Башня над пропастью - Ян Ирвин

— Держитесь крепче! — приказал он.

Команда принялась грести пуще прежнего, парус с треском наполнился ветром. Они подплывали к волнам, бьющимся о внутренний край скалистой площадки. Ближе, ближе. Лилиса вскрикнула. Сейчас их разобьет о скалы. Штормовой ветер сильно подтолкнул их сзади, и на очередной волне они влетели прямо в Щель.

Таллия напрягла сознание, выпуская на волю созданную иллюзию. Ей казалось, что ее голова сейчас разлетится на куски. Вдруг весь мир заволокло туманом, и бушующее море расплылось. Пендер дернулся, вид у него был безумный. Железные пальцы Таллии впились ему в руку.

— Оно такое, каким ты его знаешь, — сказала она ему на ухо.

Бот прошел совсем близко от утеса, и сильный ветер, хозяйничающий в Щели, гнал его все быстрее. Беглецам вслед неслась целая стая стрел, ударяясь о Скалу высоко над их головами. Таллия бросила взгляд через плечо. Галеры уже поворачивали в их направлении — они были на расстоянии менее ста пядей.

Бот приблизился к первому рифу, нырнул к подошве волны; справа от них возвышался утес, слева из белой пены вздымались черные скалы, похожие на зубы. Таллия упала на дно бота, и иллюзия на секунду потускнела — вокруг снова бушевали волны. Иллюзия восстановилась, когда бот завертело в водовороте, и волны тащили его в одну сторону, а прилив — в другую. Водоворот швырнул суденышко беглецов в сторону, накренив, и волна пронесла его мимо второго рифа в относительное спокойствие лагуны. Пендер со своей командой и пассажирами приближались к невидимой Щели внешнего рифа.

— Молитесь! — громовым голосом закричал Пендер. Позади них три галеры приближались к первому каналу. Две другие исчезли из виду.

— Пригнитесь, они стреляют! — воскликнул Оссейон, который снова вел наблюдение.

Беглецы пригнулись, и снова посыпался град стрел. Одна попала в парус. Первая галера неприятеля попыталась пройти там, где благополучно пролетели они, но из-за большого размера судна команде пришлось идти дальше от утеса. Галера налетела на скрытые скалы, в воздух взметнулись весла и щепки, и вопящих моряков поглотило бурное море.

Иллюзия Таллии исчезла. Вторая галера, капитан которой рассчитывал обойти первую, также разбилась о риф: у нее отлетело днище. Она затонула в считанные секунды. Третья завертелась на веслах, отчаянно пытаясь избежать участи первых двух галер и отойти в сторону, но ветер, бушевавший в Щели, как в дымоходе, и прилив затащили ее в Щель боком. Нос врезался в утес, а корма — в риф, она раскололась пополам и исчезла под водой. Одинокое весло все кружилось в водовороте, потом утес заслонил эту сцену от глаз беглецов.

— Вон там, — закричал Пендер, — видите ее — это Щелка! — Это было то самое место, где он ребенком проводил свою шлюпку. Впереди вздымались большие волны. Бот подняло на гребень одной из них, потом он снова начал скользить вниз. Из воды показался внешний риф, бот несло прямо на него. Пендер возился с румпелем и снастями. Вдруг он закричал: — О нет!

Огромная волна с ревом накатила на риф, норовя швырнуть их вбок, прямо на скалу. Пендер рванул канат, выпуская немного ветра из паруса, и снова повернул румпель. Казалось, море засосет их, с обеих сторон возвышались скалы, бот начал снова подниматься — и вот они уже проскочили сквозь Щелку!

Но не совсем! С толчком, от которого все они повалились на дно бота, киль ударился о скалу. Древесина застонала. Бот завертелся на волне, нос обдало пеной. Бот неминуемо должен был пойти на дно, но тут нос подпрыгнул вверх, и ветер надул парус. Волны погнали бот вперед и вынесли его под укрытие Скалы Шэга.

Они медленно двинулись на север, вычерпывая изо всех сил воду.

— Это еще не все, — сказал Пендер, когда они снизили уровень воды в боте и сложили разбросанные вещи. — Думаю, мы потеряли часть киля, хотя в последний момент бот поднялся, и мы сохранили руль. Керт, возьми румпель — я взгляну на пробоину. Эй, ты, пойди сюда.

Моряк без имени, к которому Пендер обращался только «Эй, ты», склонился над трещиной в досках. Это был необычайно уродливый человек с пустой глазницей и обрубком уха. Он много смеялся, обнажая при этом большие желтые зубы, но никогда не говорил: у него был отрезан язык.

— Доски сильно потрескались, — сказал Пендер, выпрямляясь. — Здесь я мало что могу с ними сделать. Но одну пробоину все же придется заштопать. Теперь мой бот будет называться «Хромой гусь», да!

Прихватив инструменты и горшочек со смолой, Пендер взялся за работу, и через полчаса ремонт был закончен. Стоило им выйти из-под защиты Скалы Шэга, они снова почувствовали сильный ветер. Пендер выпрямился и, вытерев руки, сказал:

— Так не пойдет. Нам нужно найти другой бот, и поскорее. Разумеется, за ваш счет.

— Конечно, — согласился Мендарк, слишком потрясенный, чтобы спорить. — Как ты думаешь, где его можно купить?

— Скорее всего в Ганпорте, а это больше сорока лиг отсюда. Теперь, когда «Гусь» еле тащится, на путь туда уйдет чуть не целый день, даже если будет попутный ветер. Беда в том, что он вряд ли туда дотянет.

— А что с ним такое? — заинтересовалась Лилиса.

— Мы слишком сильно ударялись. Каждый раз, как в борт ударяет волна… вот так — она еще немного расшатывает доски. Бедный старый «Гусь» разваливается на куски, дитя.

— Видимо, нам все-таки придется поплавать, — вмешался в беседу Оссейон.

— Но не так, как тем, что плыли за нами, надеюсь, — сказала Таллия. — На каждой из этих галер было по крайней мере с дюжину людей.

— Они все утопли? — спросила Лилиса.

— Утопли! — повторил Пендер, улыбаясь. — Вероятно, нет. Те, кого вынесло в лагуну, легко могли выбраться на площадку у Скалы. Да и помощь близко. Посмотрите, маяк снова сигналит!

— Они сигналят Иггуру, — сказал Мендарк. — Мы еще не в безопасности.

— Да, — согласился Пендер, — но у нас в запасе несколько часов.

— Ну, я немного вздремну, если пока не нужно вычерпывать воду, — сказала Таллия. — Я совсем не спала в прошлую ночь.

— Сейчас хватит и одного человека, — разрешил Пендер. — Пожалуй, поставлю большой парус. По крайней мере на маяке будут знать, что у нас все в порядке.

На воде, покрытой белыми барашками, не было видно других судов. Подул южный ветер, принеся мокрый снег. Бот скользил по волнам, и наконец огонек, все еще мигавший на башне, скрыла пелена снега. Тогда они снова заменили парус на меньший.

Пассажиры собрались под брезентом. Насквозь промокшие, они осматривали свои ушибы и порезы — теперь волнения остались позади.

— Мне жаль, что иллюзия не продлилась дольше, — сказала Таллия. — Я не смогла удержать ее. У меня раскалывалась голова.