Честь - это миф? (СИ) - Безликий

– Верно. Я леди Урнинорол, дочь Дома Ветров. Мне позволено пройти границу?

Воин взглянул за её плечо на людей, сопровождавших девушку.

– А ваши спутники?

– Нард, капитан «Стальных птиц», и его два верных друга Жорк и Тирк. Я обязана им жизнью, и они теперь гости моего дома.

Вышли ещё несколько солдат с оружием наготове, и первый эльф озадачено проговорил:

– Вы хотите провести в город к эльфам того самого человека по прозвищу Убийца эльфов? Это немыслимо. Мы не можем их пропустить.

Глаза девушки слегка блеснули зелёным.

– Вероятно, не стоит указывать друиду, что ему делать, – В её голосе звякнул металл.

Лёгкий кивок в сторону леса, и все увидели нескольких лесных дев. Повисло неловкое молчание, леди улыбнулась и ласково проговорила:

– Мы будем сражаться или вы уже вспомните права друида?

Воины убрали оружие и один из них спросил:

– Вы можете...

Он так и не смог подобрать слова, Урнинорол помогла:

– Да. Я полностью беру ответственность на себя.

Воины расступились, пропуская всадников. Она направила коня к дому. Провела спутников по лесу, и вот уже они движутся по городу. Девушка ловит на себе удивлённые взгляды эльфов, столько раз она возвращалась блистательным героем, и вот теперь в роли простого всадника. Она смотрела, как открылись ворота и сколь испуганно-осторожно смотрели воины Дома Ветров. Вот им навстречу буквально выбежала Кимисори.

– Госпожа, вы...

Урнинорол движением руки попыталась успокоить служанку.

– Спокойно. Я вернулась. Нам необходимо...

Нард всё это время присматривался к небу и вспомнил, где уже видел такое, в его голосе проскочили нотки страха:

– Леди Урнинорол...

Мужчина указал в небо.

– Это то, о чём я думаю?

Девушка подняла взгляд, и на её лице появилось истинное восхищение.

– Невероятно, – прошептала она. – Мой отец восхитительный.

Нард сглотнул.

– Это, конечно, всё прекрасно... Но кто в городе сможет пережить подобное?

Урнинорол определила эпицентр происходящего, развернула коня, слегка махнула рукой людям и поспешила в центр. Четверо всадников промчались по улицам, остановились перед невероятно большим домом из единого огромного древа, девушка спрыгнула с коня и сказала Нарду следовать за ней. Жорк и Тирк остались с конями. Стражники в богатых доспехах, стоявшие у дверей, перекрыли им путь, но взмах руки – и их обхватывают ветви.

– Не стоит мешать друиду!

Леди зашла внутрь и поспешила в сторону собрания Домов, на пути её ещё пару раз попытались безрезультатно остановить, у двери три воина встали по стойке смирно и один из них вежливо проговорил:

– Леди Урнинорол, позвольте подг...

– С дороги! – резко приказала Урнинорол властным голосом.

Воин отошёл, леди Урнинорол сняла дорожный плащ и протянула одному из стоявших. Тот взглянул на человеческую вещь брезгливо, девушка немного сузила глаза, и он вынужден был взять и её, и плащ Нарда. Дочь Дома Ветров уверенно распахнула двери в большой зал. Вокруг прелестного цветка, что сиял магией, стояли трибуны в три уровня, за всеми ними находилось множество весьма удобных стульев, один трон побольше, зал был заполнен знатными эльфами, главами Домов, прямо сейчас внизу стояли двое мужчин, светлый эльф и Валонир, магическое напряжение между которыми достигло пика и вот-вот обещало обернуться трагедией. Девушка уверенно пошла к отцу, тот даже не сразу поверил своим глазам, а после заключил её в объятиях. Все главы домов молчали в шоке, никто не ожидал подобного её появления, а некоторые давно с радостью попрощались с леди и считали её мертвой.

Урнинорол слегка отстранилась от отца и произнесла:

– Всё. Я дома и никуда не денусь. Потом поговорим.

Урнинорол уверенно пошла в центр помещения, под восхищенные взгляды перешагнула незримую границу цветка и легонько коснулась его листьев. Никто из глав Домов не смог скрыть восхищения, даже самые благородные эльфы не осмеливались на подобное, требовалось невероятно сильное доверие и ответственность перед Сердцем Леса. Девушка глубоко вздохнула и проговорила громко, уверенно:

– Я, друид Урнинорол, дочь Дома Ветров, даю слово перед Сердцем Леса, что не солгу, не предам, не замыслю плохого против леса. До последнего дня своей жизни.

По девушке пробежала небольшая волна зеленоватого света, друид улыбнулась, не скрывая своего наслаждения подобным. В зале поднялся тихий гул. Она прошла к трибуне для обращений, подняла руки и произнесла:

– Тихо!

Одно слово. Властное, металлическое, не лишённое уважения к находившимся тут, но не терпящее возражения. Девушка смотрела с вызовом на других глав Домов. Вот она сделала шаг в сторону и обратилась к Нарду, попросила его указать лиц, что участвовали в торгах за её голову. Стоило мужчине указать, буквально каждый глава Дома посчитал нужным встать и кинуть друиду упрёк, требование лишить девушку благородного звания, и всё бы зашло далеко, если бы не Урнинорол.

Друид тихо, вежливо растянула одно-единственное слово:

– Тише...

А в этот момент буквально весь зал покрылся тёмными лозами с ярко-красными шипами. Главы замерли, кто-то испугался, а кто-то бросал на друида презрительные взгляды. Встал глава собрания и властно обратился к Урнинорол:

– Леди Урнинорол, вы, верно, долго были в пути и устали. Вам напомнить, где вы? Вас стоит отправить вас отдохнуть, прежде...

Лоза перед ним очень красноречиво разрослась, девушка покинула трибуну и пошла к главе собрания, встала напротив него и ласковым голосом хищника проговорила:

– Я уверена, Вы участвовали в заговоре против меня!

– Да как ты смеешь?!

– Я, леди Урнинорол, дочь Дома Ветров, объявляю суд Сердцем Леса! Вы виновны в предательстве леса!

Глава буквально заскрипел зубами.

– Бросаться такими словами...

Девушка перебила:

– Всего четыре слова: я не предавал лес.

– Да как ты смеешь мне такое...

– Четыре слова. Вам так сложно их сказать?

– Да кто ты такая?! Чтоб я перед тобой...

– Так зачем кричать?! Всего четыре слова.

В зале повисла гробовая тишина, все смотрели на этих двоих и ждали. Лишь пятеро из полусотни присутствующих могли вспомнить, что видели, на что способен друид, им было намного интереснее других. Суровая правда такова, бог наделяет защитников леса просто колоссальным могуществом и правами, но и карает столь страшно, что не каждый эльф мечтает о подобном благословении. Глава буквально взглядом пытался испепелить друида, пауза затягивалась, либо заговорит он и попытается обмануть лес, либо кто-нибудь другой. Время вдруг стало таким стремительным, казалось, будто секунды стали в сотни раз короче, а все вокруг молчали. Мужчина хотел пошевелиться, но не мог, слишком много шипов было вокруг, хотел отвести взгляд от зеленоватых глаз друида, но это было невозможно. Он буквально прорычал:

– Я не предавал лес...

Лозы дрогнули и опутали эльфа, шипы впились в кожу, и главу затрясло от боли, следом его стало тянуть вниз под землю. Друид обернулась, бросила взгляд на эльфов, что указал Нард, двое разразились проклятьями в её адрес, а один взмолился о пощаде, но девушка не услышала ни одного слова, крики боли вызвали лишь лёгкую улыбку на её лице. Она осмотрела зал и тут услышала хлопки, взгляд замер на светлом эльфе, мужчина высокомерно заговорил, словно обращаясь к малому дитя:

– Браво. Леди Урнинорол, вы обрели силы...

– Знаете, уважаемый, – перебила его Урнинорол, направляясь к нему, – пока я искала дорогу домой, много раз успела вернуться к вопросу, зачем светлым эльфам учить меня...

Мужчина очень высокомерно похвалил свой народ:

– Мы лучшие маги в мире, и наш долг – заботиться о молодых дарованиях, чтоб они не ранили других или себя...

Леди Урнинорол легко переняла его издевательски вежливый тон:

– Ну что вы... Я не могу просить у вас подобной услуги. Полагаю, мне стоит начать с обучения у отца. Помнится, во времена его путешествий по морям и океанам он сыскал славу сильного мага...