Последний бой - Сергей Соболев

— Легко сказать, — хмыкнул Андрей. — Лично я пока не представляю, как мы сможем добыть эти самые бумаги. Мне вот намедни чуть руку не отрубили из-за этого вашего презента!

Сказав это, он скосил глаза на перстень с рубином, подаренный ему Захаржевским еще в Париже.

— Вообще-то странно, — задумчиво произнес он. — Вот вы, бизнеры, чудаки какие-то, ей-богу! Взять вот хоть эту историю с перстнями, с этой самой «вандомской коллекцией»! На кону стоят миллиарды долларов, афера задумана на самую широкую ногу. А тут какие-то цацки приплетены, причем за любую из них готовы платить огромные деньги. А если «нет», то мочат со страшной силой!

— Это самое «Братство трубы», или же, иначе, «Властелинов колец», возникло по одной, но вполне очевидной причине: люди, взявшиеся за осуществление столь глобального — и тщательно продуманного в деталях! — проекта, на самом деле, несмотря на давние деловые и даже дружеские связи, не слишком-то доверяли друг другу.

— Да, я это уже понял, — мрачно усмехнулся Бушмин.

— Они, эти люди, также должны были, с одной стороны, застраховать «риски» на случай «кидалова» со стороны кого-то из своих же, а с другой — постараться оставить в полном неведении о своих истинных планах тех людей из спецслужб, которые уже несколько последних лет «крышуют» компанию по линии «органов» и вроде как согласовывают интересы этого сектора нефтяного бизнеса и так называемых силовиков.

Бушмин, прикурив сигарету, с тем же мрачноватым видом покивал головой: «крыша» «Ространснефти» и вправду, судя по последним событиям, из числа самых крутых.

— Без оригиналов субарендных договоров и еще двух-трех документов, вывезенных контрагентами за рубеж, активы обеих «дочек», по правде говоря, не стоят почти ничего, — после паузы сказал Захаржевский. — Поэтому, Андрей, «вандомская коллекция», если уж совсем кратко, это ключ к банковскому сейфу, где хранится решение всех наших проблем.

Они рассчитались по счету: Жорж дал мулату сто «ойро», сдачи не потребовал, и парнишка долго еще провожал их взглядом, слегка приоткрыв рот, — после чего двинулись к набережной, до которой отсюда было рукой подать.

— Еще одна важная вещь, Георгий. Вам не кажется, что в нашем коллективе завелся «стукачок»?.. Вернее, он уже изначально состоял при вас.

— Вы очень умны, Андрей.

— Да к черту эти ваши комплименты! — слегка вспылил Бушмин. — Народ вокруг нас валят, как снопы! А вы все мой интеллект меряете — умный я или же дурак?! О наших передвижениях, как я уже успел убедиться, знают всё и заранее!! Или вы сами, Георгий, ведете двойную игру, сели на «измену», или кто-то, кто находится рядом — возможно, даже в вашей постели, — на вас и на меня тоже доносит! Потому что стоит что-то задумать, забить кому-то «стрелку», как нас опережают и выводят из игры нужного нам человечка!

— Я так и думал, что вы сами обо всем догадаетесь. — Жорж криво усмехнулся. — Моей нынешней без пяти минут «невесте» когда-то протежировал крупный отставной спецслужбист, двухзвездочный генерал, выходец с Лубянки...

Когда Захаржевский назвал фамилию этого человека, Бушмин удивленно, но в то же время понимающе покивал головой: личность, действительно, известная, он помогал становлению мощных охранных структур, трансформировавшихся впоследствии в службы безопасности крупнейших российских нефтяных концернов; и именно он, по некоторым сведениям — связи-то с Конторой сохранились, — стал инициатором создания одного из «спецотделов», призванного курировать по линии органов некоторые аспекты нефтегазового бизнеса.

— Ранее Саша состояла в довольно близких отношениях с Игорем Борткевичем, — с той же кривой усмешкой продолжил молодой банкир. — По слухам, едва не развела его с женой. Ну а потом, когда меня кооптировали в важнейшее финансово-кредитное учреждение «Ространснефти», Александра сделала все, чтобы мы с ней закрутили роман.

— Почему вы сразу не поставили меня об этом в известность?

— Игорь Борисович в курсе.

— Даже так? — проворчал под нос Бушмин. — Терпеть ненавижу, когда из меня делают идиота.

— С другой стороны, все получилось не так уж и плохо, — поспешил успокоить своего компаньона банкир. — Да, онизнают о каждом нашем шаге. Да, онив курсе наших планов (во всяком случае так они думают). Но нас, во-первых, покане трогают.

— А в Куршевеле, значит, была просто дружеская вечеринка?

— Нет, это отдельный случай... Так вот, ониполагают, что контролируют нас. А во-вторых, ониделают за нас нашу работу. Вернее, за вас, Андрей.

— Что вы имеете в виду?

— То, что онисобирают воедино «вандомскую коллекцию», — пожав плечами, сказал банкир. — Разве не понятно?

— То есть... — опешил Бушмин. — Убивают контрагентов и складывают в кубышку эти самые перстни, они же «ключи»?

— Именно так, как ни цинично это звучит.

Андрею понадобилось какое-то время, чтобы переварить все то, о чем ему поведал во время нынешней прогулки банкир Захаржевский. Они теперь шли по набережной «бухты миллионеров», лицом к мысу Антиб. Чуть дальше и справа от них, чуть раскачиваемые слабой волной, густо усеяли водную поверхность разнокалиберные яхты, лодки и катера. По эспланаде прогуливалось довольно много народу. В какой-то момент Андрею показалось, что он увидел среди туристов и отдыхающих рослую красавицу-брюнетку, поразительно смахивающую на Федора. Но он не успел толком рассмотреть эту молодую женщину или же девушку: она затерялась среди фланирующей по набережной публики... «Померещилось, — подумал он. — Федор наверняка уже в Париже, где нет недостатка в богатых клиентах».

— Георгий?

— Да, Андрей.

— Вся «вандомская коллекция», как я понимаю, состоит из шести изделий.

— Да, это так. Эксклюзивная работа, сделанная по заказу известнейшим парижским ювелиром. Нет, не тем, кто сделал вашперстень. Он, как вы уже сами догадались...

— Понял, не дурак, — перебил его Бушмин. — Ну, так сколько у нас имеется в наличии этих самых перстней? Настоящих, имеется в виду, а не подделок?

— Один, — спокойно сказал Захаржевский. — У вас на пальце — его точная копия, но без клейма мастера.

— А нужно добыть все шесть?

— Да, желательно, чтобы избежать излишней канители, — кивнул Жорж. — Кстати... Вы, наверное, заметили, что, когда мы обедали в «Тету», мне прозвонили на сотовый?

— Конечно. Вы еще обменялись с кем-то несколькими фразами на французском. Кстати, в этот момент, как мне показалось, Саша вовсю напрягла свои прелестные ушки.

— Верно, — усмехнулся Жорж. — Как вы уже заметили, Саша довольно бегло говорит по-французски. Так вот, есть новости. Не зря я все же так обильно зарядил своих местных информаторов...

— Выкладывайте!

— Еще позавчера, когда мы приехали в Куршевель, мне позвонили из Испании, из города Марбельи.

— Там, кажется, находится одна из резиденций Борткевича? — задумчиво произнес Бушмин.

— Приятно иметь под рукой такого сообразительного партнера, — усмехнулся Захаржевский. — Так вот, утром в субботу Марбелью покинула яхта с тремя пассажирами на борту. «Круизер» типа «Сквадрон»... Понимаете, к чему я клоню?

— Догадываюсь.

— Сегодня утром яхта ненадолго пришвартовалась в Монако. Вот оттуда-то мне и звонили. На борт, как меня проинформировали, поднялись двое мужчин, причем один из них, Андрей, поразительно напоминает своей внешностью одного человека, которого вы могли видеть сравнительно недавно. И на чьей руке, я полагаю, вы видели один из перстней «вандомской коллекции».

— Пропащая душа объявилась?! — не без изумления произнес Бушмин. — Голубев?

— Похоже, что он.

Они невольно посмотрели в ту сторону, где находился вход в «бухту миллионеров».

— Вы еще в минувший вторник это знали? — посмотрев на банкира, спросил Андрей. — Помнится, вы говорили, что торг, скорее всего, произойдет или в каком-то антибском шале, или же на борту морской яхты.

— Как видите сами, Андрей, они думают, что целиком контролируют нас, а события тем не менее развиваются планово.

«Успеет ли Рейндж подтянуться? — с тревогой подумал Бушмин. — Хорошо, что еще Подомацкий вскрыл тайник... Там есть все, что нужно».

— Значит, так, Георгий, — сказал он, обмозговав ситуацию. — Если господа Борткевич и — предположительно — Голубев попытаются забить вам...

— Нам, — уточнил Захаржевский.

— "Стрелку" на своей яхте...

— То? — Жорж бросил на него вопросительный и в то же время пристально-изучающий взгляд. — То что мне им на это сказать?

— Соглашайтесь, — после небольшой паузы сказал Бушмин. — Но при условии, что яхта будет стоять у причала либо — этот момент, если возникнет такой вот вариант, оговорите оч-чень жестко — не должна выходить за пределы здешней бухты! И еще...