Убежденный холостяк - Данелла Хармон

Эндрю многозначительно ухмыльнулся и легко поднял ее на руки.

— Дорогая жена, твои желания — закон для меня.

Глава 28

— Необходимо запатентовать его, причем немедленно. Мы представим его в Королевском научном обществе. Мы должны устроить роскошный бал и пригласить всех нужных людей, продемонстрировать твое устройство и доказать, что недопустимо использовать несчастных собак на кухне!

Эндрю, несший Челси на руках, молча улыбался.

— Думаю расширить псарню, чтобы было куда поселить собак, которые высвободятся после применения нового вертела. Хорошо бы еще напечатать плакаты, извещающие публику. Кстати, Эндрю, надо сделать еще один вертел в подарок королю, потому что если уж он станет применять его, то и вся Англия последует его примеру.

— Да, Челси.

— О Эндрю, ты пропустил спальню. Вернись на несколько шагов.

Эндрю послушно попятился, потом вошел в комнату и ногой захлопнул за собой дверь.

— Мы должны сейчас же этим заняться. Нужно устроить турне по Англии. А лучше по всей Европе, чтобы и там тоже…

Челси не успела закончить свою тираду, так как Эндрю запечатал ей губы поцелуем. Его язык проник ей в рот, она щекой чувствовала его горячее дыхание. Эндрю положил ее на кровать. Она утонула в толстом покрывале, закрыла глаза и вдруг ощутила, что ее затылку что-то мешает. Челси повернула голову и обнаружила, что это лапа. В кровати лежал Пятнистый.

— Эндрю, мы не можем устроиться здесь. Пятнистый будет смотреть.

— Он закроет глаза.

— Послушай…

Эндрю подхватил ее на руки и перенес на обитую красным дамасским шелком кушетку с гнутыми ножками. Кушетка была узкой, и Челси опустила одну ногу вниз, поставив ее на ковер. Юбки пенистой массой из кружев и тонкой шерсти свесились на пол.

Челси чувствовала, что Эндрю не терпится овладеть ею. Его пальцы дрожали, когда он расстегивал ей платье, одновременно целуя в шею. Наконец он обнажил ее грудь и дотронулся рукой до нежной кожи, горящей от вожделения.

— Проклятие, как же я все это ненавижу, — проговорил он. — Ну почему красоту надо прятать в такую страшную клетку!

Эндрю никак не мог добраться до нижней части ее тела, поэтому он оперся коленом о кушетку и проник рукой под юбку.

— Боже мой, да у тебя там бриджи!

— Но я ведь ехала в мужском седле. Ты же не хочешь, чтобы я стерла бедра в кровь?

— Последний раз, когда я видел тебя в бриджах…

— Глубоко врезался тебе в память. Вперед, Эндрю. Будем создавать новые памятные моменты. Только, пожалуйста, не раздевай меня полностью: здесь холодно.

— Мы быстренько, — пообещал он.

Челси расстегнула бриджи и выгнулась, предлагая Эндрю снять их. Что он и сделал, а потом швырнул их на пол.

Обнаружив то, до чего так долго добирался, — чулки, подвязки и обнаженные бедра, — он довольно улыбнулся. Челси страшно нравилось, когда Эндрю так улыбался. А еще ей нравилось, как он гладит ее голень, обтянутую чулком. Затем его рука двинулась выше, к колену, где стала сражаться с подвязкой. Эндрю вышел из этого сражения побежденным и, чертыхнувшись, спустил подвязку вместе с чулком.

— Неужели именно так мужчина выражает свой восторг, а? — с иронией осведомилась Челси, наслаждаясь каждым моментом.

— Так мужчина выражает свое нетерпение.

Рука Эндрю переместилась еще выше. Теперь он гладил ее бедра с внутренней стороны, а пальцы проверяли… проверяли… и удостоверились. В том, что она уже готова принять его. В том, что она тоже сгорает от страсти.

— Боже, — хрипло произнес Эндрю и решительно задрал ей юбки. Осеннее солнце осветило ее обнаженный живот и ноги, одна из которых все еще была в чулке.

Эндрю молча любовался ею, и под его взглядом Челси почувствовала себя незащищенной, распутной, бесстыдной. Затем он посмотрел ей в лицо, и в его глазах она увидела огонь желания, такой жаркий, что он прожигал ее насквозь.

— Проклятие, — с коротким смешком проговорил Эндрю.

— Проклятие?

— Как я смогу находить время и желание для занятий наукой, если ты будешь постоянно искушать меня?

— Тогда тебе придется потренироваться в сдержанности, — улыбнулась ему Челси. — Хотя я очень надеюсь, что ты не будешь этого делать.

— Естественно, не буду. Господи, клянусь, ты меня погубишь.

Челси хихикнула.

— Эндрю, а где возбудитель? Кажется, мы собирались еще раз испытать его?

— Не знаю… да какая разница.

— О, прими его. Прими, и посмотрим, как он подействует.

Эндрю порылся в карманах своего пальто и достал крохотный пузырек. Челси, лежавшая на фоне красного шелка в кружеве нижних юбок, являла собой чрезвычайно соблазнительное зрелище. Она чувствовала, как учащается биение ее сердца, а по телу волнами проходит вожделение, как между бедер усиливается сладостное ощущение муки. Она трепетала от страсти.

Эндрю присел на кушетку и, гладя ей ноги, поднял пузырек так, чтобы на него падал свет.

— На ком будем испытывать — на тебе или на мне? — спросил он, внимательно разглядывая содержимое пузырька.

— Решай сам.

— Ладно.

Он еще шире раздвинул ей ноги.

— Эндрю, ты разорвешь меня пополам, — задыхаясь, проговорила Челси.

— Я хочу видеть тебя. Всю. — Эндрю то перебирал шелковистые волосы внизу ее живота, то гладил между ног и при этом смотрел, что делают его пальцы. Каждая клеточка ее тела восторженно отзывалась на его прикосновения. — А еще я хочу увидеть, что произойдет, когда я капну сюда, между этих очаровательных розовых складочек, и смажу этот бугорок.

Челси застонала, предвкушая наслаждение. Мысли о том, что Эндрю нанесет свой чудодейственный эликсир на самые интимные части ее тела, было достаточно, чтобы еще сильнее возбудить ее.

— Ну что ж, действуй, — проговорила она и закинула руку за голову.

Эндрю принялся медленно отвинчивать крышку. Челси кожей чувствовала холодный воздух… он овевал ее обнаженные бедра… скользил по коленкам… пробирался между ног. Она задрожала.

— Тебе холодно?

— Нет, просто не могу дождаться, когда ты будешь во мне. Эндрю прижал палец к горлышку пузырька, перевернул его сначала вниз, потом вверх и вытянул руку. На подушечке пальца сверкала капля возбудителя. Пристально глядя в глаза Челси, он провел пальцем по ее влажному лону. Она затрепетала.

— Чувствуешь что-нибудь? — спросил он.

— Пока только твой палец. Но и этого достаточно.

Эндрю улыбнулся. Он снова смочил палец возбудителем, потом мучительно медленно провел им по набухшему бугорку, а затем надавил на него.

Челси застонала и закусила губу. Эндрю надавил на бугорок сильнее.

— А сейчас что-нибудь чувствуешь? — хрипло проговорил он.