Начинающий адепт - Пирс Энтони

Это мысленное нежелание убивать человека — делало ли оно Стайла непохожим на Адепта? Является ли оно свидетельством, что колдовской талант не превратит его в бездушное существо? Стайл надеялся на это.

Странно, что в этом мрачном замке не было еды. Разве Черный Адепт мог обходиться без нее? Очевидно, его съестные запасы хранились в тайнике, который, несомненно, расположен по ту сторону барьера. Стайл принялся рассуждать. Так как этот Адепт не мог создавать предметы из ничего, как это умел делать Стайл, он должен получать еду извне. Может, крестьяне приносили ему пшеницу, яйца, капусту и другие продукты? Не мог же он жить в полном затворничестве. Его умение говорить являлось доказательством, что он вступает в контакт с внешним миром. Просто ему не нравится это делать.

Не нравится общаться с другими. Может, кто-нибудь из этих других придет в замок? Поможет ли он Стайлу? Маловероятно. Запасов Адепту могло хватить на многие годы.

Стайл медленно шел вдоль стены, стараясь не тратить зря энергию и не думать о голоде и жажде. Затем ему это надоело, и он направился в глубь замка. Но здесь его ждала неудача — все коридоры заканчивались тупиками.

Если бы иметь план этого лабиринта! А так он может блуждать по запутанным проходам пока не упадет замертво. Или если бы у него был хороший режущий инструмент, чтобы перерезать нить: ведь все здесь сделано из одной-единственной нити. Отрежет ли это Адепта от его собственного замка?

От его прошлого? Распадется ли все это, как распался дракон? Но чем это сделать? Его рапира бессильна против каменной твердости материала. Тут потребуется алмазная дрель или пила. Или колдовство…

Нет! Весь день Стайл боролся с собой. По мере того как его силы угасали, мысль о колдовстве становилась все более привлекательной. Но Стайл не сдавался. Неважно, что никто не узнает, что при помощи волшебства он сотворил себе стакан воды. Клятва есть клятва. Уж лучше умереть с достоинством. Это единственное, чего не мог лишить его Адепт.

Наконец снова наступили сумерки. Стайл попытался заснуть, но ему это никак не удавалось. Ему не хотелось сдаваться без борьбы.

Засунув руку в карман, он нащупал там гармонику. Он не играл на ней с тех пор, как узнал, что музыка вызывает волшебное присутствие. Даже тогда, когда он не желал этого. Седло появилось, когда он играл на гармонике и подсознательно желал о нем. Но можно ли теперь играть на гармонике, когда он дал обещание не прибегать к колдовству? Музыка напоминала ему о Тоне, и теперь, когда заканчивался его собственный срок, Стайлу хотелось думать только о ней.

Он стал играть. Музыка зазвучала, отдаваясь эхом от бесчисленных стен замка. Стайл не только играл, но и слушал бесподобную мелодию. Он уже научился обращаться с этим великолепным музыкальным инструментом и сейчас вкладывал в игру всю свою душу. Может, это его лебединая песня. Прощальный жест. Но тем не менее это доставляло ему удовольствие.

Но в конце концов усталость взяла верх, и, отложив гармонику, Стайл погрузился в сон. На этот раз он спал мирно, как бы раз и навсегда отказавшись от мирской суеты.

Его разбудил протяжный вой. Стайл не пошевелился, а лишь открыл глаза. Он знал, где находится его рапира, ему надо определить, где прячется зверь. И решить, стоит ли вступать с ним в бой. Ведь быстрая смерть лучше медленной.

Тут из темноты раздался голос:

— Стайл.

— Керрелгирл! — Стайл прислонил лицо к решетке. — Тебе опасно здесь находиться!

— Нейса ходила к Оракулу. Он сказал: «Занавес». Нейса не поняла, что это означает, но я знаю. Я обнюхал весь замок. Один из его углов пересекает Занавес. Следуй за мной.

Занавес! Конечно! Но ведь…

— Я не могу. Я поклялся обходиться без волшебства. А чтобы пройти через него, надо произнести заклинание.

— Ты верен данному тобою слову. Иначе ведь давно себя освободил бы ты. Но не страшись, сквозь Занавес тебя отправлю я.

Облегченно вздохнув, Стайл отправился за оборотнем, который бежал по ту сторону стены. Так значит, Нейса использовала свое право на единственный вопрос Оракулу, чтобы вызволить Стайла из беды! Он не просил ее об этом, но теперь мысленно поблагодарил ее за столь благородный жест.

Через минуту они уже стояли перед Занавесом, пересекавшим небольшой участок тюрьмы. Очевидно, Черный Адепт не знал об этом. Это означало, что он существует в обоих мирах и не может пересекать границу между ними.

— В дворце Оракула мы станем ждать тебя, — сказал Керрелгирл, когда Стайл подошел к слабому мерцанию. — И помни о доверии кобылы…

— Я не знаю, сколько времени мне понадобится, чтобы…

Но оборотень уже произносил заклинание. И Стайл прошел через Занавес.

13. СТУПЕНИ

Стайл очутился на открытой поверхности Протона вне купола. В горле у него запершило — здесь едва хватало воздуха для дыхания. Он мог продержаться без кислородной маски тридцать минут, но это было тяжелым испытанием. Весь скудный запас кислорода в атмосфере Протона шел на нужды куполов, в то время как все вредные отходы промышленного производства выбрасывались сюда. Стайл осознал — неужели впервые? — что мертвая поверхность Протона была результатом человеческой деятельности. Если бы не машины, атмосфера здесь напоминала бы атмосферу на Фазе. Человеческая цивилизация превратила рай в настоящий ад.

К счастью, до ближайшего купола можно было дойти пешком за пять минут. Он видел его сияние, освещавшее безжизненную равнину.

Холодный воздух взбодрил Стайла, и он, потеплее закутавшись в одежду, быстрым шагом направился к куполу. Чтобы не напрягать легкие, он старался делать неглубокие вдохи. Бежать в таких условиях было, конечно, невозможно. Хорошо, что одежда защищала его от…

Одежда! Он не имел права носить ее здесь. Ведь он — раб.

Но без нее он сразу замерзнет. Стайл решил, что разденется перед входом в купол и оставит ее снаружи. А когда будет возвращаться на Фазу, то снова заберет ее с собой.

Но ведь он не сможет вернуться этим же путем, иначе опять окажется в тюрьме у Черного Адепта. Так что придется рискнуть и забрать одежду с собой.

Стайл подошел к куполу. Судя по размерам здесь находились частные владения какого-то Гражданина. Он рисковал попасть в беду, пробравшись в них без разрешения, но другого выхода у Стайла не было. Он чувствовал, что силы его на исходе. Чем меньше он пробудет вне купола, тем лучше. Он снял с себя одежду, завернул в нее башмаки и шагнул сквозь стену силового поля.

Здесь было светло и тепло. Стайл обнаружил, что находится в одном из тропических садов, которые пользовались большой популярностью у Граждан.