Цветные бусы мечтаний - Лоррен Мартин

Лицо бабушки исказилось от волнения.

— Девочка, пожалуйста… Ты еще слишком слаба для таких переживаний. Ну, Том, ты ответишь за это!

— Ты встретила его… — медленно начала Кэтлин. Мир внезапно встал с головы на ноги. То, что она воспринимала как радужные мечтания, оказалось явью. Эм Джи держит ее за руку, что-то напевая ей, и его слезы падают на ее руку, зажатую в его ладонях… — Ты встретила его и запретила приходить ко мне.

— Конечно, запретила. Верх неприличия, никакого уважения к правилам этикета. Как смели сестры позволить ему заявляться в палату в любое время дня и ночи и часами просиживать у твоей постели? Я просто не могла позволить этого.

— Ты узнала его, — объявила Кэтлин. Ей больше не хотелось плакать. Внезапно она ощутила прилив новых сил. Пришло понимание. Ясность. — Ты догадалась, что он собой представляет, верно?

Том ошеломленно крутил головой из стороны в сторону, не понимая ни слова. Впрочем, это не имело значения. Юджиния Маргарет, во всяком случае, прекрасно знала, о чем шла речь. Слова Кэтлин заставили ее побледнеть.

— Да, — с трудом прошептала она. — Я видела, кто он такой. Он сделал бы с тобой то же, что твой отец сделал с…

Кэтлин не верила этому. Она рассмеялась. Свобода! Наконец-то она освободилась от сомнений и детских страхов. С бокалом в руках она устремилась к бабушке.

— Дорогая, разве ты не поняла? — нежно спросила она, обнимая дрожащую старушку. — Я ведь совсем не то, что мама. На этот раз все будет в порядке.

И Юджиния Маргарет, которая никогда не позволяла себе распускаться, крепко прижалась к внучке.

— Ты уходишь к нему, да?

Девушка отстранилась и поглядела в лицо женщины, которая так много для нее значила.

— Я хочу помочь ему. Не знаю, бабушка, смогу ли я остаться с ним. Может, я недостаточно хороша для Эм Джи. Но что бы ни было, я не позволю ему запереть себя в четырех стенах!

Пожилая дама объяснилась внучке в любви на привычном ей языке.

— Недостаточно хороша для него? — возмутилась она. — Какая чушь!

Кэтлин поцеловала ее.

— Все будет хорошо. Обещаю. — Затем она повернулась к Тому. — Кто-нибудь ездил к нему в Чайна-таун?

Брайан утвердительно кивнул.

— Да. Но его там нет.

— А с миссис Чанг разговаривал? У нее лавка на первом этаже.

Том кивнул опять.

— Она ничего не знает.

Кэтлин понимающе улыбнулась. Впервые после выздоровления.

— Ты отвезешь меня к ней?

— Девочка моя! — запротестовала бабушка. — Ты же только что из больницы!

— Я сильнее, чем ты думаешь. По крайней мере, так говорил Эм Джи. Поехали, Том. Надо найти его. Кстати, я забыла спросить. Ты-то откуда его знаешь?

Том взял ее руку и повел к двери.

— Разве я не рассказывал? Как-то в Лос-Анджелесе я купил у человека по имени Билли Рой Трамбел старый автомобиль марки «GTO». Говорили, что он отличный механик. И он действительно знал свое дело. Позднее мы встретились снова, когда он раскрыл подпольную лабораторию по изготовлению наркотиков. — Брайан пожал плечами и криво, улыбнулся. — Он единственный человек, которому я до сих пор позволяю ездить на этой машине.

Кэтлин не могла справиться со смехом, который пришел на смену нескончаемым слезам.

— Еще бы!

В крошечном переулке в Чайна-тауне ничего не изменилось. Только воображение Кэтлин было виновато в том, что ей почудилось пятно на том месте тротуара, куда капала кровь Эм Джи. Вдохнув смесь экзотических запахов, девушка вновь ощутила прилив аппетита, казалось, безвозвратно потерянного вместе с изрядной порцией крови.

Бабушка Чанг, как всегда, стояла за прилавком. Кэтлин и не сомневалась, что будет по-другому. Она попросила своего спутника подождать в машине, прекрасно помня слова Эм Джи «о другом мире», и то, каким любящим взглядом окинула своего постояльца бабушка Чанг при первой их встрече.

— Миссис Чанг, — осторожно начала она, поздоровавшись с маленькой женщиной. — Мне нужна ваша помощь. Пожалуйста. Это касается Эм Джи.

Внутренне Кэтлин была готова к отказу или чему-то в этом роде — ссылке на незнание языка, например. Она знала, что бабушка Чанг играла для Тобина роль полицейского оцепления, и Кэтлин готовилась прорвать его. К крайнему изумлению девушки, крошечная, сморщенная старушка лишь бегло глянула в окно и радостно заулыбалась Кэтлин.

— Я удивилась и обрадовалась, когда ты вошла, — сказала она по-английски.

Кэтлин с облегчением перевела дух. Впервые с тех пор, как переступила порог лавки.

— Мне только что передали, что он нуждается в помощи. С ним все в порядке?

Старушка коротко мотнула головой.

— Нет. Правда, сейчас лучше.

— Где он?

И бабушка Чанг, которая стойко выдерживала расспросы полицейских, федеральных следователей и распространителей наркотиков, без лишних слов повела девушку к черному входу. Они миновали два дома. Вошли в третий, где преодолели один пролет узких, шатких ступенек. Шелушащаяся краска на стенах, шум многонаселенного жилища. Затем еще один крутой подъем в темноту. И старушка постучала в дверь и попросила разрешения войти. С бешено бьющимся сердцем Кэтлин переживала взрыв китайской скороговорки, думая о том, следовало ли ей приходить сюда. Наверное, у Эм Джи были чертовски веские причины так обидеться на весь свет. И все же он не бросил ее в больнице. За это известие можно было отдать что угодно.

Очевидно, недовольное ворчание, раздавшееся в ответ на ее просьбу, явилось для бабушки Чанг неожиданностью. Она рассердилась, но царивший в коридоре мрак мешал разобрать выражение ее лица. На секунду старушка задумалась, пытаясь разобраться в интонациях отвечавшего ей голоса, затем кивнула сама себе, видимо, приняв решение, и полезла в карман за ключом. Быстро щелкнул замок, дверь со скрипом распахнулась и на миг ослепшую от яркого света девушку втолкнули в комнату.

Она тут же пошла в лобовую атаку.

— Что стряслось, Тобин?

Когда глаза привыкли к свету, Кэтлин огляделась и остолбенела.

То, что она увидела всего в нескольких шагах от себя, заставило ее стремительно опуститься на колени. Похоже, Эм Джи даже не заметил ее появления. Он навзничь лежал на стоявшей в углу старой коричневой кушетке. Около свесившейся ноги стояла почти пустая бутылка и переполненная окурками пепельница. В комнате стоял смрад. Эм Джи оброс щетиной, потрепанная форменная куртка Агентства по борьбе с наркотиками требовала стирки как минимум неделю назад. Глубокая рана на голове была наконец зашита. От нее остался лишь воспаленный рубец.

— Ты что, снова ушел в подполье? — спросила Кэтлин, пытаясь улыбнуться. Еще немного, и ее самое захлестнуло бы наполнявшее комнату отчаяние.