Дар - Джулия Гарвуд

Ее он увидел не сразу. Она, как кокон, укрылась под целой грудой одеял.

– Сара…

В его голосе прозвучала нескрываемая тревога. Поскольку она ему не ответила, он сдернул одеяла с ее лица.

От страха за нее его прошиб холодный пот. Лицо Сары было таким же белым, как простыни. Она снова натянула одеяла себе на голову.

– Сара, скажи ради Бога, в чем дело?

– Уходи, Натан, – прошептала она. Хотя голос ее был приглушен одеялами, он все же сумел расслышать. – Я плохо себя чувствую,

Она говорила так, словно была при смерти. Его беспокойство возросло еще больше.

– Что с тобой случилось? – довольно-резким голосом потребовал он ответа. – У тебя болит лицо? Черт, я так и знал, что все-таки мне следовало убить этого негодяя.

– Это не лицо, – всхлипнула Сара.

– Тогда что, у тебя жар? – Он снова сдернул с нее одеяла.

Она никак не могла объяснить ему своего состояния. Это было так стыдно. Она застонала и, повернувшись спиной, отодвинулась от него подальше. Она подтянула колени к животу и стала качаться на них, стараясь облегчить боль в спине.

– Я не желаю говорить об этом, – сказала она. – Я просто плохо себя чувствую. Прошу тебя, уходи.

Но он не собирался делать ничего подобного. Он положил ей руку на лоб: он был холодным и влажным.

– Это не жар, – объявил он с видимым облегчением. – Сара, я ведь не сделал тебе больно сегодня днем, нет? Я знаю, что был несколько грубоват, но…

– Ты не сделал мне больно, – выпалила она. Но это его не убедило.

– Ты уверена?

Его очевидное беспокойство согрело ей сердце.

– Я уверена. Не ты причина моей болезни, – добавила она. – Мне просто нужно сейчас побыть одной.

Новый спазм завладел всем ее существом. Она издала тихий стон и пробормотала:

– Позволь мне спокойно умереть…

– Черта с два позволю, – выругался он. Другая мрачная мысль повергла его в трепет. – Ты ничего не приготовила, когда была на камбузе? Из приготовленного тобой ничего не ела?

– Нет, это не расстройство желудка.

– Тогда что это, черт возьми?

– Я не… чистая.

Он не знал, какого черта это могло означать.

– Ты больна, потому что ты не чистая? Сара, это какая-то самая непонятная болезнь из тех, о которых когда-либо слышал. Тебе не станет лучше, если я попрошу приготовить для тебя ванну?

Ей захотелось заорать на него, но она знала, что такое усилие только усугубит ее состояние.

– Натан, это… женская болезнь, – прошептала ша.

– Что?

Господи, он хочет, чтобы она произнесла это ему по буквам.

– У меня месячные, – закричала она. – О, как больно! – всхлипнула Сара. – Иногда они протекают легче, иногда тяжелее.

– У тебя месячные…

– Это значит, что я не беременна, – выпалила она в то же мгновение. – Пожалуйста, теперь уходи. И если Бог действительно милостив, то через минуту-другую я умру… если не от боли, то от стыда, что ты заставляешь меня объяснять тебе мое состояние.

Узнав, что она страдала не от смертельно опасного заболевания, он прерывисто вздохнул, протянул руку, чтобы потрепать ее по плечу. Но тут же отдернул, не успев даже прикоснуться. Черт, он чувствовал себя неловким и к тому же не знал, что делать.

– Я могу чем-нибудь помочь тебе, чтобы облегчить твои страдания? – спросил он. – Ты чего-нибудь хочешь?

– Я хочу, чтобы мама была здесь, – пробормотала она. – Но это невозможно. Просто уходи, Натан. Ты ничем не сможешь мне помочь.

Она снова натянула одеяла поверх лица и жалобно застонала.

«Должно быть, Натан решил оставить меня в покое», – предположила она, услышав, как хлопнула дверь. Сара разразилась слезами. Как посмел он оставить ее, когда она была в агонии? Конечно, она солгала, сказав, что хочет, чтобы рядом была ее мать. Она хотела, чтобы рядом был Натан и чтобы он держал ее руку. Упрямцу следовало научиться читать ее мысли и понимать, что ей нужно.

Натан немедленно направился в каюту Норы и даже не удосужился постучать. Как только он распахнул дверь, сразу услышал рокочущий голос:

– Кто?

Натан чуть не засмеялся. Он узнал голос Мэтью. Моряк, несомненно, лежал с Норой в одной постели.

– Мне нужно поговорить с Норой, – объявил он. Тетка Сары в испуге проснулась. Она судорожно вздохнула и натянула одеяло до самого подбородка. Ее щеки полыхали не менее ярко, чем пламя свечи.

Натан подошел к краю постели, остановился, сцепив за спиной руки и уставившись в пол.

– Сара больна, – проговорил он, прежде чем Нора успела произнести хоть слово.

От этого заявления смущение Норы, вызванное тем, что ее застали в таком компрометирующем положении, сразу пропало.

– Я должна пойти к ней, – прошептала она и попыталась сесть. –

Вы не знаете, что с ней?

– А может быть, лучше мне взглянуть на нее? – с готовностью спросил Мэтью и уже почти сбросил одеяло.

Натан покачал головой и прочистил горло:

– Дело в том, что у нее… женская болезнь?

– Какая женская болезнь? – с искренним удивлением воскликнул Мэтью.

Нора все поняла. Она похлопала Мэтью по руке и посмотрела на Натана:

– Она очень страдает? Натан кивнул:

– Она ужасно страдает, мадам. А теперь скажите, что я могу сделать, чтобы помочь ей.

Норе показалось, что он говорит, как генерал на плацу, таким резким был его тон.

– Хороший глоток бренди иногда помогает, – посоветовала Нора. – Доброе слово тоже не помешает, Натан. Я помню, что всегда бывала очень раздражительна в это время.

– А больше я ничего не могу для нее сделать? – спросил Натан. – Боже мой, Нора, она так мучается. Я не могу этого допустить.

Огромным усилием воли Нора подавила улыбку. У Натана был такой свирепый вид, словно он собирался кого-то убить.

Вы не спрашивали у нее, что ей может помочь?

Она хочет, чтобы рядом была мать.

– Как бы это помогло? – поинтересовался Мэтью.

Нора ответила:

– Ей нужен муж, дорогой Натан, ей нужен кто-то, кто может утешить ее. Попробуйте погладить ей спину.

Поскольку Натан уже шагал к двери, Норе пришлось прокричать ему в спину последние слова.

Как только дверь за ним закрылась, она повернулась к Мэтью и спросила его:

– Как ты думаешь, он скажет Саре, что мы…

– Нет, любовь моя, он не обмолвится и словом, – произнес Мэтыо.

– Мне неприятно обманывать Сару, она вряд ли меня поймет, потому что видит все только в белом или черном цвете.

– Теперь молчи, – сказал Мэтью, успокаивая ее. Он поцеловал Нору и обнял ее. – С возрастом все изменится.

Нора не могла не согласиться. Она сменила тему разговора и прошептала:

– Натан, похоже, начинает заботиться о Саре, правда? Очень скоро он поймет, что любит ее.