Эрсус. Зегарн (СИ) - Павлов Вел

На пару секунд возникло молчание, и я заметил, что бог Смерти просто тяжело вздохнул.

— Ты много болтаешь, Картар и в этом твоя главная ошибка. Он твой, Алнот! Ты ведь этого всегда желал! А мы пока займемся демонами… — выдал холодно он. — Нужно быстрее заканчивать, у меня уйма дел и без Зегарна…

Ауры Тёмных резко вспыхнули и те стремительно направились в сторону Архидемонов, в свою очередь Верховные демоны уже вступили в битву с тварями Тёмных, и еще одним разумным, от которого явно разило силой Алнота. Как понимаю, это тот самый Аддаон.

— Не смей мне указывать, Нандгар! — прошипел бог Войны под нос, но сказал он это больше себе, чем ему. — Кто посмеет встрять в нашу битву, того я прикончу собственными руками. Где? Где твоя подстилка Лислина? — с безумной улыбкой спросил он. — Я выпотрошу тебя, Картар, и заставлю сожрать свои же потроха, а эта сука должна видеть всё своими глазами! Я трахну эту дрянь, отниму её силу, и ты будешь наблюдать за этим, не в силах, что-либо сделать. Где? ГДЕ ОНА?! — заорал он.

— Понятию не имею, но хватит заливать уже, ты хотел битвы, так вот он я, перед тобой! Чего медлишь?!

Пару раз тот оглянулся, словно не веря моим словам, даже принюхался, а после резко посмотрел на меня.

— Я дал обещание, поэтому я не убью тебя, а лишь для начала лишу тебя всех конечностей. Эта сука поймет, как ошиблась… это все поймут… все они…

В носу резко зачесалось и всё поле боя наполнилось отвратным смрадом палённого мяса, крови, и вони тысяч мертвых. Запах был настолько тягуч, что протяни руку и сможешь его ощутить кончиками пальцев.

Аура бога Войны вздымалась высоко ввысь и походила на многоэтажную башню, и в тот же миг он ударил. Ударил что было сил.

Молот, копье, меч, алебарда, все виды оружия, которые я когда-либо видел, всё было в крови и истерзанной плоти и всё это устремились ко мне со всех сторон. Мир померк, окрасившись только в алые цвета, алый дождь, целое море крови.

А следом последовал он, словно великан, бегущий навстречу судьбе, а не заклятому врагу.

Но к такому я был готов, крылья раскалились добела, пришлось вертеться юлой, отражая и ускользая от множества атак, но за градом ударов, последовал еще один и следом еще, а после прямая атака последовала по крыльям, те приняли всю мощь на себя, смягчая выпад бога Войны, но не смотря на всю мою защиту меня отбросило в сторону сражающихся с Архидемонами Тёмных.

Туда, куда было нужно мне. В необходимое место. Ведь территория и всеведение работала на своём пике, угождая своему хозяину, как две верные наложницы.

Короткий взгляд. И такой же короткий кивок. Вот тесть оказался рядом со мной, оторвавшись от схватки с Нандгаром, меж делом могучей спиной принимая удар кромешного марка, и своим плечом, что было сил, тот направил меня в сторону бога Смерти на всей безумной скорости, что я успел набрать до этого.

Молния что до сих пор находилась в моих руках, стремительным выпадом пронзила купол тьмы, что оберегал бога Смерти и в тот же миг, вайвлет погас, полностью испарившись и распавшись в клубящейся тьме. Но своё дело он сделал. Я успел рукой коснуться тёмной накидки Нандгара.

Разрыв…

Всего доля секунды и я вновь оказался рядом с безумствующим Алнотом, который всё это время следовал за мной по пятам, не видя ничего на своём пути с яростью неутомимого хищника пытался меня настигнуть.

Всего миг, мельчайшая доля секунды, но этого вполне хватило.

Следом вторая стрела молнии пробивает очередную защиту, и ухватившись за наплечник бога Войны, а второй удерживая мантию Нандгара я закричал, что было сил и воздуха в лёгких:

— Кинона, Хам, действуйте! Вперёд! Тесть, всё остальное оставляю на вас! Не подведите! С этими двумя разберусь сам…

Мой крик сейчас походил на рокот и треск молнии и грома, но никак не на голос человека.

План выполнен, остаётся уповать только на собственную силу, ведь это только преддверие, преддверие всей схватки… преддверии всего Зегарна.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я Картар и это моя работа, а эти двое угроза для равновесия Орсилая.

А теперь…

Разрыв…

Глава 28. Два поля битвы…

— Кинона, Хам, действуйте! Вперёд! Тесть, всё остальное оставляю на вас! Не подведите! С этими двумя разберусь сам…

В тоже мгновение Картар, который удерживал мёртвой хваткой Нандгара и Алнота за подол мантии и наплечник, попросту исчез в блекло-бирюзовой вспышке, оставляя поле битвы.

От столь быстрого и разительного изменения противоборствующих сторон, ожесточенная и яростная схватка, происходившая между Тёмными и Архидемонами, на миг утихла, но всего лишь на миг, обе фракции резко отступили друг от друга, и стали внимательно изучать доставшихся им противников.

Через пару вздохов откуда-то сверху раздался мужской голос, и в нём сквозило непомерно огромное презрение, и от которого Осса, Мадрон и Скетал омрачились:

— Спасибо тебе, Пал, за воистину щедрый подарок…

Хамус не изменял себе, на боге Хитрости и Богатства красовался роскошный бриллиантово-золотой доспех, в то время, как на Киноне был надет соответствующий ей, плётенный, с выгравированными на нём рунами, точь в точь, какие носила богиня Справедливости на своём теле.

Оба небожителя в обществе трёх Вестников резко спикировали сверху, и оказались рядом с четырьмя Архидемонами, тем самым показав Тёмным, своё отношение к ним. От такого пафосного появления, Тидниаса недовольно фыркнула, а Фолгор невольно усмехнулся.

— Эливис, Мадрон, помогите Верховным с полубогами и потусторонними тварями, — тихо высказалась Кинона, не отводя взгляда от стана вражеских небожителей.

Ведь схватка между Вестниками, тварями тёмных и Верховными не прекращалась ни на миг. Те решили не брать пример со своих хозяев и с остервенением рвали друг друга на куски, словно дикие животные в загоне.

— Фрайхан, займись Аддаоном, у вас ведь кровная вражда? — хмыкнул пытливо Хамус. — Надеюсь, уважаемые Архидемоны не будут против? — но в отместку услышанному, Верестан и остальные только коротко кивнули.

Вестник же дождавшись разрешения высших существ, стремительно направился в гущу сражения, держа курс на полубога Войны, который сражался сразу с двумя Верховными, Енасом и Гар'атой.

— Что, уже не так весело, как раньше, верно, падальщики? — широко оскалившись, осведомился Фолгор.

— Если ты, отребье, думаешь, что этот мерзкий выродок Картар одолеет Алнота и Нандгара, то ты идиот! Он уже мертвец… — сплюнула зло Ацада. — Нам всего-то и требуется продержаться против вас, пока они не прикончат эту мелкую тварь.

— Тебе лучше завалить свой гнилой рот, Тёмная! Кому-кому, но это им нужно бояться, — не удержалась от колкости довольная Тидниаса. — Твоя агония в Храме, была как музыка для моих ушей…

— Захлопни пасть, инфернальная дрянь…

— Тогда я буду твоим противником… — хмыкнул холодно Верестан, перебивая Ацаду. — А то моя дочь теперь постоянно жалуется на тебя, что её муж теперь не такой красавец как прежде и всё благодаря тебе…

— Да… — радостно загоготала Ацада, каркающим смехом, проведя пальцами по своему лицу, — … благодаря мне. После того, как Картар сдохнет, я найду всех его сук и перережу им глотки, одной за другой, и твоя дочь будет первой на очереди…

Аура Архидемона Разрушения и богини на миг вспыхнули и оба резко оказались вдалеке, лишь вспышки яркого пламени и сгустки тьмы говорили о том, что битва будет кровавой.

— Я возьму Оссу, — отозвалась Кинона.

— Так и быть, давно хотела разорвать твоё надменное личико в клочья, — в тон её усмехнулась богиня Судьбы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

И от двух небожительниц лишь след простыл.

— Римус, Фолгор, не поможете мне быстро прикончить двух животных, которым не знакома слово честь? — откликнулся Хамус, призывая алмазный клинок в руки.

— Такое мне только в радость, — довольно ощерился Архидемон Иллюзий, растворяясь прямо на глазах, а тело Ар-Шаса резко вспыхнуло тремя цветами разного пламени и приобрело ярко-красный оттенок.