Техномаг - Сухов

Пока я наслаждался ароматным горячим кофе, поданным в кружке, больше похожей на двухлитровую кастрюлю с ручкой, и полуторакилограммовым бутербродом с ветчиной, Витек сохранял спартанское спокойствие. Приступы смеха, похоже, больше его не беспокоили. Это хорошо, что у моего друга развитое чувство юмора. Не знаю, что бы я с ним сделал, будь он невыносимым занудой. С детства не перевариваю завистливых, склочных и занудливых типов. Что ни говори, а с учеником мне повезло.

В желудке заметно потяжелело, на душе повеселело. Пора собираться в путь-дорогу.

— Мудрый сенсей, разрешите выразить свою признательность за тот незабываемый урок, что вы мне сегодня преподали! — голос ученика звучал торжественно.

— Не преуменьшай и своих заслуг, Витек. Без твоей грамоты и общей поддержки, грош цена была бы всем моим потугам объегорить стража. А как ты охарактеризовал беса — международный террорист, смертная казнь в шестнадцати мирах. Молодец! Давай прекратим всякие взаимные славословия и перейдем к делам насущным. Ты придумал, как нам выбраться отсюда?

— Вообще-то, официальных путей, кроме известного вам, отсюда нет.

— Не тяни резину, выкладывай все, что знаешь о неофициальных.

— В любой известный нам и всем прочим существам мир мы попасть не сможем. Есть только один путь, это путь в мое собственное измерение, созданное по вашему мудрому совету.

Кружка с остатками кофе выпала из рук и больно ударила по колену, оставив на штанине темное пятно от разлившегося напитка.

— Ты хочешь сказать, что создал вселенную? Нормальную вселенную, где я могу присутствовать в своем физическом теле, а не в виде виртуального сгустка энергии?

— Создал — громко сказано. Она у меня еще в процессе строительства, однако, один уголок я успел обустроить чудненько. Я пока не проложил пути из него в другие обитаемые миры, по ряду соображений. Мне не хотелось раньше времени показывать вам его, однако, обстоятельства вынуждают это сделать. Прошу вас не судить слишком строго нерадивого ученика.

— Витек, кончай Ваньку валять! Я твою натуру насквозь вижу! Тебе уже давно не терпится похвастаться перед учителем успехами. Давай, тащи меня в свое "чудненькое местечко"!

Проход через переливчатую вуаль был легок и не вызвал никаких отрицательных эмоций. Я попал в знойный полдень на песчаный берег безбрежного лазурного моря. Гигантские пальмы подступали почти к самой кромке воды, их кроны создавали приятную тень, хорошо защищавшую от палящих лучей солнца. Полоса пляжа была шириной метров сто — сто пятьдесят. Со стороны суши ее ограничивал самый настоящий ухоженный сад. Рядами в глубину материка уходили плодовые деревья от банальных яблонь и груш до экзотических манго, апельсинов и бананов.

Одно дерево привлекло внимание странным видом плодов. Я сорвал один, и под его зеленой кожурой обнаружил хорошо прожаренный бифштекс. На вкус мясо оказалось великолепным: в меру посоленным, хорошо прожаренным и щедро приправленным специями. Все так, как я люблю.

— Ученик, ты там не лопнешь от гордости? Чего молчишь? Ждешь, когда тебя похвалят? Ладно, скажу, что я в полнейшем восторге! Мне здесь очень нравится! Пожалуй, поторчим здесь денек. Мысли в порядок приведем, разработаем план дальнейшей операции.

Я стащил с себя порядком надоевший комбинезон, а заодно и все остальное тряпье и остался неглиже. Местного населения поблизости не наблюдалось, шокировать наготой было некого.

— Витек, как твой носитель переносит водные процедуры? Не заржавеет?

— С удовольствием искупаюсь с вами за компанию!

Водичка оказалась, что надо — чистая, в меру освежающая. Полчаса я плавал, нырял, дразнил крабов, безуспешно пытался схватить за хвост каких-то шустрых рыбешек, даже умудрился оседлать здоровенную черепаху и прокатиться на ее панцире. Вел себя, как расшалившийся мальчишка.

После водных процедур я лежал на горячем песке и чувствовал, как усталость и напряжение последних дней покидают тело. Только сейчас я в полной мере смог осознать, насколько рискованной была вся эта затея с артефактом. Моя жизнь зависела от стольких случайностей, теперь кажется невероятным, что я вообще остался жив. Эти файерболы, заточение, огненный страж — все вместе, или каждый по отдельности могли стать причиной моей быстрой или мучительной медленной смерти.

Мое удачное спасение — исключительная заслуга верного друга. Наши отношения могут со стороны кому-то показаться весьма странными. Богу равный ученик, создающий миры, и простой смертный учитель, который не может самостоятельно выбраться из более или менее сложной ситуации. Согласитесь, неординарная компания? Однако, нам эта игра не надоела. Похоже Витек к ней относится совсем не как к игре, по всей видимости, общение со мной ему что-то дает. Мудрость жизни не только в книгохранилищах и информационных сетях. Мудрость жизни в самой жизни, и пока ты ее не проживешь — ничему не научишься.

Под сердцем неприятно кольнуло. Как там моя любимая? По моим подсчетам, бес уже достиг Метрополии. Что он расскажет ей о безвременной кончине бывшего компаньона? Наверняка опишет все в деталях: как случайно включилась охранная система, как мое тело на его глазах превратилось в обугленную головешку, и то, как он потом рыдал по своему безвременно ушедшему другу Сереге Свиридову. Поверит ли ему Кира? Чего гадать. Необходимо отсюда выбираться как можно быстрее…

Веселый шум и гам вывели меня из дремотного состояния и заставили поднять голову. В метрах трехстах на пляж с песнями и криками вывалила толпа народа числом не менее сотни. Молодые люди мужчины и женщины в возрасте не старше двадцати-двадцати пяти лет, в чем мать родила, не стесняясь своей наготы, устремились к воде. Накатившая волна прибоя сбила первые ряды с ног и закрутила молодые красивые тела в своем неумолимом беге. Это вызвало очередную бурю восторга. Те, кому не повезло попасть под удар стихии в первый раз, дождались следующего водяного вала и бросились в его объятия.

Я с интересом наблюдал за этим праздником Нептуна. Ребята то выскакивали на берег, то снова бросались в море, стараясь попасть под самую большую волну. Водное пространство у берега представляло собой мешанину ног, рук, голов и других частей человеческих тел. Увлеченные потехой меня они пока не замечали.

Наконец, местному морскому царю надоела эта шумная гулянка в его честь, и он пинком очередного особо мощного вала выкинул большую часть народа на золотистый песок пляжа. Визги и писки достигли своего апогея. Восторгу публики не было конца. Постепенно все успокоились, из воды подтянулись остальные члены команды, и усталые купальщики дружно повалились с ног, кто на солнышке, кто в тенек пальм.