Бег в тенях: Власть Золота - Евгений Чепурный

изрядно щекотала нервы. Сам Марко старательно обшаривал астральным взглядом каждый выступ песочного цвета стен, каждую искусственную пальму в горшке, и, в особенности, каждую из стоящих у стен и по углам скульптур. Те, выполненные в традиционном ацтекском стиле, напоминали кубы и параллелепипеды из известняка, слегка облагороженные резцом скульптора с целью изобразить того или иного мифического зверя, и, благодаря своим габаритам, легко могли вмещать самые разные сюрпризы. Два из них - все те же вместилища кровавых духов, - Шэньсянь уже успел заметить и уничтожить, развеяв удерживающую астральных тварей магию.

Вид неохраняемых дверей лифта на верхние этажи лишь добавил теневикам беспокойства - последняя дверь между ними и их целью, исследовательским комплексом на предпоследнем этаже высотки, выглядела настороженным капканом на крупного зверя. Кабинка лифта, куда загрузились товарищи, моментально стала тесной, а воздух ее наполнился вязким напряжением, ощущавшимся не хуже витавших в ней запахов пота, оружейной смазки, разогретого металла, и сгоревшего пороха. Именно благодаря этому тревожному ожиданию, этому предчувствию опасности, команда Шэньсяня и сумела выжить в первые секунды после прибытия на нужный этаж.

Едва лишь двери лифта начали открываться, Шэньсянь заметил направленные прямо на них зрачки винтовочных стволов, готовых изрыгнуть пламя и смерть. Он поспешно протиснул себя между створками, и сотворил несколько Барьеров Маны, один за другим, успевая за миллисекунду до того, как грянул гром.

Не обращая внимания на пули, что разочарованно свистели вокруг, дырявили стены, и врезались в медленно подающиеся плоскости барьеров, он поспешно оглядел лифтовой холл, где их ожидала столь негостеприимная встреча. Повинуясь его командам через “сеть разумов”, теневики бросились прочь из ставшего смертельной ловушкой лифта. Пластикритовая глыба статуи, что изображала скалящегося хищника, защитила крупногабаритного Василия, за массивной вазой с искусственной пальмой сжался в комок Чжоу Дань, а Чэнь Суйцзинь, спрятавшаяся за броней своего дрона, в укрытии не нуждалась. Щитом для Моники, отправленной к сиротливо мерцающему на стене лифтового холла датаджеку, стал сам Марко, и спешно начарованный им барьер.

Отправляемый в сторону теневиков шквал свинцовой смерти на мгновение иссяк - рассчитывавшие положить их всех в лифтовой кабинке секьюрити стреляли дружно, не жалея патронов. Пока бойцы охраны лихорадочно меняли магазины своих автоматов, Марко потратил несколько секунд на оценку обстановки. Увиденное ничуть не обнадеживало.

Встретившие их бойцы были несомненными ацтланерами - смуглокожие, черноволосые, и с глазами без восточной раскосости. Шестеро, одетые в легкую броню армейского образца, были вооружены автоматическими винтовками М23, а четверо их товарищей, бронированных чуть основательнее, в дополнение к укороченным карабинам несли тактические мачете. Последний из бойцов охраны и вовсе не держал в руках оружия; даже кобура стандартной “беретты” на его бедре не была расстегнута. Задержав взгляд на наплечном шевроне этого охранника, изображающем стилизованную орлиную голову, Шэньсянь мгновенно понял причину этой кажущейся безоружности, и невольно напрягся - одно из его опасений насчет этой миссии подтвердилось.

Воин-орел поймал взгляд теневика, и оскалил крепкие белые зубы в насмешливой улыбке. Типичный ацтланер-пенинсулар, с характерным крупным носом и мощной челюстью, он выглядел модным тусовщиком, с его зачесанными назад волосами, блестящими гелем, и тщательно подбритой щетиной, призванной подчеркнуть маскулинность, но никак не показать неопрятность. Выглядел бы, не разбивай это впечатление предвкушающий взгляд голодного хищника, готового вцепиться в жертву.

Ацтланский маг крови и Шэньсянь начали действовать одновременно. Повинуясь воле теневика, оружие его соратников обратилось на врага с невозможной для обычных людей синхронностью, готовое разить наповал, но его противник был более чем готов. С ленивой привычностью воин-орел извлек из поясных ножен длинный нож, блеснувший стеклянной чернотой лезвия, и вонзил его в плечо одного из стрелков. Тот болезненно вскрикнул, и, словно повинуясь этому крику, глаза его вооруженных винтовками товарищей вспыхнули алым огнем. Те же охранники, что были вооружены мачете, вскочили на ноги, вырывая свои клинки из ножен, и ринулись вперед. Их лица кривились масками гнева, а мускулы бугрились от переполняющей их силы, растягивая кевларовую поддевку брони.

Марко парировал эту атаку мгновенно. Чжоу Дань метнулся навстречу ацтланским рукопашникам со скоростью мысли, и обрушился на них смертоносной лавиной стали, тесня сразу двоих. Остальных встретил дрон Суйцзинь, засеменивший им навстречу техногенным насекомым. Выстрелившие из его корпуса манипуляторы, один из которых оканчивался блестящими лезвиями клешни, а второй - зажужжавшим диском пилы, нанесли подлый и неотразимый удар - прямиком по лодыжкам мчащихся к врагу ацтланеров. Те рухнули, потеряв по ступне, и через секунду замерли навсегда - в лицо одного вонзились острия клешни, а другой заливал пол мозгом из вскрытого циркуляркой черепа.

Одновременно со столкновением рукопашников, HVAR Василия засыпал градом пуль ацтланских стрелков, заставляя их сжаться за укрытиями из мебели. Один и вовсе упал навзничь, сраженный удачным попаданием в самую середку лба. Воин-орел рявкнул злое ругательство на испанском, видя умирающих соратников, но вынужденно отвлекся сам - сотворенное Марко заклинание Огнемета врубилось в него пламенным клинком. Маг крови застыл, вливая все силы в защиту, с трудом сдерживающую ярость огненной стихии.

Хрупкое равновесие между сторонами решительно переломил дрон Чэнь Суйцзинь, чей корпус внезапно ощетинился зияющими жерлами стволов. Многочисленное автоматическое оружие, до поры скрывавшееся под броней, заревело голодным до крови драконом, и осыпало ацтланеров частым градом свинца, мгновенно снесшим троих, и бросившим на пол еще одного, израненного многочисленными попаданиями.

- Ну уж нет! - заорал воин-орел. Его английский, исковерканный сильным мезоамериканским акцентом, мог бы показаться смешным, если бы не звучащее в крике яростное отчаяние. - Вы все сдохнете здесь, долбаные теневики!

Его ритуальный нож опустился к раненому стрелку, и небрежным движением чиркнул того по горлу. Кровь плеснула наружу прибойной волной - словно вместо человека на полу лифтового холла лежал огромный пакет с плазмой, на который наступил великан. Алая жидкость не вела себя, словно обычная жизненная влага, льющаяся из смертельной раны - не пятнала желтоватые пластиковые панели пола, не хлестала во все стороны частыми брызгами, и никак не прекращала свой ток. Вместо этого, она лилась вверх, отрицая гравитацию и здравый смысл, лилась, формируя огромное тело астрального жителя, призванного взбешенным магом. Великого духа крови.

Чудовищная магическая тварь забурлила окрашенным в алое кипятком, и последний из живых ацтланских стрелков, на свою беду оказавшийся слишком близко к ней, лопнул, словно переполненный воздушный шарик. Его кровь, кратким ливнем оросившая лифтовой холл, тут же потянулась в сторону фигуры воплощенного духа - гуманоидной, обозначенной грубыми мазками багрянца на ткани реальности. Неровный конус тела, длинные руки, то и дело идущие волнами, словно струи текущей крови, и вытянутое лицо