Илония - Яна Ильинская

– Кто ты? - опять заворожено спросила Орлания.

– Конюх, старатель, а вообще-то муж женщины, которую ты силком держись у себя.

– Я не о том. - Орлания пребывала в состоянии транса. - Ты не простой парень, ты дерешься, как воин, повелеваешь, как господин.

Корн не дал ей возможность дальше развивать эту мысль. Чего доброго, она могла придти к такому же выводу, что и Варлоу.

– Послушай, Орлания, - сказал он, - ограничься, пока не поздно, своими лакеями, да телохранителями. Ведь следующий человек, которого ты выведешь из себя, может оказаться более кровожадным, чем я.

Эти слова вывели Орланию из транса, и она опять взвизгнула.

– Ты, подлец, мошенник, ты будешь у меня в ногах валяться, я тебя… ты мне…, - она захлебывалась словами, и Корн слегка встряхнул ее, чтобы привести в чувство.

– Успокойся, Орлания, сейчас мы выйдем, подумай, что о тебе подумают твои люди.

Но в это время в комнату ввели Алаину, и Орлания весь поток брани обратила на нее. Алаина, сразу оценив обстановку, не обратила на нее ни малейшего внимания и сразу начала действовать по указанию Корна.

– Алаина, проверь коридор, я выхожу первым, ты идешь за нами, держись на расстоянии, чтобы не заслонять нашу госпожу. Когда будут встречаться двери, открывай их, потом опять становись за нами. Подбери меч, держи его при себе.

Так они и пошли. Впереди было пусто, но как только они проходили, за их спиной стражники смыкали ряды.

Во двор сбежалось, наверное, все население замка.

– Орлания, ты ведь не хочешь показаться в таком виде, - ласково сказал Корн, - попроси своих людей очистить двор.

– Убирайтесь все, - крикнула Орлания, но ей пришлось повторить, потому что в первый раз вместо крика из ее рта вырвался только хрип.

– И привести нам наших лошадей, - добавил Корн.

К тому времени, когда к крыльцу подвели Татика и Малютку, двор опустел. Корн посадил Орланию впереди себя, Алаина также села в седло и они, осторожно поглядывая на окна, направились к выходу. Уже у ворот Корн обернулся и крикнул:

– Если я замечу, что кто-то выйдет из замка и идет за нами, у госпожи будут неприятности.

После этого они покинули негостеприимный замок. Не сговариваясь, они повернули к столице. Их путь по предварительному плану лежал именно туда, и они начали его осуществлять, пусть даже и с небольшими отклонениями в виде продолжавшей поносить их Орлании и скорой погоней.

Когда уже стало смеркаться, Корн обратился к Орлании:

– Мы могли бы остановиться у одного из ваших тайных постов, госпожа. - Прерывая возникший поток ругани, добавил. - Иначе мы бросим вас прямо здесь. Так, вы хотя бы будете со своими людьми.

После такого Орлания не могла возразить и указала дорогу. Они успели до темноты. Вызвав своих людей из потайного местечка, Орлания, под нажимом Корна, приказала тем отдать оружие и лошадей своим похитителям.

– Тебе это не поможет, негодяй, - кричала она вслед Корну и Алаине, - у меня полно таких постов, мои люди уже знают, в какой вы стороне, скоро вы оба будете гнить у меня под землей…

Долго еще доносился до них яростные проклятия Орлании.

Когда совсем стемнело, Корн с Алаиной остановились. Пора было исчезать. Четырех коней они отпустили, постаравшись, чтобы каждая пошла своей дорогой. Вряд ли это собьет со следа погоню, но они и не рассчитывали на это.

Дальше они пошли пешком и шли всю ночь. Луна светила не достаточно, чтобы их можно было заметить, но достаточно, чтобы обходить ямы. Когда рассвело, они вытряхнули содержимое мешка. Они уже давно его приготовили, и там было все для очередного побега. Ну, во-первых, несколько сухарей и фляга с вином, которые здорово поддержали их силы, а, во-вторых, женское платье. Именно в нем Корн должен сойти за крестьянку, а неизменная коробочка с гримом добавила этой крестьянке пару десятков лет. Теперь Корна опять невозможно было узнать. А у Алаины появились пара уродливых бородавок и нос, как груша. Так вместо молодой супружеской пары возникли мать с дочкой, идущие из одной деревни в другую. Обе в плотно завязанных платках, в руках по узелку и посоху.

Поспали они, укрывшись в кустах, а когда солнце уже стояло высоко, отправились дальше. Местности они не знали, знали только по разговорам о названиях селений и приисков, знали, что речки здесь нет, так что искать моста не придется, а то это выглядело бы подозрительным. Они просто шли через небольшие поля и подлески напрямик к столице. Если встречалась дорога, они некоторое время шли по ней, потом сворачивали, если она уходила в сторону. Несколько раз они наведывались в трактир, там ненавязчиво проверяли правильность выбранного пути. Однажды в трактире их нагнали люди в красно-желтых цветах, цветах Орлании, но их взгляды лишь слегка задели двух женщин. Один раз их остановили на дороге, но опять никто к ним не приглядывался. Искали не их. У них только грозно спросили, не видели ли они парня и девушку. Получив отрицательный ответ, люди Орлании отправлялись дальше.

План их работал как нельзя лучше. И к концу второго дня они уже были в столице. Успев до закрытия ворот города, они не успели отыскать Турина. Заночевали на постоялом дворе, и с утра занялись поисками. Если они не найдут Турина, им придется искать работу самостоятельно. Небольшие монеты, которые всегда были у них при себе, уже кончались.

К счастью, Турина оказалось найти очень легко. В казармах, куда они пришли и назвались дальними родственниками Турина, быстренько разыскали отдыхавшего после дежурства стражника.

Невыспавшийся Турин встретил двух женщин неприветливо.

– Что-то я не знаю тебя, мамаша, - недовольно сказал он Корну.

Но ответила Алаина. На людях Корн старался не разговаривать. Голос пожилой женщины изобразить, конечно, не так трудно, как голос молоденькой девушки, но все равно лишний раз рисковать не стоило.

– Турин, твой дядя Варлоу передал тебе привет. Он сказал, что ты сможешь помочь нам.

Поведение Турина сразу изменилось.

– Ну, если вас прислал Варлоу, тогда другое дело. Только чем я могу помочь-то вам? Небось, прошение во дворец отнести, так я во дворце службу не несу. Хотя могу свести кое с кем. Правда, на это деньги нужны будут. Надеюсь, деньги у вас есть, у меня, скажу честно не шибко-то много.

– Нет, нет, Турин, - поспешила успокоить его Алаина, - можем мы поговорить где-нибудь, мы все объясним.

Это Турину не совсем понравилось, но женщины пришли от Варлоу, а он слишком уважал своего дядю, что бы пренебречь его просьбами.

Он привел их на квартирку своей невесты. Девушки не было, и всех это вполне устроило.