Советский Союз. Последние годы жизни. Конец советской империи - Рой Медведев

В декабре 1988 г. Верховный Совет СССР принял закон о новом порядке выборов народных депутатов СССР и внес соответствующие изменения и дополнения в Конституцию СССР. Было решено в качестве высшего органа Советской власти избирать Съезд народных депутатов СССР из 2250 человек. Эти выборы следовало проводить на альтернативной основе и отказаться от прежних порядков, когда в каждом из избирательных округов выдвигался только один кандидат. Из общего числа депутатов 750 должны были избираться от территориальных округов и столько же – от национально-территориальных округов. Еще 750 депутатов должны были избираться от общесоюзных общественных организаций, но также на альтернативной основе. Предполагалось, что Съезд в полном составе будет собираться не реже чем один раз в год, как некое народное вече, и принимать наиболее важные конституционные законы. Из состава народных депутатов СССР Съезд должен будет избрать Верховный Совет СССР, который должен работать на постоянной и профессиональной основе, как высший законодательный, распорядительный и контрольный орган власти. Он будет состоять из двух палат – Совета Союза и Совета Национальностей. По сравнению с прежним Верховным Советом полномочия нового Верховного Совета предлагалось существенно расширить, соответственно сократив официальные полномочия Президиума Верховного Совета СССР и неофициальные полномочия ЦК КПСС. Свой замысел по образованию фактически нового органа власти в СССР Михаил Горбачев наиболее полно раскрыл только в своих мемуарах. Он, в частности, писал: «Если попытаться коротко охарактеризовать смысл политической реформы, как она была задумана и проведена, то можно сказать, что это – передача власти из рук монопольно владевшей ею Коммунистической партии в руки тех, кому она должна была принадлежать по Конституции, – Советам через свободные выборы народных депутатов. И вполне понятно, что успех или неудача реформы, особенно на ранних ее этапах, всецело зависели от отношения к ней самой КПСС, которая, по существу, должна была добровольно расстаться с собственной диктатурой. Это была дьявольски сложная политическая операция, болезненная и особенно тяжелая, можно сказать, со «смертельным исходом» для слоя партийной номенклатуры. «Отречение от престола» грозило ей постепенной утратой привилегий, которыми она пользовалась, переходом из разряда сильных мира сего в разряд обычных граждан. Вполне понятно, что партийно-государственная бюрократия должна была встретить это нововведение в штыки. А поскольку в ее распоряжении все еще оставались основные рычаги власти, было только два средства обеспечить успех реформы. Надо было организовать мощное давление на партийно-государственную бюрократию со стороны большинства общества, решительно настроенного на радикальные перемены. А с другой стороны, надо было ослабить сопротивление верхушечного слоя тактическими маневрами, отсекая наиболее консервативную его часть, втягивая в преобразование людей, способных мыслить по-новому. Без политического маневрирования могущественная бюрократия, формировавшаяся в рамках тоталитарной системы, никогда не позволила бы отобрать у себя власть»[102]. Трудно сказать, насколько эти формулировки 1995 г. соответствовали мыслям и концепциям самого Горбачева в 1988 г., но в любом случае, забегая вперед, надо сказать, что эта намеченная генсеком «дьявольски сложная операция» не удалась. Сам Горбачев, и как политик, и как человек, сформировался в рамках тоталитарной бюрократической системы, и его внутренние ресурсы как личности, а также возможности и ресурсы его ближайшего окружения были не слишком велики. Советский парламент был создан, но он не оправдал возложенных на него надежд. Судьба как советского парламента образца 1989 г., так и российского парламента 1990 г. была печальной. Тем не менее это был первый опыт советского парламентаризма, и он был полезен. Один из ближайших помощников М. Горбачева, Георгий Шахназаров, позднее писал: «Что бы ни говорили и ни писали о Горбачеве, как бы его ни ругали, он навсегда останется отцом отечественного парламента. Горбачев, как примерный родитель, заботившийся о своем чаде, ухаживал за парламентом, помогал встать на ноги, не только не ожидая благодарности в будущем, но снося брыкания депутатов, которые после овации, устроенной ему при первом появлении, начали журить, потом поругивать, а осмелев и войдя во вкус, учиняли форменные разносы, не всегда заслуженные. Президент обижался, досадовал, злился, и это порой прорывалось в резких репликах или невнятных угрозах, которые враждебно настроенная, не прощавшая ему ни одного промаха пресса немедленно объявляла покушением на демократию. И все же, наряду с гласностью, первые выборы и первый парламент, заслуживающий этих названий, – главное дело Горбачева-реформатора»[103].

Выборы народных депутатов СССР

Выборы народных депутатов СССР были назначены на 25 марта 1989 г., и интенсивная, хотя и несколько хаотичная избирательная кампания началась в стране уже с первых дней января нового года. Эта кампания проходила по-разному в разных городах, республиках и округах, она изобиловала многими необычными ситуациями и даже конфликтами. Наибольшее внимание прессы и западных наблюдателей было приковано к Москве, которая и по территориальным округам и от общественных организаций должна была получить наибольшее число мандатов. Здесь была самая большая концентрация известных имен, и во многих случаях именно в Москве конкуренция между кандидатами была не формальной, а реальной, а иногда даже очень острой. Описанию и анализу первых советских альтернативных выборов было посвящено несколько исследований[104]. Многие из политических процессов, начавшихся весной 1989 г. в союзных республиках, имели позже весьма значительные последствия. Именно в эти месяцы вступили в политику на региональном или общесоюзном уровне такие люда, как Анатолий Собчак, Гавриил Попов, Звиад Гамсахурдиа, Александр Лукашенко, Витаутас Ландсбергис, Олжас Сулейменов, Геннадий Бурбулис, Валентина Матвиенко, Галина Старовойтова и некоторые другие. Ниже я приведу лишь несколько примеров избирательной борьбы, в которой и мне пришлось участвовать – неожиданно для себя.

Должен прямо сказать, что я не придал большого значения тем новым законам о выборах и тем поправкам в Конституцию СССР, которые были приняты в декабре 1988 г. В большом – на две газетных полосы – Законе о выборах было так много оговорок и были предусмотрены столь многие ограничительные механизмы, что полный контроль комитетов КПСС за ходом и порядком выборов на всех этапах казался обеспеченным. Просто райкомы партии или обкомы вместо одного кандидата на один мандат будут выдвигать еще одного – «запасного». Я не изменил своего мнения и тогда, когда узнал, что и моя кандидатура выдвинута сразу в трех округах, это были два округа в Москве и один в Коми АССР. Я дал письменное согласие баллотироваться по Ворошиловскому округу № 6 в Москве, но не присутствовал на окружном собрании, которое должно было, согласно рекомендациям закона, из 9 выдвинутых по округу кандидатов отобрать двух «наиболее достойных». К моему удивлению, окружное собрание отказалось делать такой выбор и утвердило всех выдвинутых по округу кандидатов. Такое решение не нарушало закон, так как в этой своей части он имел лишь рекомендательный характер. Уже на первых больших встречах с избирателями я убедился, что моя кандидатура является наиболее популярной. Избирательная кампания была напряженной, трудной, но интересной. И хотя меня не поддерживала в районе ни одна из партийных организаций или официальных структур, в конечном счете именно я оказался после двух туров голосования депутатом от Ворошиловского (Хорошевского) района Москвы. За три с лишним месяца избирательной борьбы я израсходовал на цели кампании вместе со своими помощниками Маратом Курмаевым и Владимиром Чеботаревым немногим более трех тысяч рублей. В целом по стране такие, как я, независимые кандидаты победили примерно в 50 округах. Среди них были Виталий Коротич, Юрий Афанасьев, Юрий Черниченко, Тельман Гдлян. Академик Андрей Сахаров был выдвинут кандидатом в депутаты от нескольких десятков округов. После некоторых колебаний он решил баллотироваться от Академии наук СССР, которая получила «квоту» в 30 мандатов. Роль окружного собрания играл здесь расширенный Президиум АН. Борьба вокруг отдельных кандидатур была довольно острой. Наибольшую поддержку научных коллективов получили академики А.Д. Сахаров и Р.З. Сагдеев. По спискам АН СССР народными депутатами были избраны также Н.П. Шмелев, Г.П. Лисичкин, С.С. Аверинцев, В.Л. Гинзбург, П.Г. Бунич, Н.Я. Петраков, Г.А. Арбатов и некоторые другие общественно активные ученые. Народными депутатами СССР стали 55 писателей, 32 режиссера и артиста, 59 журналистов, 16 художников и скульпторов, 14 композиторов, большое число работников вузов и директоров НИИ. Никогда в высшем органе власти в СССР не было такого количества известных деятелей интеллигенции.