Эрсус. Зегарн (СИ) - Павлов Вел

Тогда кем же был я? Я же… если бы мне дали выбор, я бы назвал себя никем и ничем, семнадцатая фигура.

Всем известно, что в шахматах бывает момент, когда пешка доходит до конца игровой доски и происходит миг, когда она превращается в ферзя, и есть крошечная доля мгновения, крошечная доля преображения, когда происходит её смена, смена пешки в по-настоящему могущественную фигуру.

Так вот. Этот крошечный момент преображения пешки в ферзя. Это я. Та самая семнадцатая фигура.

Глупо и до невозможности странно.

Ведь оглядываясь назад и глядя в прошлое, по-другому назвать мою жизнь и моё преображение, было попросту нельзя.

Я никогда не считал себя умным, либо здравомыслящим человеком и всю свою осознанную жизнь я во многом полагался только на свою смекалку. Смекалка. Это было бесспорно, как бы смешно и дико это не звучало.

Я был далёк от бога Смерти, я был далёк от бога Войны. Ведь кто я такой? Смертный, что стал Картаром. Ни пешка, ни ферзь. Семнадцатая фигура. Фигура, которой быть не должно и никогда не будет.

Все мысли промелькнули в одно мгновение и со стремительной скоростью растворились в холодной решительности, что стала накатывать целыми волнами.

Через мгновение я заметил, как Арлас направился в нашу с Верестаном сторону. Тут же неподалёку были и Верховные, которые беседовали ни о чём или делали такой вид, остальные были уровнем выше, также как и бессознательная Шиара. Но все ждали… ждали первого хода игры…

— Верестан, позволь с тобой переговорить наедине? — ворвался в наш разговор Повелитель Архидемонов. — Пал, ты не против?

— Вовсе нет, — усмехнулся я, плечом опершись на каменный парапет крепости.

Оба Архидемона отошли в сторону и начали говорить, я в свою очередь походил на сжатую пружину, что готова была действовать в любой момент, также как и многие остальные.

Атака Арласа получилась точно такая же, какой он и был сам. Предательская. Неожиданная. И… в спину.

Наступление Де-Балойра началось практически сразу. Нежданно и негаданно. Вероятно, так он думал.

Территория Картара… Сковывание… Диктат…

Вайвлет… Пламя Картара…

Но рука Арласа, окутанная мощью перворангового Архидемона так и не добралась до сердца Верестана, лишь его когти всего на пару сантиметров вошли в плоть на спине тестя, всё тело анзуда уже крепко-накрепко удерживали мои цепи, что были объяты пламенем.

Не сплоховал и Римус, следом на тело Де-Балойра был накинут аркан из черного огня нашего слона, но никто из наших фигур не останавливался. Все знали, насколько силен был Повелитель Архидемонов. И поверх всего этого арсенала, легли также туманные ленты Тиды, нашей ладьи. Лишь только голова и глаза были ни чем не покрыты.

По разгневанному и яростному взгляду Арласа уже было понятно, что он обо всё догадался, как догадались и мы.

— Где я… выдал… себя? — отрывисто вопросил он, делая попытки выбраться из своего узилища, но все потуги Де-Балойра были тщетны.

— Шиара, мой друг, Шиара… — тихо или даже грустно произнес Верестан, положив руку ему плечо и без лишних раздумий, ладонью и пальцами вперед, пронзил горло некогда могучего Архидемона и размашистым движением отсек тому голову.

Кто ранее из высших существ мог предположить, что именно таковым будет конец для Арласа Де-Балойра? Увы, никто…

Изъятие…

Пожирание жизни…

Пузырящаяся и хлынувшая из отрубленной головы алая жидкость за мгновения залила всю округу, а после с глухим стуком приземлилось на обвитый уже красным плющом каменный пол крепости.

За долю секунды до удара тестя, моя левая рука уже вошла в Арласа со спины в районе его сердца. Тело упало, но в руках у меня находилось то, что так было нужно. Чистейший огонь Инферно. Даже через защитную оболочку, я смог ощутить всю его мощь, он ни в какое сравнение не шел с огнем Ви-Хары. И без каких-либо раздумий я закинул её в мир, на поруки Некто. Сейчас не до этого.

Но и это был не конец, сила Архидемона под напором пожирания, хлынула бушующим потоком в мой мир, но источник, словно голодный зверь, стал пожирать всю вливающуюся и доступную ему силу, тем самым преобразуя её в необходимую и живительную для меня энергию.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В этот же миг, чувствуя экстаз и постоянно подступающую силу, чуйка заревела раненым зверем, и тотчас я ощутил, как в границу раскинутой энергии вторглось непомерное количество аур Тёмных, а «зеленая крепость», временное убежище Архидемонов была уничтожена за несколько секунд.

Мощь на пятьдесят процентов…

Территория Картара… Всеведение…

Вайвлет… Крылья Картара…

Вайвлет… Пламя Картара…

Вайвлет… Доспех Энергии…

Вайвлет… Запредельная Молния Картара…

Смазанный силуэт спикировал откуда-то сверху, и тот будто огромный метеорит разметал в сторону последнее убежище демонов.

Под неудержимой силой Верховных отбросило далеко в сторону. Вся территория и некогда густой лес на многие сотни метров превратилась в истерзанную и испещренную шрамами пустошь, а на месте крепости образовалась огромная воронка. Посреди неё находился сам бог Войны, и с презрением ко всему живому, а также со сквозившим на лице удовлетворением оглядывал дело рук своих.

Большинство Архидемонов, быстро накинули на себя всевозможную защиту и барьеру, попросту отступили в сторону, Римус, Тидниаса и тесть взмыли в воздух, сам же Фолгор в это время пытался укрыть Верховных за своим огненным щитом.

Я же под напором собственной силы, а также с накинутым доспехом не шевельнулся с места. Крылья, как и глаза, а также с объятым на них пламенем пылали у меня за спиной, в руках сформировались две вайвлета в виде молний, те громко потрескивали и вибрировали, требуя от своего хозяина, чтобы их пустили в бой.

Всё моё нутро трепетало и захлёбывалось от предстоящей битвы, а накопленная за всё время мощь требовали её использовать.

— Жалкие отбросы…

— Здорово, Алнот! — перебил я бога Войны с наглой ухмылкой, а после перевел взгляд гораздо выше. — И тебе не хворать, Нандгар. О, Ацада, любовь моя! И куда ведь без мой крошки Оссы. О, вы не забыли даже двух предателей! А тебя я помню, у тебя классный сиськи! Чего долго так? Я даже заждался! Мусор вот ваш за вами и прибираем! На вот, забери! — проговорил я, ногой катнув в его сторону голову Арласа, которую я заблаговременно удерживал ранее силой.

Многие небожители от их упоминания лишь недовольно нахмурились, но смолчали.

— Смотрю, Нандгар, ты хорошо натренировал своих собачек… — не удержался я от колкости.

И после моих слов, лица всех Тёмных помрачнели. Но не Алнот, Алнот взирал на меня с неприкрытым счастьем и безумным блеском в глазах, не видя ничего кроме меня, и был не то что на взводе, а просто на пике напряжения. Бог Войны готов был броситься в мою сторону в любой момент, но отчего-то выжидал, изредка косясь в сторону Архидемонов и кого-то высматривая.

На лице Нандгара в свою очередь была полное и безмятежное спокойствие, он лишь ленивым и даже насмешливым взглядом оглядел голову Арласа, не поведясь на мою явную провокацию, и перевел взор черных глаз на меня.

Рядом с ним находились Шалмис и Ацада, тут же присутствовали и Мадрон со Скеталом, а также Осса, что была вне себя от радости всей сложившейся ситуации.

— Кстати, как там Бхивина, Хильурс и Дэлвард, передали вам привет от меня? — не унимался я, раззадоривая их всё сильней.

При упоминании развоплощенных богов, спокойствие на лицах Ацады и Шалмис мгновенно исчезло, и они уже намеревались, что-то мне ответить, но тех рукой остановил Нандгар.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Вынужден признать, Паллад Драгун. Ты достойный соперник, но так или иначе ты умрешь и клянусь тебе, я сотру все упоминания о тебе во всем мироздании.

—Ага, смотри не надорвись… — усмехнулся я.

— Всё шутишь, да?

— Как догадался?