Г.Р.О.М. 3 - Никита Киров

— Зря я пил, — он с трудом достал из кармана упаковку «капотена».

— Д-давление? — с участием спросил Костя Левитан.

— Бывает, — прохрипел Якимов и поднял пьяный взгляд на парня. — А у тебя чё, есть вышка, нет? Ты это, заходи завтра, я тебя устрою куда-нибудь осенью. На красный диплом тебя выведу.

— За-замётано, — отозвался Левитан с усмешкой.

Кажется, ректор университета спутал его с кем-то.

Теперь работа. Костя нарочито тяжко выдохнул и снова повернулся к сидящему рядом с ним седому человеку.

— Досталось вам тогда, — всё давил Веселовский, вцепившись в него, как клещ. — Я же про вас узнавал, господин Лёвушкин. Служба в спецназе, медаль за отвагу, и даже к ордену представляли, да потерялась где-то награда герою. И боевые не платят.

Веселовский сидел, а рядом с ним стоял плечистый мужик с бритой наголо макушкой и с пышной чёрной бородой, в которой была видна седина. Это один из тех, кто был тогда в заброшенном кафе во время разборки, похоже — кавказец. А дальше сидел ещё один, кто-то из людей Шаха, с кем Веселовский должен был здесь встретиться. Ждал в нетерпении, ему не нравилось, что седой приезжий переключился на другого.

Костя глянул на стол, где шла игра, и подумал, как этой ситуацией воспользовался бы Лёха Коршунов. Тот бы обязательно как-нибудь схитрил. Но раз он сам поставил сюда самого Костю, значит, уверен, что он и сам справится.

— Они в Миноб-б-бороны записали, что я… что я… — Левитан сглотнул, — что я сд-дох, и н-не-не п-платят. Разбираться н-надо, н-но это д-д-долго.

Он заикался сильнее, чем обычно, но это специально, чтобы немного расслабить, показать слабость. А хитрый КГБшник внимательно изучал его взглядом.

— Не ценят, — Веселовский покачал головой. — А в ЧОПе кем тебя взяли? Простым техником? А на деле — чемоданы за шефом таскать?

— А к-куда ещё-то идти? — Костя постучал по правой линзе тёмных очков, которые носил на себе. — С т-таким н-никуда н-не возьмут. Инвалидность б-была, платили к-копейки к-какие-то, но п-перестали. Надо снова на к-комиссию идти, п-п-показывать, г-глаз не вырос н-новый, — он засмеялся, громче, чем нужно, и снова покосился на игорный стол.

Игра шла по плану — полный разгром и потеря денег. Но и Веселовский смотрел туда всё чаще, и взгляд его горел. Хотелось ему туда, показать, как надо играть.

— Зачем тебе это? — произнёс он. — Зачем тебе эти люди, которые не понимают, какие спецы пропадают впустую. Тебе другое нужно место, где тебя ценить будут. Не в твоей конторке точно.

— И к-куда?

— Давай обсудим, пока хозяину не до тебя. Они там играют? — безопасник посмотрел на стол. — Может, партеечку…

— Шеф, — с лёгким акцентом сказал охранник. — Ты же сам просил напоминать, если за стол потянет. Не надо.

— Точно. Но возраст это, что поделать, Ибрагим, забываю, — Веселовский усмехнулся. — Да и я давно уже не играю, сам знаешь. А вот что до тебя, Константин Евгеньевич, я бы предложил тебе конкретику — место, где тебя будут оценивать по твоим талантам. Раз ты из спецназа…

— К-к себе зовёшь, — голос Кости стал злее. Он покосился на охранника. — С ним работать? Я с чехами работать н-не с-собираюсь!

— Ты где чеха увидел? — Ибрагим шагнул вперёд, сжимая кулаки. — У тебя чё, и второй глаз не видит нихрена…

— Вякнешь — я тебе т-твой глаз н-на жопу натяну, — Левитан начал вставать.

— Выйди! — резко приказал Веселовский охраннику, который резко покраснел от злости. — Тише, Константин Евгеньевич, у нас тут…

— Но я… — начал было охранник.

— Выйди, — уже спокойнее проговорил безопасник. — На улице покури, машину посторожи, я скоро вернусь.

Охранник неодобрительно покачал головой, а Костя порадовался про себя. Как удачно вышло и ненавязчиво: избавился от охранника, не ломая легенду. Пацаны заценят. А Веселовский повернулся к тому парню из людей Шаха и что-то прошептал. Тот нахмурился и вышел. Минус два.

— Слушай, он лезгин, а не чечен, — тихо проговорил Веселовский. — И не любит, когда его так называют. Да и у него много претензий к дудаевцам накопилось, на самом деле. Но с ним тебе работать не нужно, у него другой профиль. У тебя будут свои задачи, вот только решить надо сейчас.

Он начал описывать, какие блага несёт работа на банк и лично на него. И про деньги говорил много и часто. Надо только сделать кое-что, подыграть, никто ничего не поймёт.

— В Москву возьму, — предложил Веселовский. — Вот там ты развернёшься. И спецов, что речь восстановили, найдём.

Костя делал вид, что внимательно и заинтересованно слушал.

* * *

Вскрыли карты. У Атамана оказалось два туза, а банкира — два короля. Атаман, довольно посмеиваясь, пододвинул фишки к себе.

— Вот это я понимаю — подгон, — он засмеялся.

А вот коммерсант Сом, который пытался блефовать, но проиграл, начал торопливо собираться, когда ему пришло сообщение на пейджер.

— Да какая-то падла кирпич в автосалон кинула, — пояснил он, застёгивая пиджак. — Погнал смотреть. Если витрину разбили…

— А ты за крышу не тем платишь, Сомик, — Атаман заржал. — Я же тебе говорил, с кем надо связываться. Но если чё — мои цифры есть. И тогда ни одна падла в твой салон и не посмотрит.

— Помню-помню, — коммерс замахал руками и торопливо пошёл на выход, иногда с тревогой оборачиваясь на Атамана, будто это он приказал кинуть кирпич…

Работала вся наша команда. Несколько человек здесь, а несколько снаружи. Вот они уже вывели из игры одного из участников, и никто даже ничего не заподозрил.

Денчик вёл партию, я всё равно особо в покере не соображал, так только, общие правила знал. Вместо игры я следил, как Костя ведёт беседу с Веселовским. Слова не слышал, но по виду Левитана понимал, что у него всё отлично.

И я отметил, как он спровоцировал охранника, и безопасник выгнал его на улицу. Круто вышло, но теперь надо ему немного помочь Косте.

— Э-э! — рявкнул я. — Чё-нибудь выпить притащи! Чё там телишься!

Левитан сыграл раздражение так, что я даже поверил. Он что-то сказал бармену и притащил поднос с рюмкой коньяка так, будто