Любимая девочка Мажора - Мила Любимая

оперлась об перила, да с таким видом, что сама сейчас нас с лестницы спустит. Обоих сразу.

— Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит? Ну!

Глава 30 – Тайны раскрываются

Мне так хочется поверить в его любовь,

В то, что он мною дышит,

Адреналин разгоняет кровь

В ту секунду, когда он мне пишет.

Очень больно смотреть на тебя

И не иметь возможности

коснуться,

Нервы – ток по проводам,

Если просишь улыбнуться.

Твоя любовь, как персональный яд

Наполняет душу дурманом,

Я так хочу к нему назад

Насладиться этим обманом.

Ты кричишь, что скучаешь

И не можешь без меня жить,

В свой капкан снова поймаешь

И нежно будешь любить.

Сон – сладкий, с тобою в главной роли

Скрываться от тебя уже не могу,

Между нами слишком много соли

И трусливо прочь побегу.

А ты как танк – напролом по кометам

Летишь на космических кораблях,

Узнаешь меня по приметам

В наших общих мечтах.

Твое «люблю» как чары колдовские

И лечу на яркий свет во тьме,

Слова до боли простые –

«Родная,

возвращайся ко мне».

И знаю,

В миллионе развитий событий

В разных вселенных и мирах,

Выбрала бы быть с ним

Хотя бы просто во снах.

Мирослава

Где-то очень глубоко внутри хотелось каждому из этих дураков по тыкве хорошенько настучать. Да так, чтобы мозги в черепной коробке обратно на законное место встали. Мальчишки всегда одинаковые! Что в пять лет, что в двадцать. Только игрушки с возрастом чуть-чуть меняются.

Но, если Никита совсем не удивил (вот ни капельки!), то от Даниила Кощеева не ожидала настолько дурацкой выходки. Нормальный парень ведь был, ну!

В голову не приходит ни одной здравой, логичной мысли, почему эти двое могли устроить такой мордобой. Должна же существовать уважительная причина, правда? Удивительно, как бабульки на шум не сбежались. Повезло, иначе бы уже полицию вызвали.

— Дань? — спокойным, медленным шагом подошла к другу. — Ты живой?

Будто не на лестничной клетке встретились, а на какой-то помойке, где сосед с местными бомжами сцепился.

— Норм, — утвердительно кивнул и с трудом поднялся на ноги, раскачиваясь в разные стороны, словно после бурной пьянки. — Взгляды на жизнь слегка разошлись.

Ага, знаю я эти взгляды. Помахаться кулаками захотелось, только и всего. У Тарасова частенько руки чешутся морду кому-нибудь начистить. Для профилактики.

— А обо мне совсем не волнуешься? — подал голос Ник.

Чувствовала спинным мозгом его взгляд на себе, но сжала зубы и упрямо смотрела в одну точку. Не смей поворачиваться, Мира!

Ну, что за человек? Вроде объяснила доходчиво, но он всё не сдаётся, прёт напролом к своей цели. Упертый баран, блин. А я ведь почти растаяла в нашу последнюю встречу, дала слабину. Слишком сложно держаться подальше о человека, к которому тянет всеми полюсами. Но знаю точно – это будет шаг в пустоту, прыжок без парашюта с огромной высоты и прямиком в чёрную дыру.

Мне оно не нужно. Повторяла про себя, стараясь убедить, поверить собственным мыслям. Но куда там! Любовью так сильно приложило, что не вырваться из её стальных тисков, не спрятаться, не скрыться. Можно бежать, не глядя к канадской границе, но она всё равно настигнет тебя. И вернёт назад, намотав волосы на кулак. Жёстко. Беспринципно.

Попрощалась с Даней и взбежала вверх по лестнице. Дверь в квартиру открывала дрожащими от волнения руками. Сердце со всей дури ударялось о грудную клетку, а дыхание к черту сбилось. Грёбаная тахикардия.

И всему виной он. Ник Тарасов.

Я ненавидела его. И любила. С ума сходила от противостояния в собственном сердце.

Паршиво испытывать чистые, светлые чувства к тому, кто вытер о тебя ноги и никак не может сгинуть с горизонта. Пожалуйста, почему он просто не исчезнет со всех радаров? Зачем решил добить именно меня, стереть в мелкую пыль?

Уже взяла со скидкой два комплекта розовых грабель, и в третьем не заинтересована от слова «совсем». На вторые вообще прыгнула со всего размаха, так что мало не показалось. Но нужно уметь оставлять прошлое позади и идти в настоящее без лишнего груза. Где найти силы, чтобы взять и перешагнуть их? Сжечь все мосты без оглядки.

Звонок в дверь.

Слишком тревожный, бьёт по барабанным перепонкам, а в голове будто ружья стреляют. Пиф-паф! Пиф-паф!

Нехорошее предчувствие. Кровь стынет в жилах, и я знаю наверняка, кто там с той стороны двери. ОН!

На цыпочках подошла к глазку и заглянула в него. Испуганно отшатнулась в сторону. Дыхание сбилось, а сердце принялось наворачивать сумасшедшие кульбиты, с силой ударяясь о грудную клетку. А Ник всё не угомонится, звонит и звонит, и звонит…

Зачем? К чему это всё? Не хочу, чтобы он приезжал. Больше нет. Несмотря на то, что Тарасов правда изменился в последнее время. Сложно не заметить, невооруженным взглядом видно. Присутствует на каждой лекции, реже появляется на вечеринках и тусовках. Ева рассказала, что он помог ей с выставкой, нашёл ребят для изготовления декораций, активно помогает отцу с бизнесом.

Но какое всё это имеет значение?

Видеть его в университете – сплошная боль. Каждую секунду только и делаю, что контролирую себя, держу в ежовых рукавицах, чтобы только не посмотреть на любимый образ. Потому, что позволю – снова пропаду без вести в бермудском треугольнике под названием «безответная любовь».

И вообще, зря тогда к нему поехала домой с лекарствами. Ещё супчик сварила и морс. Компрессы меняла в попытках температуру сбить.

Маша с Даней ментально меня поколотили. Савельева сказала, что стоило ему яду в еду подсыпать, а не нянчиться, словно с маленьким ребенком. А Кощеев считает, себя закапываю, всё глубже и глубже. Причём, по собственной инициативе.

А ведь действительно, понеслась, словно угорелая. Теперь понимаю, как это всё со стороны выглядит. Стыдно жутко! Не удивительно, что он снова припёрся трепать мне нервы.

Мало мне было, да?

Дверь открыла, чтобы послать его раз и навсегда. Давно пора поставить жирную точку в этой токсичной истории любви. Жирную такую, на всю страницу. И захлопнуть книгу окончательно.

— Ник, что тебе нужно? — голос максимально холодный, равнодушный. — У меня нет на тебя времени, без того опаздываю. Уезжай.

— Я на машине, — Тарасов опёрся о стену левым плечом и улыбнулся. — Отвезу.

Вот так, ставит перед фактом. Не задумывается и на секунду, что его весело пошлют на три буквы. В этом весь Никита.