Цена принцессы - Лана Ежова

То, что Эйрика – избранная, несколько усложняло ситуацию. Слишком соблазнительной была власть, которую давало положение аватары богини.

– Подскажешь, где можно найти старшую жрицу?

Сестра кивнула, и в этот момент ее глаза засветились божественными светом.

– По какой причине ты пришла в храм, Кьярин?

Вопрос, кто отец моего ребенка – чародей или муж – застрял в горле.

Эйрика разительно преобразилась – передо мной стояла одухотворенная, прекрасная и строгая носительница божественной благодати. И не скажешь, что она младше – впечатление, что при всей юности ей бездна лет.

– Я надеялась получить ответ на важный для меня вопрос…

Оглянулась – здесь только мы вдвоем, телохранителей не видно.

– Ты пришла узнать, растет ли в твоем чреве ребенок мужа, короля Кайрона, – помогла мне осененная благодатью сестра. – Успокойся, ты носишь его сына.

– Спасибо! – поблагодарила ее, с трудом сдерживаясь, чтобы не закружиться от счастья.

Меня переполняла эйфория. Я жду ребенка Кая! Живое воплощение любви мужчины и женщины – самое прекрасное чудо, с которым не сравниться по силе ни темным, ни светлым чарам.

Захотелось немного успокоиться, прежде чем возвращаться во дворец. Мужу я сообщу радостную весть, а вот остальным пока знать необязательно. А я настолько переполнена эмоциями, что, боюсь, не удержусь и как-то себя выдам.

Я решила обождать, пока успокоюсь, на балконе, который мне показал Кай после поединка с Тенебришем.

Повезло – место уединения оказалось свободным. Приятный, отдаленно похожий на сосновый запах мирта обещал покой, и я с удовольствием устроилась на лавке.

Форк просыпался. Тихо, мирно, деловито. На его улицах ходили счастливые люди, простые горожане и легионеры, стерегущие их покой. Город жил, дышал, смеялся, радуясь новому дню и очередной возможности испытать счастье. А возможности на каждом шагу, стоит только присмотреться… и прислушаться.

Упершись локтями в спинку лавки, я откинула голову назад, ловя чувственный поцелуй. Приближение Кайрона я не услышала – почувствовала кожей, по которой пробежали приятные мурашки.

– Как ты меня нашел?

Он присел рядом и обнял за плечи.

– На тебя у меня настроен маяк.

Повернув к нему голову, нахмурилась. Какой-то артефакт следит за мной? Но когда Кай успел его ко мне прицепить?

Угадав мои сомнения, он улыбнулся:

– Внутренний маячок, Кьяра, под названием сердце. Почему ты здесь? Фрейлины сообщили, что ты покинула дворец спешно, в растрепанных чувствах.

Я отвела взгляд и тихо призналась:

– Сон был в руку – снова нас ждет испытание. Я узнала, что беременна, Кай. И сильно испугалась, я ведь была с Децемом…

Муж, нетерпеливо перебив, жестко потребовал:

– Кьярин, посмотри на меня!

Я подчинилась. В синих глазах Кайрона сверкала сталь.

– Повторяю в последний раз: в том, что тебе пришлось провести с ним ночь, моя и только моя вина. Я люблю тебя, Кьяра, люблю больше жизни. И буду любить и беречь ребенка, которого ты мне родишь, – резко произнес он на одном дыхании и напоследок припечатал: – Я – его отец. И не может быть иначе.

Не передать, что значило для меня это заявление! Я любила Кайрона безумно и безгранично, но глубоко в душе боялась, что ответные чувства не так сильны, как мои. Что он не простил мне другого мужчину. Весть о беременности открыла глаза. Правы были служительницы Милосердной Матери: если мужчина любит женщину, он будет любить и ее ребенка от другого. А если не любит ее, то часто и собственное дитя не вызовет в нем теплых чувств.

Кайрон в очередной раз приятно поразил меня. И я расплакалась от облегчения.

Меня не любил отец, а мать бросила, толком не боровшись. Неудивительно, что появились большие сложности с доверием. Трудно положиться на кого-то, если предала кровная родня. Но мне повезло встретить терпеливого мужчину – мало-помалу Кайрон возрождал мою способность верить.

– Я разговаривала со жрицей, осененной благодатью богини. Она дала ответ, прежде чем я успела задать вопрос, – сквозь слезы улыбнулась я. – Я жду твоего сына, Кай.

Лицо короля озарило ликование.

– Бесценный подарок! Спасибо, любимая!

Он прижал меня к груди, не скрывая чувств.

– Я люблю тебя, – шепнула, прежде чем горячие губы накрыли мои.

Какими только крутыми не бывают повороты судьбы! После страшных испытаний обделенная родительским теплом принцесса получила все, о чем можно только мечтать: заботу, защиту и любовь.

И пускай мой герой оказался не таким уж безупречным, каким представлялся, это к лучшему. Мы любим живых людей и глубоко в душе боимся совершенства. Идеал не нужен там, где есть истинные чувства.

Шесть лет спустя

Стояла теплая осень, и жители Мизгира спешили насладиться ее дарами, пока у багряно-золотой красавицы солнечное настроение не сменилось затяжными дождями. Королевская семья не была исключением. Я сидела в отрытой беседке в удобном плетеном кресле, в окружении больших ваз с фруктами, и наблюдала за возней детей на поляне.

Время от времени большое магзеркало притягивало мой взгляд. Рука не раз сама тянулась активировать его, и в последнюю секунду я едва удерживалась от соблазна. От напряжения у меня даже пальцы дрожали. Ожидание – самое страшное наказание, которое могла придумать для человека судьба. Как сохранять спокойствие, когда решается твое будущее? Как не плакать ночами, если любимый мужчина может не вернуться домой? Никогда не обнимет, не поцелует тебя?

Как же хочется хотя бы услышать голос Кайрона, увидеть его, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Но нельзя… Нельзя отвлекать его, ведь счет идет уже не на дни, на часы.

– Мамочка! – Ко мне подбежала восторженная дочь. – А хочешь секрет?

– Разумеется, милая.

Черные пряди выбились из косы, разрумяненная, с ярко блестящими темно-карими глазенками, милая пятилетняя девочка.

Запрыгнув ко мне на колени и крепко обняв за шею, она прошептала доверительно:

– А мы с Ардом нашли гнездо ежика.

– Лари, вы же не обидели его? – строго спросила я, находясь мысленно далеко. – Не разрушайте домик, иначе на зиму зверьку придется строить новый.

– А зачем его обижать, если он не сделал нам ничего плохого? – искренне удивилась она и, резво спрыгнув на пол, побежала к брату, точнее, к игривым щенкам. Ирдийские псины в трехмесячном возрасте достигали лобастыми головами мне уже до талии. Но главное достоинство этой породы не размер, а то, как легко они выслеживают и давят юркую нечисть.

Ард и Лари – двойняшки, родились с разницей в пару минут, а отличались не только внешне, но и по характеру. Недетские взгляды дочери на жизнь сбивали с толку ее учителей. Прямота и странное чувство справедливости и вовсе пугали. Сама она никого не трогала, а вот сдачи давала обязательно – за себя и близких Лари стояла до последнего, даром что девочка. Один из самых ярких примеров точно не сотрется из памяти, даже когда она вырастет.

Двойняшкам не было и четырех лет, когда нас навестил Сандр с семьей. Пускай нас не связывало кровное родство, мы с братом решили об этом забыть, тем более что дружба королевских домов одинаково выгодна и Мизгиру и Пантилии. Вот только дети почему-то так не думали – и не нашли общего языка. За день до отъезда старший сын Сандра нелестно отозвался о невысоком росте Арда, когда тот его не слышал, и Лари вступилась за брата, вмиг сбив кузена с ног и сломав ему нос. Я ругалась, пока лечила парнишку, а вот Кайрон… Предатель, когда мы остались одни, с гордостью похвалил несносную девчонку и пообещал показать новые приемы.

Кай обожает Лари, как мне порой кажется, больше, чем сына, несмотря на то, что у нее от рождения темно-карие до черноты глаза.

– Мам, – ко мне подошел Ард, – отец вышел на связь?

Светловолосый, как я, и синеглазый, как Кайрон, он уже сейчас приковывал к себе восторженные взгляды. Страшно подумать, сколько девичьих сердец он разобьет, когда вырастет. А может, и не разобьет – мальчиком Ард рос серьезным и спокойным, пошел характером в отца.

– Пока нет. Ты же знаешь, что аномальные зоны глушат магзеркало, – улыбнулась через силу.

Я соврала детям, сообщив, что отец отправился в Седые горы, чтобы раздобыть для Арда яйцо дракена. Осчастливленный сын поверил, а вот дочь засомневалась, позже спросив, с каких это пор ящеры гнездуются в начале осени. К счастью, свои догадки она оставила при себе. Все же более скрытной она росла, в отличие от брата.

– Я понял, мам! Передавай папе, что я жду его возвращения с нетерпением! – И Ард вернулся к игре со щенками.

– И я его жду, сынок, – прошептала вдогонку, – очень сильно жду.

Кай… Если ты не вернешься, как я смогу без тебя жить? Растить детей одной, управлять страной, не имея возможности спрятаться за твою широкую спину? Засыпать в большой и холодной кровати? Как я смогу жить без моего сердца, которое давно слилось с твоим? Кай, возвращайся… Возвращайся, пожалуйста!