Весь Роберт Джордан в одном томе - Роберт Джордан

говоря о других знаменитых городах. Лан хранил молчание, нарушая его только тогда, когда вопросы Букамы подразумевали ответ. Он остро чувствовал притяжение дома. Лан хотел лишь одного – вернуться в Запустение. И никогда не встречаться с Айз Седай.

Глава 13

ДЕЛА В ГОРОДЕ

Подруги могли попросить принести еду им в комнаты, однако, после того как Морейн Исцелила Суан, обе спустились обедать к первой смене. Они не хотели пропустить свою первую трапезу в звании Айз Седай в главном трапезном зале для сестер, куда Принятые попадали лишь изредка, по приглашению, а послушницы – только чтобы накрывать стол. Белые стены просторного зала с высоким потолком украшали яркие зимние драпировки, широкий карниз сверкал золотом. Квадратные столы с изящными ножками, покрытыми изысканной резьбой, были рассчитаны на четверых и по большей части располагались на достаточно большом расстоянии друг от друга – чтобы за едой можно было беседовать без опаски. Впрочем, сегодня некоторые столы были составлены вместе для групп побольше. На Морейн с Суан, единственных, кто пришел сюда в шали, бросали удивленные взгляды, а кое-кто из сестер даже наградил их насмешливыми улыбками. Морейн почувствовала, как у нее пылают щеки, но потребуется нечто большее, чем ехидные улыбки, чтобы она перестала надевать шаль всякий раз, как переступает порог своих апартаментов. Даже откровенный смех не заставит ее снять шаль. Она очень упорно трудилась, чтобы получить ее. Суан ступала по цветным, символизировавшим все Айя плиткам пола, с королевской грацией, небрежно поправляя шаль на плечах, будто специально для того, чтобы привлечь к ней внимание. Суан трудно чем-нибудь смутить.

Скамей здесь не было, вместо них стояли стулья с низкими спинками, украшенные такой же резьбой, что и ножки столов. Если в своем обеденном зале Принятые ели то, что им подавали, то здесь к девушкам подошла молодая служанка с Пламенем Тар Валона на груди и, поприветствовав их реверансом, перечислила кушанья, какие могла предложить кухня, – монотонно, без выражения, как человек, которому часто приходится повторять одно и то же. Если Принятые ели из громоздкой глазурованной глиняной посуды и обязаны были сами приносить и уносить тарелки, то здесь служанки принесли блюда на серебряном подносе, в тарелках тонкого белого тарабонского фарфора с выдавленными по ободку изображениями Пламени Тар Валона. Тарабонская работа не сравнится с фарфором, привозимым с островов Ата’ан Миэйр, но дешевой назвать ее вряд ли можно.

Суан посетовала на чересчур пряную приправу к рыбе, однако в результате у нее на тарелке не осталось ничего, кроме костей. Девушка даже огляделась вокруг, словно хотела попросить добавки. Морейн заказала густой суп с мясом и овощами, но обнаружила, что у нее совсем нет аппетита. В конце концов, она съела лишь маленький кусочек черного хлеба и выпила единственную чашку чаю. Нужно найти выход, но выхода пока видно не было. Даже помыслить невозможно о том, чтобы просто уклониться от задачи, поставленной перед ней Престолом Амерлин. Может быть, Совет решит, что их план все же не годится. Никто не заговаривал с ней на эту тему с тех пор, как Тсутама спросила ее, не думала ли Морейн о том, чтобы стать королевой Кайриэна. Быть может, они уже отказались от своей идеи. Надежда, конечно, призрачная, но теперь ей не остается ничего, кроме призрачных надежд.

Когда девушки вернулись в апартаменты Голубой Айя, Эйдит вновь вызвала их в свои покои и без лишних церемоний вручила каждой «свидетельство о правах» на тысячу золотых крон.

— Ежегодно, в этот день вы будете получать от Башни по столько же, – сказала она, – или, если вы будете в отъезде, деньги поместят туда, куда вы укажете. – Неприязнь, которой сопровождалось предыдущее ее наставление, исчезла полностью. На губах Эйдит играла безмятежная улыбка, безмятежная и преисполненная удовольствия от того, что в Голубой Айя прибавилось две новые сестры. – Расходуйте деньги обдуманно. При необходимости вам выдадут и больше, но если станете просить слишком часто, вам придется отвечать на вопросы Совета. Поверьте мне, в расспросах Совета ничего приятного нет. Абсолютно ничего.

Суан округлившимися глазами воззрилась на сумму, указанную в доверенном письме, и глаза ее расширились еще больше – каким бы невероятным это ни казалось – при упоминании, что они могут получить еще. Редко кто из купцов зарабатывал в год больше, а многие дворяне не очень высокого полета довольствовались гораздо меньшими суммами, однако Белая Башня не могла себе позволить, чтобы сестры выглядели бедными. Солнечный Дворец научил Морейн, что власть зачастую зиждется на убежденности других, что ты уже обладаешь властью, а внешнее проявление достатка часто и порождает эту веру.

У Морейн был собственный банкир, но Суан свои деньги оставила на хранение в Башне, несмотря на предложенную рекомендацию банку. Отец Суан за всю жизнь не заработал тысячи корон, и она не желала подвергать такую сумму никакому риску. Никакие уверения Морейн не переубедили подругу. Ее заботила только сохранность денег, и, по-видимому, банкирский дом, который ссужал золото Артуру Ястребиное Крыло, не мог в этом отношении поспорить с первым банком, основанным после Разлома Мира.

Горделиво накинув на плечи шаль с голубой бахромой, Морейн наняла портшез на большой площади перед Башней. Людская толпа, дневная круговерть прохожих и разносчиков, акробатов и фокусников, музыкантов и лоточников, продающих мясные пирожки и жареные орехи, – старалась держаться подальше от громадного строения. Немногие приближались к Башне даже на сотню шагов, исключая тех, кто приходил по делу или хотел обратиться с просьбой. Двое носильщиков, рослые парни в темно-коричневых куртках, с длинными, аккуратно подвязанными сзади волосами, быстро несли ее по улицам. Тот, кто нес переднюю часть портшеза, то и дело выкрикивал: «Дорогу Айз Седай! Дорогу Айз Седай!»

Окрики, однако, впечатления на толпу не производили, а возможно, им просто не верили. Даже если бы Морейн откинула тяжелые занавески, бахрома ее шали оставалась бы незамеченной. Разве что руку в окно высунуть. Но это будет выглядеть некрасиво. Дорогу им уступали не быстрее, чем обычным повозкам, а иногда даже медленнее, поскольку возчики не стеснялись пускать в ход свои длинные кнуты. Но, несмотря на это, паланкин довольно скоро оказался у здания, с виду похожего на маленький дворец. Оно стояло на широком бульваре с высаженными посередине высокими деревьями без листьев. Носильщики отсоединили шесты, чтобы Морейн могла открыть дверцу. Здание было построено в южном стиле, с высоким белым куполом и узкими шпилями по четырем углам. Широкие мраморные ступени вели к просторному портику с белыми колоннами. Каменные резные фризы