Сёгун - Grimnir Grugnisson

время к стилю друг друга. Столь необычное завершение концерта наградило игрока чертой «синергия противоположностей», которая снижала нетерпимость между разными расами в его подчинении.

Веселье набирало обороты. Грохот кружек прекрасно заменял грохот барабанов, а тосты песни, ушедших отдыхать за столами музыкантов. Бродяга не смотря на фильтры чувствовал себя в уже хорошем подпитии и поднялся, произнести свой тост.

— Я поднимаю эту чашу за Бьярни Ищущего Смерть, — провозгласил Бродяга, — Он достойный союзник и, в зависимости от того, как пройдёт завтрашний бой, станет или достойным противником в поединке и его воины будут в дальнейшем моими гостями, или достойным врагом на долгое время, с чьими воинами мои бойцы будут иметь честь скрестить оружие. В любом случае мы не будем в обиде. Чем сильнее враг, тем больше чести в победе над ним. Чем сильнее друг, тем больше врагов мы сможем уничтожить вместе с ним. Что и доказали!

Этот немного скомканный тост все поддержали с огромным энтузиазмом. Сам Бьярни пустил скромную скромную слезу умиление и заявил что таким зятем он будет гордиться из Вальгаллы, если завтра всё пройдёт как нужно. Последнюю фразу игрок не понял, в голове слишком сильно шумело от выпитого. Остаток вечера он не запомнил, вино пусть и нереальное затуманило голову. Смутно помнил как в дальнейшем поддерживал тосты и произносил их. Смутно помнил как на спор с кем-то бился лоб в лоб, буквально, и даже смог победить. Помнил ощущение, что как кого-то носил на руках. А потом была темнота.

В себя он пришёл лишь когда открылась крышка капсулы, настроенное на автоматическое отключение. Даже после выхода в реальный мир он некоторое время ощущал последствия опьянение. Снилось ему что-то очень эротичное, так что утром первым делом он полез в холодный душ, чтобы прийти в себя, а заодно смыть остатки виртуального похмелья.

* * *

Первое что он ощутил после загрузки это возвращение похмелья. Болела голова, во рту был неприятный привкус, а тело будто бы налилось тяжестью. Приоткрыв веки Кенишин понял, что последнее относилась к похмелью опосредовано. На нем лежали три обнажённых женских тела. К снежным девам, которых в глубине души игрок даже ожидал увидеть, присоединилась Ива, посапывающая на груди, пока Йоко и Юки пристроились с боков, навалившись на плечи. Судя по следам он нарушил своё обещание Иве и по количеству сделал это не один раз и не только с гейшей. Аватар видимо даже без игрока реагировал на раздражители. Кенишин конечно подозревал, что юки-онна пользуются этим, но делал вид что ничего не замечает. Сейчас стоило сделать также.

Пошевелившись Бродяга разбудил девушек. Не обращая внимания на краснеющую Иву и сконфуженный вид снежных дев держа каменную физиономию он оделся и вышел из спальни. За общим завтраком все усиленно делали вид что ничего не произошло. После лёгкого перекуса Кенишин направился на площадь, где викинги и чимы приходили в себя после грандиозной пьянки. За большим столом сидел до отвращения бодрый Бьярни, с удовольствием уплетающий большую миску риса с целой курицей вприкуску. Рядом со своим предводителем собрались приближённые, менее бодрые и поправляющие здоровье новыми порциями алкоголя.

— А! Сильномогучий сёгун! — поприветствовал игрока ярл взмахивая полуобглоданной куриной ножкой.

— И тебе привет, — со вздохом опустился на оперативно предоставленный рядом с викингом стул игрок.

— Вчера ты заслужил уважение моё и моих воинов, — продолжил ярл.

Кенишин быстро просмотрел вчерашние оповещения и заметил повышение отношений с расой викинг и известности. Он даже не стал пытаться выяснять причину этого и просто принял к сведению. Кивнув он присоединился к завтраку, но только попивая чай, принесённый одной из служанок.

Наконец Бьярни утолил голод и они приступили к обсуждению поединка. Сам бой назначили на час после полудня. В бою можно было использовать всё, что поединщики сочтут нужным. До боя можно было использовать ритуалы и алхимию. Сам поединок будет продолжаться до последнего, добить упавшего врага не только можно, но и нужно.

— Что ж сёгун, — отвалился на спинку заскрипевшего от нагрузки стула Бьярни, — позволь представить тебе награду за победу.

По его взмаху рукой к собеседникам подошла дева-воительница.

— Это моё сокровище, моя дочь Рангхильда. С её помощью ты можешь получить фиорд Зубастой Пасти и мой клан присягнёт тебе. Если конечно докажешь этим ублюдкам что достоин.

Кенишин бросил взгляд на приз. Не то, чтобы Рангхильда не была красивой. Разработчики постарались, чтобы все женщины игры выглядели как минимум симпатично. Даже Шаката, представительница расы безглазых двуногих ящериц, имела изящную женскую фигуру. Дочь Бьярни была симпатичной на лицо, возвышалась над игроком на полторы головы и обладала монументальным телосложением, с большими формами и перевитая мышцами, сделавшими честь любому воину-орку. Сама Рангхильда не высказывала особого энтузиазма, но в ответном оценивающем на игрока взгляде не было и разочарования, а интерес.

Расставшись с ярлом Кенишин совершил небольшую пробежку по додзё, изучая новые приёмы без их отработки. В монастыре кроме приёмов он получил благословение Железного Дракона, после короткой медитации во внутреннем молельном зале, которое повысило его защиту и немного увеличило запас Ци. После этого игрок вернулся в замок и остаток времени посвятил себя подготовке. В ход пола алхимия и отвары с настойками, повышающие характеристики и снижающие негативные эффекты.

Час поединка неумолимо приближался и вот настал момент, когда на Арене распахнулись ворота и поединщики ступили на её песок.

Глава 15

Не смотря на внешне небольше размеры, благодаря игровым условностям Арена вместила всех желающих. Посмотреть на бой пришли все свободные от службы воины, викинги прибывшие с Бьярни и почти все население замка и ближайших деревень, свободное от работы.

Оба шагнувших на песок арены бойца были одеты примерно одинаково. Штаны и сандалии не могли предоставить большой защиты, но не стесняли движений. Вооружение же их отличалось. Могучий викинг нес в руках неразлучную пару боевых секир. Кенишин же держал своё верное копьё, а позади на поясе был закреплён фамильный меч рода Фузаки, который уже можно было с полным правом называть фамильным мечём Бродяги_Кенишина из рода Шан.

— Ты мог бы одеть броню сёгун, — прогудел Бьярни, когда они сблизились для приветствия, — Будет обидно справиться с тобой слишком быстро.

— Я хочу победить честно, — ответил игрок, — К тому же удовольствие от битвы следует растягивать.

И он действительно имел это в виду. Внутри у него подрагивало от азарта. За прошедшие пару недель он получил впечатлений больше, чем за предыдущее десятилетие. Он ощущал виртуальный мир более живым и всё более