Манхэттенское безумие (сборник) - Ли Чайлд

– Грабежом. Граблю банки и бронированные автомобили инкассаторов.

– Не думайте, пожалуйста, что меня пугает знакомство с вооруженным грабителем. Я привык общаться с литературными агентами и издателями.

– Я тоже мог бы стать писателем. И написать черт знает какую книжку про свою работу.

– А что бы вы написали в своей второй книге?

– Я мог бы написать десять книг. Я такие дела проворачивал, что вам и не снилось. Некоторые прошли хорошо, некоторые плохо. Человеческий фактор, ошибки, предательства, месть, колебания… И все такое прочее.

Старк, который с пользой употребил время в тюрьме для чтения, был рад, что повстречался с писателем. И он стал рассказывать По о делах, которые когда-то провернул, не называя имен, дат и мест. По вежливо слушал. И то и дело делал какие-то пометки у себя в блокноте. Старк уже заканчивал излагать отредактированную версию своей утренней неудачи, когда По его перебил:

– Извините меня, сэр, но мне нужно закончить этот рассказ, прежде чем закроется эта лавочка, где есть ксерокс. У них специальная цена при обслуживании ночью, делают вам три копии по цене двух. Один экземпляр для моего издателя. Один – для меня. И еще один – для девушки, что живет рядом со мною, напротив.

Тут Старк продемонстрировал некоторые познания, почерпнутые бог весть откуда:

– А как насчет вашего литературного агента? Ему не полагается отдельного экземпляра?

По с грустным видом чуть пожал плечами, склонился над своим блокнотом и продолжил писать. Старк наблюдал за ним некоторое время, а потом, когда карандаш перестал бегать по странице, счел момент удобным, чтобы задать следующий вопрос.

– А почему вам пришлось взять другую фамилию, чтобы продавать свои рассказы?

По поднял взгляд, поморгал.

– Что? Ах, это… Я пишу разные вещи. Поэмы. Романы. Короткие рассказы. Я хочу сказать, что не могу подписывать любовную лирику, романы ужасов и детективные рассказы для журнала «Мистери мэгэзин» одним и тем же именем.

– А какое отношение имя имеет к писательству?

По минутку обдумывал вопрос, который, кажется, привел его в некоторое замешательство.

– Не к писательству. А к продаже. К маркетингу. Читателя нельзя вводить в заблуждение.

– Не понял.

– Издатели говорят, что читателя нельзя вводить в заблуждение.

Старк провел достаточно времени за решеткой, чтобы понимать безжалостную логику и силу установленных правил.

– Ага. Понял.

У По закраснелись щеки. Он закрыл блокнот, заложив его карандашом, и сказал:

– Но это еще не все. Вот я вам сейчас покажу, – он перекинул ноги, спустил их в щель в камне и спрыгнул туда. – Идите сюда. Я сейчас вам все покажу.

Старк заглянул в щель. По спускался вниз по шаткой лестнице.

– Идите же! У меня не весь день в распоряжении.

Щель выглядела как самый отвратный способ слинять от полиции, как низшая форма существования; тут пришлось бы сидеть во тьме, свернувшись калачиком, в позе эмбриона. Но все же можно было рискнуть, надеясь на какой-то шанс: а вдруг там имеется тоннель, который проходит под Риверсайд-драйв и ведет прямо в квартиру, где совместно проживает несколько стюардесс авиакомпании «ПанАм»?

Старк последовал за По вниз по лестнице. Щель оказалась не такая уж глубокая, как ему сперва показалось. Он вскоре коснулся ногами дна. По повел его по дорожке, окруженной с обеих сторон каменными стенами, и вывел на узкую улицу, уставленную низкими кирпичными домами, стоящими в ряд. Мимо прогрохотала карета, запряженная лошадьми. Дым от горящего в печах угля перекрывал солнечный свет.

– Это что такое?!

– Гринвич-Виллидж, прошлый век, вот что! Мы пришли.

И еще там был другой Эдгар Аллан По; он шел, опустив голову, в группе тощих мужчин, которые внимательно слушали толстенького, преуспевающего на вид человека, этакого делового типа с толстой золотой цепочкой от часов, протянутой поперек живота.

По, который стоял рядом со Старком, пояснил:

– Тощие мужчины – это Эмерсон, Торо и Хоторн. Более молодой – Мелвилл[87]. А тот, кто говорит, это наш литературный агент. Послушайте, что он им говорит.

– Как мы сюда попали? – спросил Старк.

– Послушайте…

– Мы обратно-то сможем вернуться?

– Конечно.

Старк посмотрел туда-сюда вдоль улицы, потом обратно, на дорожку с каменными стенами, и понял, какая ему представилась отличная возможность исчезнуть. И его острые скулы и гранитная челюсть расплылись в мечтательном выражении, которое в последний раз возникало на его лице, когда мать кормила его грудью.

По улыбнулся.

– Буду ли я здорово не прав, – вкрадчиво осведомился он, – если предположу, что вы обдумываете, как бы вам стукнуть этого агента по голове и забрать у него цепочку вместе с часами и унести их в Риверсайд-парк, в одна тысяча девятьсот восемьдесят первый год?

– Я взломщик, а не уличный грабитель!

– Простите. Не хотел вас оскорбить.

– А банки здесь имеются?

– Полно. В центре, – ответил По. – Но когда мы вернемся в одна тысяча девятьсот восемьдесят первый год, желаю вам удачи, если вы попытаетесь потратить дензнаки, выпущенные Сберегательной ассоциацией мясников и гуртовщиков.

Выражение лица Старка сменилось на такое, какое бывает у человека, изучающего возможность попытаться расплатиться по счету в четырехзвездочном отеле с помощью мешка с золотыми монетами.

– Послушайте, как литературный агент наставляет писателей.

– Ситуация в издательском бизнесе меняется, – вещал агент. Он выдернул за цепочку часы, поглядел, сколько времени, и сунул большие пальцы в карманы жилета. – Никаких больше маленьких книжек! Никаких больше книг среднего объема!

Эмерсон, и Торо, и Хоторн, и Мелвилл начали фыркать, давясь от смеха. Потом обменялись высокомерными взглядами. Потом заговорили – все разом.

– Абсурд!

– Хорошая книга – всегда хорошая книга!

– Какая разница, большая она или маленькая?

– Длинная, короткая – ты кончил писать, и история готова!

Старк кивнул. Эмерсон, Торо, Хоторн и Мелвилл, кажется, были совершенно правы.

На улице появился сверкающий лаком экипаж, влекомый подходящими по масти четырьмя вороными лошадьми. Агент ленивым и вялым движением поднял руку, и экипаж остановился. С запяток спрыгнул ливрейный лакей и отворил ему дверцу.

– Меняйтесь, – бросил он писателям, залезая внутрь. – Меняйтесь, или вы исчезнете.

– Мы достаточно услышали, – сказал По. И повел Старка назад по каменной дорожке, потом вверх по лестнице на вершину скалы.

Старк некоторое время, щурясь, смотрел на Гудзон, переваривая случившееся. Буксиры и баржи, да еще и танкеры с нефтью для систем отопления тянулись в сторону Олбани – это были точные признаки, что он вернулся в свое время.

– Ваши приятели были правы, – сказал он. – Хорошая книга – всегда хорошая книга.

– Нет, – возразил По. – Прав был наш агент. Возьмите Эмерсона, Торо, Хоторна. Их больше нет, они мертвы. Мелвилл отправился плавать. Потребовалось сорок лет, чтобы на его «Моби Дика» обратили внимание. Никто не притронется к «Билли Бадду» даже шлюпочным багром, пока бедолага-автор не пробудет в могиле лет тридцать.

Старк кивнул. Если посмотреть с этой точки зрения, Эдгар Аллан По был прав.

– А как насчет вас? – спросил он.

По довольно долго молчал, прежде чем ответить.

– Я очень боялся исчезнуть, – наконец сказал он.

– Значит, вы изменились.

– Я написал большую книгу – там, как обычно, в центре сюжета тайна, но с элементами триллера, этакая история нескольких поколений, почти сага. Мой агент обозвал ее сагой и пригласил меня на ланч. А потом проинформировал меня, что не сможет продать эту большую книгу с моей фамилией автора маленьких книг на обложке.

– А какая фамилия стояла на маленьких книгах? – спросил Старк.

– Я написал несколько готических романов. Но готика, как и все другие жанры, приходит и уходит, иногда прочно держится в моде, правда, приносит мало денег – четыре штуки и обещание когда-нибудь после дождичка в четверг сделать книгу бестселлером месяца, – а потом этот ваш месяц в конце концов приходит, но как раз в тот момент, когда на сцену выходят любовные романы про красавцев-соблазнителей или научно-фантастические фантазии – и вышибают у готики почву из-под ног. Как бы то ни было, мой агент предложил мне взять псевдоним д’Арси де Шамбор. Издатель, который купил эту мистическую сагу, предложил мне переключиться на большие семейные саги. Д’Арси де Шамбор принес мне кучу денег. Я продал одну книгу в кино, что позволило мне купить дом с бассейном в Коннектикуте.

– Там и проводите свои уик-энды? – спросил Старк, который очень любил пустые дома.

– Приятель заезжает туда, чтоб покормить моих волкодавов.

– Э-э-э… Если вы зарабатываете столько денег на сагах, зачем вам тогда писать короткие рассказы под именем Э.П. Аллана?

– Но я же писатель! И мне нравятся короткие рассказы… А мой агент их просто ненавидит. И мои издатели их ненавидят. Вот я и пишу их втайне, как Э.П. Аллан.