Пикассо и его несносная русская жена - Сергей Нечаев

-    Я тебя умоляю, Паблито!

-           Я хотел взорвать, разрушить изнутри наше страдание. Теперь они создадут тебе условия для нормальной жизни. Отныне они будут тобой заниматься. Хотя бы ради общественного мнения.

Марина Пикассо, не скрывая гнева, пишет:

«Общественное мнение - то есть пресса - вопит о „самоубийстве века". Все, что касается Пикассо, разжигает любопытство журналистов».

«Внук знаменитого художника не захотел жить после смерти своего дедушки. Ему было двадцать четыре года».

«В тени Пикассо его внук Паблито жил в нищете».

Падкие до скандала, они рыщут в поисках подробностей нашей частной жизни, выспрашивают тех, кто был близок нам и любит перемывать косточки. Высвечивая все до мелочей, они рассказывают об условиях нашей жизни, раздувают, преувеличивают, обыгрывают. Нас представляют жертвами, козлами отпущения.

«В нескольких сотнях метров от роскошной виллы их дедушки они жили в запредельных условиях».

Возможно, наша мать тоже приложила руку к этим сплетням. Я игнорирую ее и не хочу знать.

Для меня имеет значение только мой брат».

Всем вокруг было наплевать на произошедшее. Никаких признаков жизни не подали ни Майя, ни Клод, ни Палома, ни отец Паблито. Почему они не показывались? Марина Пикассо делает предположение: «Потому что отчаяние заразно».

Как ни странно, желание помочь проявила только Мария-Тереза Вальтер. Она пришла и сказала:

- У меня есть две картины Пикассо. Я попробую их продать.

Удивительная женщина! После смерти Пикассо, уже не имея права претендовать на то жалкое содержание, что он ей определил, она оказалась совсем без средств к существованию. И тем не менее, она рассталась с этими картинами, чтобы помочь его внуку, когда тот лежал в больнице. Не вдаваясь в причины этого проявления человечности, ему можно лишь молча отдать должное. Согласимся, не каждый смог бы поступить так же. Тем более что, общаясь лишь с 22-летней Мариной Пикассо, она не могла рассчитывать на возврат этих денег. Отметим, кстати, что когда Марина все же стала наследницей, она смогла возвратить Марии-Терезе долг. И вот письмо, которое та тогда ей написала:

«Теперь, когда ты свободна и спрашиваешь меня, что могло бы доставить мне удовольствие в качестве благодарности за то, что я сделала для тебя и Паблито, купи мне вертолет».

Конечно же, это была шутка, и в реальности ни до какого вертолета дело не дошло.

Лишь спустя полтора месяца в больнице объявился Пауло Пикассо, отец Паблито и Марины. Медсестра сообщила Марине, что он дожидается у входа в отделение. Она передала эту информацию брату, но тот лишь печально улыбнулся и прошептал:

-    Скажи ему, что уже слишком поздно. Мне нечего ему сказать.

К этому времени Паблито весил не больше двадцати пяти килограммов. Его кормили через зонд, так как пищеварительные функции его организма уже не могли восстановится никогда. Фактически он был приговорен оставаться калекой.

11 июля 1973 года врачи сняли все капельницы. Это означало, что никакой надежды больше нет.

Марина заплакала, а ее брат вдруг улыбнулся и сказал:

-    Знаешь, я чувствую себя лучше. Мне больше не больно.

Он не знал, что ему вкалывали морфин.

Марина спросила врача, сколько он еще проживет, но тот посоветовал ей идти домой.

-    Если что-нибудь случится, я обещаю позвонить вам.

И он позвонил, в ту же ночь.

-    Все кончено, ваш брат скончался. Мы были бессильны.

О том, что было потом, Марина Пикассо пишет так:

«Пресса разбушевалась вовсю. По телевизору, по радио, на страницах всех журналов только и говорят об уходе моего брата. Точнее, о смерти внука Пикассо.

„Его звали Пабло. Пабло, как и его деда."

Он, наконец, получил право носить это имя. Посмертное право».

Несчастного Паблито похоронили в той же могиле на кладбище «Гран-Жа» в Каннах, где покоится прах Ольги Хохловой. Но это легко сказать - похоронили. Чтобы заплатить за похороны, надо было еще найти деньги. Но у его сестры не было ни гроша. Как мы уже говорили, неожиданно помогла Мария-Тереза Вальтер. Кое-что собрали студенты из города Канны.

Отец Паблито и Марины на кладбище не пришел. Вернее, пришел, но предпочел спрятаться. Спрятался и плакал. А Марина была так убита горем, что не могла допустить мысли о том, что он может подойти и попросить прощения у своего сына.

Сам Пауло Пикассо не слишком пережил своего сына. Он безвременно ушел из жизни 5 июня 1975 года. Ему было всего 54 года, а причиной смерти стал то ли рак, то ли злоупотребление алкоголем и наркотиками, а скорее всего, все это вместе взятое.

Это был четверг, и в тот день Марине Пикассо позвонила Кристина Поплен, жена ее отца. Она тихо сказала:

-    Твой отец только что умер. Он был очень болен.

Дочь Пауло Пикассо не захотела в это верить. Это было слишком жестоко: дедушка умер, брат умер, отец умер, и не осталось никого, и она вдруг почувствовала себя виноватой за то, что еще жива.

-    Когда? Где? Как?

-           Его последним желанием было вновь увидеть Испанию . Апо возвращении болезнь стала. Рак, он ведь не щадит никого. Он умер этой ночью.

Потом, уже наблюдаясь у психоаналитика, Марина Пикассо написала:

«Я столько раз просила прощения у отца, которого так и не разглядела. Прощения за то зло, которое ему сделал его отец, прощения за своего брата, вычеркнувшего его из памяти, прощения за себя, что посмела осуждать его.