Полет дракона - Владимир Ковтун

Ты открыл для нас удивительные миры, Чжан-цянь. И дело, которое ты сделал, прославит твое имя! Я щедро награжу тебя. Но превыше всех наград будет твое бессмертие в памяти людей{62}!

Главный Советник вернулся домой, приказал немедленно отыскать Ян-ши и привести к нему. В ожидании верного слуги он ходил по комнате, стараясь успокоить взволнованно летящие мысли. «Неужели свершилось? - Стучала в висках одна и та же мысль.

Ян-ши явился довольно быстро.

- Ты звал меня, светлейший?

Да. Ты помнишь южанина, который приходил ко мне три луны назад? Он судья в округе Сыпин. Необходимо срочно отвезти ему письмо.

Как быстро?

Надо выехать завтра утром.

- Завтра утром я выеду.

ИМПЕРАТОР

Возвращение Чжан-цяня, и привезенные им вести произвели в сознании Императора глубокие и необратимые потрясения. О Западных Землях и раньше ходило немало слухов. Время от времени на границах Поднебесной Империи появлялись необычного облика люди, и рассказывали всякого рода небылицы. Кое-кто из них даже принимал участие в возведении Великой Стены, проявляя недюжинные знания и смекалку. Изредка, с караванами забредали в земли Юэчжи и люди хань-жэнь.

Но сведения, которые от них поступали, были настолько противоречивы и разрозненны, что еще больше убеждали жителей Срединной Империи в уникальности их государственного образования.

И только дальние странствия Чжан-цяня предоставили жителям Поднебесной возможность осознать ошеломляющую для них истину: они не одни на этой прекрасной и удивительной земле.

Надо сказать, что высокое образование было вовсе не редкостью во времена Империи Хань. Именно в этот период в стране сложилось сословие образованных людей, получившее название ши. Хранители знаний и древней культуры страны, они наравне с аристократами пользовались целым рядом привилегий: освобождением от трудовой повинности, и некоторых уголовных наказаний. Среди них были глубокие философы и яркие поэты, тонкие интеллектуалы, чиновники и духовные учителя. Многие из них за заслуги перед страной и троном возводились в аристократический сан.

Открытие дальних миров не могло не овладеть умами интеллектуальной элиты Империи Хань. Помимо выявления новых глубин мироздания и интереса к другим формам человеческого бытия, возникала необходимость решения ряда практических задач – торговых, военных и дипломатических. Оживились и купеческие слои населения, уже наслышанные о необыкновенной ценности ханьских товаров в далеких западных странах.

Сын Неба находился на острие взбудораживших всю страну новостей. После долгих и обстоятельных бесед с путешественником стала вырисовываться достаточно ясная картина сделанных им географических открытий. Мощные и высокоразвитые государства Дацинь (Древний Рим), Хорезм и Аньси (Парфия) располагались, примерно, в пятнадцати тысячах ли от империи Хань. На пути к ним лежало несколько небольших царств, страшные пустыни, труднопроходимые горные массивы и множество мелких городов, с разношерстным населением. Большая часть пути проходила через места обитания диких кочевых племен.

Следовательно, для создания постоянно действующего торгового пути надо было построить целую цепь хорошо укрепленных крепостей.

У-ди был человеком дела. Силой увеличив Империю Хань еще на несколько царств, располагавшихся на территории современного Китая, он в 115 году до н.э., то есть, спустя одиннадцать лет после возвращения Чжан-цяня, отправил его с еще одним посольством. На сей раз в долину Или (Казахстан, район озера Балхаш), к усуням (кочевникам, принадлежащим к киргизской ветви) – заклятым врагам хунну. Император хотел договориться с ними о совместных действиях против общего врага. Великий путешественник с отрядом воинов снова двинулся на Запад. Надо сказать, что усуни встретили Чжан-цяня очень приветливо, но выступать против могущественных хунну отказались.

Примерно в это же время другое посольство отправилось в Даюань{63} для закупки великолепных лошадей, которые так поразили воображение ханьцев после первого путешествия Чжан-цяня.

Однако и эта миссия потерпела неудачу. Даюаньцы не согласились продать китайскому посланнику Че Лину даже нескольких коней. Потратив массу времени на бесплодные уговоры, посланник захватил коней силой, после чего отправился восвояси. Правитель Даюани послал солдат, которые устроили засаду, убили посла и его свиту, а лошадей вернули обратно. Не очень доверяя рассказам китайцев о мощи империи Хань, даюаньцы полагали, что таким образом навсегда избавились от назойливых покупателей.

Но не таков был У-ди, чтобы прощать убийство своего посла. Для приведения Даюани к покорности он отправил шеститысячную армию во главе с полководцем Ли Гуан-ли. Путь длиной в две тысячи миль оказался настолько тяжелым, а снабжение воинов продовольствием настолько непродуманным, что до места назначения дошла лишь часть армии, измотанная и полуголодная. Как и следовало ожидать, поход закончился полным разгромом Ли Гуан-ли. На родину вернулась лишь пятая часть армии.

У-ди пришел в ярость. Высший Совет рекомендовал ему оставить даюаньскую затею, но Император был непреклонен. Поразмыслив, он решил простить Ли Гуан-ли

(потерпевшего поражение полководца, как правило, казнили), и предоставить ему еще одну возможность для покорения Даюани. По специальному указу Императора началась подготовка к походу поистине планетарного масштаба. Учитывались все промахи и недочеты предыдущей кампании. Особое внимание уделялось необходимости парализовать хунну, которые могли сильно повредить военной экспедиции, и свести на нет все колоссальные усилия и затраты Империи Хань.

У-ди беспокоила еще одна тайна: загадочная страна Шеньду (Индия). По рассказам Чжан-цяня она располагалась где-то на юге. Император уже дважды отправлял отряды людей через Юньнань (юго-западная провинция современного Китая) на поиски таинственной Шеньду, но никто из посланцев так и не вернулся. У-ди не знал, что местность, расположенная между Юньнанью и современной Мьянмой (до 1989 года – Бирма) одна из самых труднопроходимых в мире, да еще и населенная в те времена свирепыми дикарями.

В этот день Большой Государственный Совет собрался для того, чтобы обсудить детали очередного похода на Запад. Даже видавших виды министров поразил масштаб задуманной Императором операции.

Под командование полководца Ли Гуан-ли передавалась 60-тысячная армия конных и пеших воинов.