Моя единственная - Ширли Басби

Они пожелали друг другу спокойной ночи. Но для Хью эта ночь, конечно же, спокойной не была. Ее остаток он проходил по кабинету, размышляя над тем, что удалось выяснить о ворах. Получалось, что не так уж и много. Если не считать деталей, то Этьен рассказал то, о чем он и сам догадывался. Приятно, конечно, сознавать, что ты самостоятельно раскрыл механизм махинаций. Но к тем, кто их осуществляет, ни это, ни откровения молодого Граса не приблизили ни на дюйм. Хью сердито поморщился. Да, подозрения его подтверждены полностью. Но что это дает?

Можно не сомневаться, что вор действует не один. Иначе бы он просто не успевал так быстро и незаметно присваивать предназначенные для компании товары. То, что разного рода негодяи в Новом Орлеане группируются в шайки, Хью слышал давно. Сейчас ему стало ясно, что с одной из них, причем очень хорошо организованной и дерзкой, он и столкнулся. Второй вывод, который можно было сделать из слов Этьена, заключался в том, что поначалу негодяи воровали гораздо меньше и реже. Видимо, опасались. Но со временем они, почувствовав безнаказанность, осмелели, и в последний год жадность перевесила осторожность. Если бы они не зарвались, о хищениях вообще бы никогда не догадались. Колебания прибыли — вещь в общем-то закономерная для бизнеса, которым занимается “Галланд, Ланкастер и Дюпре”. Небольшие потери, случающиеся время от времени, вряд ли насторожили его до такой степени, чтобы заподозрить воровство.

Но почему именно в последний год столь резко возросли аппетиты жуликов? Только ли из-за жадности и безнаказанности? Или им потребовалось больше средств? Для чего? Этьен сказал, что сумма его гонорара была стабильной вне зависимости от того, сколько товаров было похищено. Может быть, увеличилось число тех, кому приходилось платить? Вряд ли. Хью не думал, что речь идет о слишком большой шайке. Судя по всему, хищениями, помимо Этьена и главаря, занимаются человек шесть, от силы восемь. В противном случае выигрыш организатора был бы слишком незначителен, чтобы рисковать.

Кто же этот главарь-организатор? Больше всего на эту роль подходит Ален Хассон. И дело отнюдь не только во мнении, которое сложилось об этом человеке у Хью. Неразборчивость Алена в связях и его беспринципность в выборе методов взыскания долгов были общеизвестны. Человеку, у которого, согласно слухам, хватало подлости терроризировать должников и устраивать жестокие нападения на них, ничего не стоит применить ту же тактику и для решения других своих проблем. Судя по всему, у него имеются необходимые для этого знакомства и среди обитателей городского дна. И вместе с тем все это еще не доказывает, что главой расхитителей является именно Ален.

А если организатор не он, то кто? Жан? Франсуа? Подозрение, что за махинациями в компании стоят родственники жены, уже давно мучило Хью. Как ни печально, но приходится признать, что именно ради безопасности своей семьи Микаэла могла согласиться заманить его в ловушку. А раз так, то она должна что-то знать и о кражах. Знает? Догадывается о чем-то? Хью скрипнул зубами. Что ж, когда он в следующий раз увидит свою очаровательную женушку, придется поговорить с ней откровенно. Приняв это решение, он заставил себя не думать о причастности Микаэлы к проблемам компании. Но милый образ жены еще несколько минут стоял перед его мысленным взором. Он видел ее темные зовущие глаза, милую, приветливую улыбку… Отгоняя наваждение, Хью потряс головой и обозвал себя мечтательным дураком. Да, теперь уже совершенно ясно — он любит Микаэлу. Но будь он проклят, если эта любовь может сделать его счастливым!

Когда Хью решил немного поспать, уже рассветало. Но и несколько часов сна немного освежили. Он быстро принял ванну, оделся и спустился на первый этаж. Узнав у Симпсона, что мистер Ланкастер во дворе, он распорядился подать завтрак туда же и направился к отчиму. Тот уже закончил завтракать и теперь потягивал кофе за железным столиком. Поприветствовав его и извинившись за свой не слишком бодрый вид, Хью сел напротив. Они говорили о пустяках, ожидая появления слуги. Симпсон поставил перед Хью раковый омлет, миску свежей клубники и залитое сахарной глазурью печенье. Добавив к этому кофейник с дымящимся ароматным кофе, он окинул придирчивым взглядом стол и удалился. Теперь можно было поговорить серьезно. Отдавая должное вкусной пище, Хью обстоятельно рассказал отчиму все, что узнал вчера вечером от Этьена. Времени это заняло довольно много, поскольку приходилось отвечать на многочисленные вопросы и разъяснять свою точку зрения. Затем они еще долго обсуждали нелегкую ситуацию, высказывая различные предположения относительно того, кто мог стоять за махинациями. При "том оба разгорячились и потратили немало времени на бесполезные споры.

Они даже не заметили, как просидели до двух часов дня. Остановиться заставила ужасная духота. Хью внимательно посмотрел на медленно плывущие в голубом небе мрачные облака.

— Похоже, что вскоре может начаться гроза, — сказал он. — Не уйти ли нам в дом? В любом случае там сейчас попрохладнее.

Они прошли в кабинет и продолжили беседу там. Теперь Джон захотел узнать как можно больше об Алене Хассоне. Хью постарался удовлетворить его любопытство. Когда он закончил свое повествование, отчим сидел, откинувшись на спинку стула, и задумчиво барабанил пальцами по колену.

— Не верю, что к этому причастен кто-то из семьи Дюпре, — произнес он. — С Жаном у нас в прошлом были свои счеты, но я всегда считал его честным человеком. Возможно, он не такой талантливый бизнесмен, каким себя считает, — улыбнулся Джон. — Но то, что он человек чести, я не сомневаюсь. А кроме того, он очень предан своей семье, а значит, вряд ли решится на что-то, что может нанести вред компании. Что касается молодого Франсуа… — Лицо отчима помрачнело. — Скажу откровенно, мне никогда не нравился его отец. Ты встречался с Рено? — спросил он.

— Да, — кивнул тот. — Однажды. Джаспер познакомил нас во время моей первой поездки в Новый Орлеан.

— И как? Понравился он тебе?

— Не особенно, — улыбнулся Хью. — Он держался со мной с высокомерной снисходительностью. И вообще, производил впечатление хладнокровного негодяя, одного из тех, к кому без особой надобности не стоит поворачиваться спиной, если не хочешь получить кинжал в спину.

— Да, этот портрет похож на Рено, — угрюмо согласился Джон. — И когда я вчера вечером увидел этого парня, я сразу подумал, что у него достаточно много отцовских черт.

Но и влияние матери в нем тоже очень заметно. Ты знаешь Франсуа лучше, чем я. Может он быть организатором махинаций?

— Сомневаюсь. Но полностью исключить его причастность не могу. Если на Хассона подозрения падают из-за его связей с преступным миром, то у Франсуа скорее всего есть финансовые проблемы. Его могли вовлечь в кражи примерно тем же способом, что и Этьена. Не секрет, что он тоже должен Хассону приличную сумму. Роль руководителя ему не очень подходит, исполнителя — возможно.