Незваная гостья - Синди Холбрук

Террел посмотрел на маленького итальянца, лучезарно улыбаясь.

– Рад, что вы согласились нам помочь, Джованни. Как только я получил записку от старины Джеффри, так сразу подумал о том, что нам без вас не обойтись.

– Всегда рад услужить, – ответил Джованни и с обожанием посмотрел на Джеффри.

Джеффри невольно стиснул зубы. Его раздражал этот суетливый, приторно-сладкий итальянец.

– Тогда займемся делом, – предложил Джеффри.

– О да, да, – захлопотал Джованни. Он вытащил из жилетного кармана сантиметр и приступил к работе. Измеряя объем икры Джеффри, он не удержался и потыкал в нее кончиком пальца.

– Ради всего святого, что вы делаете? – недовольно воскликнул Джеффри.

– Настоящие! – благоговейным шепотом произнес Джованни.

– Настоящие, – утвердительно кивнул головой Террел.

Джеффри не успел и рта раскрыть, как Джованни переполз со своим сантиметром выше и припал к его ляжке.

– О-о-о! – простонал итальянец, измеряя и одновременно оглаживая ногу Джеффри. – Тоже настоящие! Настоящие мускулы!

– Хватит! – рявкнул Джеффри, чувствуя, что рука Джованни не прочь отправиться дальше. – Сейчас убедитесь в том, что они действительно настоящие.

Он приподнял итальянца одной рукой, схватив его за шиворот, словно котенка. Джованни только пискнул и затрепыхался в руке Джеффри.

– Кузен, кузен! – вскочил на ноги Террел. – Отпусти его! Ведь Джованни всего лишь хотел тебя обмерить!

– Не нужно! С меня достаточно! – кричал Джеффри.

– А как же новый костюм? – спросил Террел, повысив голос, чтобы перекрыть кудахтанье итальянца.

– К черту новый костюм! – ответил Джеффри и отпустил, наконец, Джованни.

Тот немедленно взъерошился, словно бойцовый петушок, и закричал тоненьким голосом, воздев к потолку ладони:

– Я протестую! Я протестую!

– На улице будешь протестовать, – огрызнулся Джеффри и снова сгреб итальянца за воротник. Затем развернул его носом к двери и принялся толкать к выходу.

– Отпустите меня, дикарь! – вопил Джованни, беспомощно размахивая ручками.

– Джеффри! – пытался остановить его Террел. – Не сверни ему шею!

– Постараюсь, – ответил Джеффри и поволок Джованни дальше, через холл к входной двери.

– Микум, откройте дверь! – решительно скомандовал Джеффри, не обращая внимания на причитания итальянца и крики Террела.

– Слушаю, милорд, – ответил дворецкий и торжественно распахнул входную дверь.

– Я в суд подам! – вопил итальянец. – Псих! Дикарь! Скотина!

– Прекрати, Джеффри, – причитал за спиной голос Террела. – Прекрати!

Из библиотеки на шум выглянул Кендалл.

– Что здесь происходит? – спросил он, нахмурившись.

Никто не удостоил хозяина дома ответом.

Джеффри покрепче ухватил Джованни и вышвырнул его в распахнутую дверь. Подоспевший Террел начал было возмущаться.

– Всего хорошего! – Джеффри ухватил кузена за воротник и отправил вдогонку итальянцу. Затем перевел дыхание и спокойно распорядился: – Закройте дверь, Микум!

– Слушаюсь, милорд. – Дворецкий величаво закрыл дверь.

Обернувшись, Джеффри увидел перед собой глаза Кендалла.

– Хотите глоточек бренди? – спросил Кендалл и, не дожидаясь ответа, пошел в библиотеку.

Джеффри последовал за хозяином, морщась от вновь разболевшейся раны. Оказавшись в библиотеке, он поспешно опустился в кресло и негромко застонал.

– Террела я узнал, – негромко сказал Кендалл, разливая бренди в два бокала, – но кто был тот, второй человек?

– Портной, – коротко ответил Джеффри. – Во всяком случае, он так представился.

– Портной, – повторил Кендалл. – И его, надо понимать, привел к вам Террел?

– Да, – ответил Джеффри.

– Тогда все понятно, – кивнул Кендалл. Он подошел и протянул Джеффри бокал с бренди. – А могу я спросить, что вам было нужно от портного Террела?

– Совсем не то, что ему было нужно от меня, – буркнул Джеффри. Он сделал большой глоток. Горячая волна приятно согрела тело, но не успокоила гнев Джеффри. – Впрочем, я и сам толком не знаю, что мне было нужно от этого итальяшки. Наверное, я просто дурак. И что мне взбрело, будто я… – Он не договорил и горько рассмеялся. – Ваша дочь права. Мне не дано стать лондонским денди. Вернусь-ка я лучше домой.

Кендалл внимательно посмотрел на Джеффри, забрал у него из руки пустой бокал и пошел с ним к бару.

– Вам известно, почему Capa в свое время готова была выйти за Равенвича? – спросил он, наливая из графинчика бренди.

– Нет, – вздохнул Джеффри. – Впрочем, я и не интересовался.

Кендалл вернулся с полным бокалом в руке.

– Потому что он был бунтарем и этим отличался от остальных. – Кендалл подошел и протянул бокал Джеффри. – Бунтарь, вольнодумец и упрямец – страшная смесь! И опасная, как оказалось.

– Все это глупости! – заметил Джеффри, поднимая бокал.

– Пожалуй, – согласился Кендалл, опускаясь в свое кресло. – Но сама Capa далеко не глупа. Просто живет в таком мире, среди пустоголовых людей, которые к тому же не перестают восторгаться ее красотой. А это, как вы понимаете, не может не нравиться любой женщине. Правда, Capa прекрасно умеет манипулировать этими дураками.

– Ну что ж, полагаю, ее это все устраивает, – сказал Джеффри.

– Не уверен, – ответил Кендалл и нахмурился. – Дело в том, что Capa не привыкла встречать сопротивление. Как правило, любая ее прихоть немедленно исполняется теми дураками, что ее окружают.

Джеффри внимательно слушал Кендалла.

– Вы, конечно, вправе вернуться домой, – продолжал тот, – но тем самым вы еще больше уверите Сару в ее правоте. Возможно, вам не очень хочется продолжать поединок с нею, доказывая ее неправоту. Но тогда она так и не сможет разобраться в том, что хорошо, а что плохо. А мне, не скрою, очень хочется, чтобы нашелся человек, который бы помог ей в этом.

Джеффри посмотрел в глаза Кендаллу и медленно опустил бокал.

– Но я не перенесу еще одной встречи с этим портным, – сказал он.

Кендалл рассмеялся.

– Это поправимо. Я познакомлю вас с Уэстоном, моим портным. Кстати, я все равно собирался съездить к нему после обеда. Хотите, поедем вместе?

– Хочу, – искренне ответил Джеффри.

– А еще я хотел бы познакомить вас с Джексоном. Он держит боксерский клуб, а вам нужно поддерживать форму. – Кендалл улыбнулся. – Не всегда же у вас будут такие противники, как сегодняшний портной.

Capa и Мелани сидели в карете. Кучер Джон не спеша вез их по аллее парка. Сопровождала их Эсмеральда, приехавшая пару дней назад. Прогулка явно не занимала ее, вид был отсутствующий. В глазах было столько грусти и загадочного тумана, что Capa невольно улыбнулась. Несомненно, в эту самую минуту в голове Эсмеральды рождалось очередное бессмертное творение – ода или сонет.