к нему. – Ты не можешь остаться с ней! Ты должен остаться со мной! Мы будем править миром! Мы...

– Забудь об этом! – Ретт усмехнулся. – Зачем мне хотеть тебя, когда я могу заполучить одну-единственную Альфа-самку?..

– Ты меня бросаешь? – взвизгнула Корки. – Ты... ты глупое животное. Я была любовницей королей еще до твоего рождения.

– И ты изжила свою полезность.

– Ты так думаешь? – Корки вытащила нож и направила его на Ретта. – Я могу перерезать тебе горло так быстро, что ты и не заметишь, – она взглянула на Бринли. – Или я могу прикончить твою сучку, – она исчезла, потом снова появилась за спиной Бринли.

– Нет! – Ретт бросился к ним.

С вампирской скоростью Финеас оттащил Бринли от рассекающего ножа Корки.

Фил схватил Корки за руку, противостоя ее вампирской силе.

– Я убью тебя, – прошипела Корки, целясь ножом в лицо Филу. – Я убью всех вас, вонючие волки.

Рука Фила замерцала и обратилась, а затем с силой своего волка он оттолкнул Корки назад.

Она упала в объятия Ретта и потянулась к его лицу.

– Дорогой, позволь мне забрать тебя отсюда. Мы будем править... – она задохнулась, когда нож Ретта вонзился ей в живот. – Что? Ты не можешь... нет!

Ретт вонзил нож ей в сердце.

Ее крик затих, когда ее тело превратилось в груду пыли.

На поле воцарилась тишина. Финеас взглянул на Ангуса и остальных. Похоже, они не слишком расстроились из-за неудачи с поимкой Корки. Он подозревал, что даже если бы она была признана виновной на суде Ковена, Роману было бы трудно определить ее наказание.

Он оглянулся на Ретта, который спокойно стряхивал с рукава рыхлую пыль.

– Разве ты только что не уничтожил свой путь к отступлению?

Он вернулся на ту сторону двора, где собралась его небольшая армия.

– Мне не нужно бежать. Я не уйду, пока мы с Бринли не поженимся.

– Ты идиот, – сказал Фил. – Мой отец и его люди планируют убить тебя после свадьбы. Ты должен уйти, пока у тебя есть такая возможность.

Ретт напрягся и посмотрел на Каддока.

– Ты думаешь, что сможешь убить меня?

Каддок пожал плечами.

– Ты думаешь, что сможешь убить меня?

Обе стороны выхватили оружие и начали осыпать друг друга оскорблениями.

– Все равно, что бросать дерьмо на вентилятор, – пробормотал Финеас, затем поднял руки и крикнул: – Вы действительно собираетесь убивать друг друга из-за Бринли, когда она не хочет ни одного из вас?

– Он прав! – крикнула Бринли. – Я ухожу с Финеасом, – она сердито посмотрела на Ретта. – Возвращайся на Аляску и оставь мою семью в покое, – она перевела взгляд на отца. – Прощай.

Из патио донесся приглушенный всхлип.

Бринли поморщилась.

– Глинис, я буду поддерживать с тобой связь. Я обещаю, – она отвернулась и закрыла глаза.

– С тобой все в порядке? – Финеас взял ее за руку.

– Я всегда оставляю ее, – Бринли смотрела на него со слезами на глазах.

– Мы найдем способ, как тебе видеться с ней, – Финеас повел ее к вампирам.

Фил шел рядом, держа Бринли за другую руку.

– Это сработало? – прошептала Бринли. – Разве мы остановили сражение?

– Не знаю, – пробормотал Фил. – Просто продолжай идти.

Они были на полпути к вампирам, когда Ангус выкрикнул предупреждение.

Финеас резко обернулся. Ретт бежал к ним с поднятым ножом. Он издал боевой клич, и его люди бросились за ним.

– Иди! – Финеас подтолкнул Бринли к вампирам.