По велению сердца - Данеэла Стил

Закончив чтение, Хоуп выпрямилась и посмотрела на Марка. К тому, что она прочла, еще следовало добавить девушку, покончившую с собой из за Финна, — почему то в досье это не попало. Таким образом, он косвенно стал причиной по меньшей мере двух смертей. Тут Хоуп припомнила, как он спросил ее, могла бы она ради него свести счеты с жизнью, — так, словно это сделало бы ему честь. Долгие годы Финну удавалось выходить сухим из воды, и все эти неприглядные истории постепенно забылись. Детективу пришлось изрядно потрудиться, чтобы выудить их на свет.

– Впечатляет, да? — заметил Марк обеспокоенно.

– Да уж, — подтвердила Хоуп. Все прежние подруги Финна были правы, когда говорили, что поначалу он просто душка. И практически все считали его человеком опасным. — Что мне теперь делать? — в растерянности спросила Хоуп, уставив в окно невидящий взгляд.

– Думаю, возвращаться тебе не стоит, — посоветовал Марк, и она надолго задумалась, вспоминая, в каком потерянном состоянии она уезжала. Может, Финн хотел довести ее до самоубийства? Но сначала получить пять миллионов долларов. А если бы их брак состоялся, то и больше. А если бы у них появился ребенок, он смог бы доить ее всю жизнь.

– Думаю, мне надо вернуться и во всем разобраться. Хотя бы у себя в голове навести порядок. — Это был не один мужчина, это были два разных человека. Одного она полюбила, другой смотрел на нее со страниц досье. Хоуп невольно задавала себе вопрос: не оттого ли тесть с тещей винят Финна в смерти дочери, что просто не могут смириться с самим ее фактом? Хоуп хотелось так думать, она боролась с собой. Пусть в его пользу будет хотя бы крупица сомнения, что в свете прочитанного было совсем непросто.

– Не боишься за свою жизнь? — без обиняков спросил Марк.

– На это он не пойдет. Жену же он не убивал! Был несчастный случай. И следствие, и заключение судмедэксперта в этом едины. Мне кажется, его цель — вытрясти из меня как можно больше денег. — Это тоже было отвратительно, а ей по прежнему хотелось верить в любовь Финна. — До отъезда я позвоню твоему адвокату в Дублин, чтобы был человек, к кому я могу обратиться. Если вдруг… — Теперь в Ирландии она была совсем одна — ни друзей, ни любимого человека. Доверия к Финну у нее уже не было. Кто бы он ни был на самом деле, частица его точно была от лукавого. Странно, но после всего прочитанного Хоуп не испытывала перед ним страха. Она знала, что в нем есть и хорошее начало. Она продолжала в это верить. И еще теперь она знала, что она нормальный, здравомыслящий человек, чего нельзя сказать о Финне. Именно поэтому он и пишет такие книги — его мрачные персонажи роятся у него в голове и представляют различные грани его собственной души, — те, что поначалу не видны посторонним. — Со мной все будет в порядке. Мне надо самой во всем разобраться, — заверила она Марка и со словами благодарности протянула ему назад досье. — Перед отъездом позвоню. — Ей было необходимо побыть одной, оплакать когда то любимого человека, которого, похоже, больше нет. И никогда и не было.

После ухода Марка в ее квартире воцарилась полная тишина. Единственное, о чем Хоуп могла сейчас думать, так это о тех нескольких месяцах счастья, что связывали ее с Финном. Она вспоминала, как любила его, доверилась ему и какими настоящими казались их отношения. Теперь же каждое мгновение этого счастья оборачивается ложью. От этой мысли по ее лицу катились слезы. В это невозможно было поверить, а примириться еще тяжелее. Их отношения были словно сладкий сон — и, кажется, сном и остались. Только теперь сон этот превратился в кошмар. Хоуп не понимала, что за человек Финн О’Нил. Тот благородный рыцарь, которого она полюбила, или вечный неудачник и обманщик из сегодняшнего досье? Она знала одно: надо вернуться, посмотреть ему в глаза и самой во всем убедиться.

Глава 18

Хоуп выждала до четырех часов утра, чтобы позвонить в Дублин, где в это время было девять — начало рабочего дня. Карточка с телефонами дрожала у нее в руке. Ответила приемная, ее попросили не вешать трубку, какое то время играла музыка, после чего ее соединили с секретарем. Хоуп представилась и сказала, что звонит из Нью-Йорка. Наконец трубку взял Роберт Бартлетт. Он говорил с американским акцентом, голос был приятный. Его уже предупредил по электронной почте Марк Веббер, а также руководитель нью-йоркского офиса фирмы. Компания называлась «Йохансен, Штерн и Гродник» и имела филиалы в шести городах Америки, а также представительства по всему свету. Роберт Бартлетт служил управляющим партнером нью-йоркского офиса, когда его пригласили возглавить дублинский филиал после внезапной кончины предыдущего старшего партнера. Бартлетт несколько лет с успехом проработал в Дублине и скоро должен был возвращаться в Нью-Йорк. Вообще то уезжал из Ирландии он с неохотой. Там его карьера складывалась наилучшим образом.

Бартлетт был не в курсе ее проблемы, но знал, кто такая Хоуп, и понимал, что она для фирмы — солидный клиент.

– Мне о вас говорили, мисс Данн, — сказал он. — Буду рад вам помочь. Что я могу для вас сделать? Надеюсь, с вами все в порядке? В Нью-Йорке уже поздний час, — заметил он доброжелательным и на удивление молодым голосом.

– У меня проблема личного характера, я попала в очень сложную ситуацию, — с трудом начала Хоуп. Она пока и сама не понимала, о чем ей просить этого Бартлетта, и вообще было странно спрашивать совета у совершенно незнакомого человека. Она знала, что ей требуется помощь — или может потребоваться. Оставалось неясным, какого рода это может быть помощь. Если ей нужен телохранитель или психолог, то она обратилась не по адресу. При этой мысли Хоуп почувствовала себя глупо. Но на случай, если помощь все же понадобится, ей нужен в Дублине свой человек. Она не хотела лететь, не будучи уверенной, что при необходимости ей будет куда обратиться за поддержкой. А Бартлетт был единственным, к кому она могла кинуться. — Я пока не знаю, какая именно помощь мне нужна — и нужна ли она вообще. Мне вас рекомендовал Марк Веббер, он мой агент. — После всего, что она узнала из расследования, Хоуп была согласна с Марком, что ей может понадобиться помощь — хотя бы на тот случай, если ее взаимоотношения с Финном будут сопровождаться какими то юридическими осложнениями. Она, конечно, надеялась, что все уладится, но уверенности тут быть не могло. Из того, что она узнала, скорее вытекало обратное.

– Конечно, конечно. Я к вашим услугам, мисс Данн. — Роберт говорил доброжелательным тоном, он был сама учтивость. Хоуп почувствовала себя глупо, объясняя ему ситуацию — получалось, что совета просит обманутая женщина, впрочем, так оно и было. Но речь шла не только о несчастной любви, теперь ей, возможно, грозила нешуточная опасность, и это нельзя было сбрасывать со счетов. Все зависит от того, кем на самом деле является Финн и что для него значит Хоуп. Насколько безнадежна его ситуация, насколько он беспринципен? Ясно, что деньги для него имеют большое значение, но до какой степени? Ведь может оказаться, что на этот раз для него на первом месте все таки их отношения, какими бы ни были его прошлые дела и поступки. А что, если он ее искренне любит? Хотелось в это верить. Но в данный момент это казалось маловероятным, и оценить реально отношение к ней Финна не представлялось возможным.